– Это – среда управления, позволяющая получать информацию из общей сети. Что бы ты хотел там посмотреть?
Мария Дмитриевна была сама доброта, особенно её правая рука, что как-то очень нежно огладила меня от ладони до плеча, когда она выпрямилась, убрав свои губы от моего уха, уже покрывшегося испариной от горячего томного дыхания.
– Журнал “Котики” за прошлый месяц, – вдруг произнесла одна из девиц, и они хором неприлично громко заржали.
– Девушки! – взвилась завинформаторием. – Ведите себя пристойно, я же попросила! А не то мигом все у меня отсюда вылетите.
– А что за журнал? – с лёгким интересом спросил я, поглядев на возмутительницу спокойствия, на что та слегка покраснела и буркнула, отворачиваясь:
– Да так…
– Про животных, – быстро добавила вторая и тут же захрюкала, еле сдерживая смех.
– Последнее предупреждение, – лязгнула металлом в голосе Мария Дмитриевна, и троица тут же заткнулась, продолжая, однако, сгорбившись, беззвучно вздрагивать плечами. – Не обращай внимания, Пётр. Ведут себя так, будто парня ни разу не видели...
– Голым, – закончил я, слегка сощурившись. А что, шутить я тоже умею.
Вздрагивания прекратились, зато шеи трёх зубоскальниц заалели красным.
– Пётр?! – последовало теперь уже в мой адрес нервное замечание от весьма шокированной женщины.
Вот это, кстати, меня также в местном обществе умиляло. Как трахать мужиков, так никто не стесняется, а как вне постели заговоришь на эту тему, так краснеют словно институтки. Где-то тут прятался явный перекос в женском сознании. Вот только где и какой – я пока ещё не разобрался.
– На самом деле я бы хотел почитать об устройстве империи. Кто сейчас император. Какие у нас взаимоотношения с другими странами. Состав дворянства, пожалуй. Ну, это так, для начала…
Я замолк, глядя на опять уставившихся на меня девиц и замершую с приоткрытым ртом госпожу Марию.
– Хм... – отмерла та спустя мгновение. – Неожиданно. Но вполне решаемо. Данные сведения есть в открытом доступе в сегменте сети, принадлежащем Её Императорского Высочества двору Российской империи, и сегменте Сената. И да, правит у нас императрица, а не император. В поисковой строке – вот она, выделена прямоугольником – напечатай “Сенат”.
С непривычки долго подбирая буквы, я напечатал нужное слово и по наитию нажал кнопку “УПР”. Угадал. Спустя несколько секунд открылось новое окно с большим, чрезвычайно перегруженным деталями гербом.
Занятно.
А дальше, приноровившись, я начал тыкать по надписям, переводящим на другие страницы. Неудобно было разве что нажимать всё время кнопку “УПР”. Даже пришла в голову мысль, что если я тут придумаю и запатентую мышь, то озолочусь. Но это было дело с весьма далёкой перспективой, и я сконцентрировался на получаемой информации.
А таковой имелось много.
Границы империи простирались как бы не дальше, чем в моём мире. Я, конечно, не знаток, но, если на глаз, площадь её на географической карте казалась мне всё же большей.
Заправляла всем в государстве императрица Екатерина Седьмая, на всех картинках изображённая исключительно в горделивых позах и подпирающая рукой бок. И да, платьем там и не пахло. Одета она была в какой-то военного вида мундир с эполетами и аксельбантами. Так вроде эти висюльки назывались.
Императорская семья состояла из десятилетней цесаревны Марии и двух сыновей – великих князей Александра и Павла. Ах да, был ещё муж – император Витольд, и отец – вдовствующий император Владимир. Оба – невыразительные дядьки, но забитыми вроде не выглядели, по крайней мере, на фотографиях.
И это только первые лица государства, а всего нашлось этих лиц, если брать ранг пониже, намного больше.
Где-то часа два ушло на то, чтобы перелопатить всю доступную информацию. Первое время наблюдавшая за мной Мария Дмитриевна давно скрылась у себя, и я почти в полной тишине смог спокойно сосредоточиться на изучении окружающего меня мира.
Окончательно я закрыл сайт лишь когда понял, что больше ничего нового отсюда не почерпну. После чего задумчиво огляделся и, остановив взгляд на девахе, что продолжала рубиться в какую-то игру, подозрительно напоминавшую шутер от первого лица, разве что не с исключительно одними пушками, а и с магией тоже, решительно встал.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Пришла пора ознакомиться и с тем, что выпускает местный геймдев.
Глава 4
Сидя в своём кабинете, всесильная начальница службы охраны рода Златолесских раз за разом прокручивала в голове события вчерашнего дня. А вернее, той пары часов, что она провела в спальне.
Мальчик явно имел весьма необычные таланты, сильно отличавшие его от других наложников. И вот это Мирославу и настораживало. Нет, то, что он делал, ей понравилось… Ладно, нужно быть честной самой с собой — слово “понравилось” совершенно не отражало степени полученной ею гаммы ощущений.
Однако сейчас это заставляло женщину лишь сильней хмуриться, потому как она уже ощущала в себе желание, не дожидаясь ею же установленного срока, вызвать юношу к себе и повторить всё то, что происходило вчера.
Подобная зависимость её пугала.
— Что же ты за фрукт, мальчик Петя? – пробормотала она, закидывая ногу на ногу и откинувшись в чуть скрипнувшем кресле.
Несколько мониторов передавали картинку с десятков камер, расставленных как снаружи, так и внутри усадьбы, и на одном из них, где виднелся коридор западного крыла, она как раз увидела объект своих нелёгких дум, который одна из охранниц вела, по-видимому, в информаторий.
Вот опять же, странный интерес, совершенно нехарактерный для мужчины, особенно такого юного. В то, что ему действительно захотелось закопаться в вопросы политики, начальница не верила ни секунды. Более бесполезных знаний для мужчины и придумать-то сложно. А значит, выход в общегосударственную информационную сеть ему понадобился за чем-то другим.
“Надо будет посмотреть распечатку его запросов в сети, – решила Мирослава. — Явно тут что-то нечисто”.
Щёлкнув парой клавиш клавиатуры на столе, чтобы переключиться на камеру в информатории, она проследила за тем, как бессменная заведующая библиотечно-информационным хозяйством усадьбы встретила Петра, провожая в зал с ЭУМ, и снова её царапнуло какое-то несоответствие.
Ещё раз перебрав последние события в голове, Мирослава вдруг поняла, что между попаданием на камеру в коридоре и появлением юноши в информатории прошло слишком много времени. Должно было пройти не больше минуты, но прошло все пять. Она запустила запись, отмотав назад. Кивнула сама себе. Четыре минуты сорок восемь секунд. Слишком много. Где охранница и он провели лишние четыре минуты? Очередной вопрос, требующий ответа.
Пожалуй, о Петре нужно узнать поподробнее.
Решившись, она отжала кнопку интеркома на столе и произнесла, обращаясь к помощнице:
– Ася, вызови ко мне Марченко. Да, Раису Захаровну.
Надзирательница гарема, вернее, комендантша мужского общежития, как это называлось официально, сидела на своей должности достаточно давно и определённым кредитом доверия обладала, но опыт и рефлексы полковницы управления имперской контрразведки в отставке заставляли сомневаться и подозревать любого кроме главы рода.
Поэтому когда Марченко через полчаса заходила к ней в кабинет, начальница пребывала во всеоружии. Скрытно размещённый в столе маготехнический прибор считывал пару сотен параметров жизнедеятельности опрашиваемого, с высочайшей точностью определяя степень правдивости сказанного.
– Раиса Захаровна, – добродушно улыбнулась Мирослава, указывая на стул напротив неуверенно замершей у порога женщине. — Проходите, присаживайтесь. В ногах правды нет.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Да, конечно, – слабо улыбнувшись в ответ, та прошла к столу, села, сложив ладони на колени. Чувствовалось, что комендантша не слишком уверенно чувствует себя здесь. Глаза её пару раз метнулись по сторонам, но почти сразу замерли, уставившись в пол.
