обед мы хорошенько заправили желудки сухпайками, собирались было организовать дежурство (один наблюдает, другие отдыхают), да зерги попёрли снова.
Следующие двенадцать дней мы только и делали, что успевали почистить оружие, перезарядить и снова принимались отстреливаться. Постепенно зерглингов становилось всё больше и больше. Я понимал: у них где-то неподалеку улей. И он растёт, развивается, воспроизводит новых личинок, те мутируют в шипастых мелких гадёнышей, а те собираются крупными стаями и прут на нас.
Вот бы жахнуть по этому улью из осадного танка! Да, против самих зерглингов эти боевые машины слабы, поскольку бьют мощными концентрированными ударами, а мелкое зверье успевает за время, пока идет перезарядка, далеко переместиться, избегая урона. Проще говоря — хрен ты по ним из танка прицелишься. Но улей! Эта постройка никуда не денется, вот её бы разнести в жидкие ошмётки!
Так я думал в те дни. И снова и снова жалел, что нет у меня ни танков или голиафов, ни поддержки с воздуха, а только винтовки с подствольниками, да мины. И то, не паучьи, умеющие перебегать к противнику при его обнаружении и взрываться в его боевых порядках, а самые обыкновенные: наступил — бахнуло. Только дождаться надо ещё, пока зерглинги наступят. А они своими лапами умеют перебирать очень быстро, так что электроника порой сбивается с толку и реагирует с задержкой.
Та дюжина дней превратилась в сплошное месиво. Днем мы отстреливались, по ночам забывались тревожным сном. Но едва рассветало, как зерги снова начинали атаковать. Тактика у зверья оказалась дубовая: нахлынули, получили по соплям, отползли (кто смог). Вернулись на слизь, регенерировали, получили подкрепление, и опять в бой. И хорошо, что никакого Сверхразума над ними нет. Иначе давно бы стёрли нас в порошок. Хотя и Сверхразум ни при чем. Будь у этих хотя бы с десяток скрытней, сидящих под землей и атакующих волной шипов, пронзающих по прямой все, что попадётся им на пути, от нас давно бы только трупы остались.
К счастью, местный улей примитивен, но надолго ли? И даже при всей их недалекой мутации кончилось два дня назад страшным. Парни Ника проморгали тот момент, когда зерглинги накинулись на их бункер, непонятным образом содрали броневой колпак и ринулись внутрь. Я только услышал по рации отчаянные крики, стрельбу, рык зверья, а потом последние слова капрала:
— Командир! Мы погибли. Держитесь… — и последний выдох. А потом шум, чавканье, рычание и хлюпанье, щелчок и всё стихло. Буквально на пару секунд. Затем я увидел в прорезь, как над куполом бункера «Эльза» высоко в небо, метров на десять, вырвался столб пламени. Тут же погас, а после изнутри повалил густой черный дым. Тогда понял: там, внутри, живых не осталось. Ник Берри, поняв, что ему не выжить, подорвал боезапас. Бункер выдержал последний мощный удар, а потом просел внутрь, как расколотая посудина, покрывшись огромными трещинами.
Он стал братской могилой четырех лучших морпехов моего взвода. Так это было всего пару дней назад, а теперь мне кажется, несколько лет прошло. Ведь за последующие двое суток погибли все остальные. Я жалею даже, что не отправился вместе с ними в лучшие миры. Тогда не лежал бы сейчас, перебирая в руках жетоны, снятые с останков своих парней. У капрала Берри и его ребят это оплавленные кусочки неостали. Трудно пришлось их разыскивать среди обугленных обломков. Но я справился, потому что делаю так всегда. Это мой долг перед теми, кто погиб — помнить их до смертного часа.
Эх, Ник. Классный ты был морпех. Я думал, что когда уйду на пенсию, оставлю его за себя командиром взвода. Если начальство не будет против, конечно. Да с чего бы? Мы через столько вместе прошли! Во время Первой Галактической войны нас мотало по всему сектору Копрулу. Зерги нападали то в одном месте, то в другом, приходилось тяжко.
Затем началась Война Стаи, нас бросили против Объединённого Земного Директората, который прибыл с Земли. Огромный флот примчался, чтобы уничтожить всё, якобы представляющее угрозу их главной планете. Возомнили себя главными во Вселенной, видимо. Ну, понятное дело: умудрились новый Сверхразум захватить и даже подчинить себе множество стай зергов. С такими-то силами решили, видимо, что могут всё.
Только не ожидали, что сработает принцип «враг моего врага — мой друг». Наш лидер, Арктур Менгск, объединился с Джимом Рейнором и его людьми, зараженной Сарой Керриган и её роем. Да ещё протоссы присоединились. Отбили у Директората планету Корхал, а после зерги так разошлись, что уничтожили большую часть флота землян. Те бедолаги рванули, куда глаза глядят, и теперь их остатки обитают на планете Абаддон. Слышал я, что она такая же, как NR-15. То есть вулканическая дрянь. Недаром её называют «Адово место».
Да, Ник. Много нам с тобой пришлось пережить. А теперь ты нашел свой упокоение тут, на этой выжженной земле. Покойся с миром, брат. Ну, а я пока жив, и есть время как следует выспаться. Зерги, видимо, решили, что тут никого не осталось. Если завтра попробуют проверить, устрою им тёплый приём.
Глава 7
Поспать мне удалось всего часа три. Затем послышался сигнал вызова.
— Кондор. На приёме.
— Майки, слышишь меня? — сквозь шум помех (все-таки лежащая вместе с передатчиком на раскаленной пыльной земле тарелка спутниковой связи работала не в полную мощность) я узнал голос полковника.
— Так точно, Гриф, слышу.
— Да кончай ты эти птичьи клички, — сказал вдруг комполка, из чего я сделал вывод, что у них там ситуация тоже напряженная. Но что могло случиться? Неужели протоссы напали? Не верится. Разведка доносила, что в этом секторе их нет. — У меня к тебе серьезное дело, парень. Слышишь?
— Так точно, сэр.
— Слушай внимательно, Майк. Тебе, конечно, жуть как интересно узнать, на кой черт командованию понадобилось забрасывать морпехов на эту дебильную планету, верно? Ладно, молчи. Сам так думал. Так вот. Сегодня днем пришла шифровка из Генерального штаба. В ней говорится, что на RT-15, возможно, находится некий древний артефакт. Его разыскивает сам император Арктур Менгск. Что, зачем и почему — не спрашивай. Даже я маленькая сошка, чтобы мне докладывали. Одно лишь знаю: артефакт обладает огромной силой, он способен влиять на зергов. Вот и вся информация. Согласен, это полная хрень собачья. Но мы с тобой, Майки, морпехи, наше дело исполнять приказы, а не обсуждать.
В этот момент связь заметно ухудшилась, послышался белый шум и потрескивание.
— Майки, как слышишь меня?! — поднял голос полковник.
— На приёме, сэр. Слышу хреново,
