мне оставалось бы только одно.
– Что? – спросил я, а на обычно либо невозмутимом, либо ехидном лице некроманта на несколько мгновений отразился ужас.
– Бежать, Эттвуд, поднять тревогу и бежать так быстро, как я только способен. Сильна девчонка! Надо брать?
– Кого брать? – тихий голос Яромиры пробирал до костей, заставив схлынуть некстати обуявшее меня возбуждение. – Меня? Да лучше бы вы одежду мою взяли!
– Да, как-то упустили этот момент. Но не волнуйся, найдем!
– Да что ее искать, она в той палате, где я лежала! – продолжала сердиться девушка. – И вообще надо было меня сначала одеть, а потом колдовать, – выдала она, а потом резко осеклась, прикрыв рукой рот. Видимо, поняла, что сказала. – Ладно, проехали. Но как мне снова туда попасть?
– Тем же способом, как и сюда, – усмехнулся некромант. – Оседлаешь сэра Эттвуда, – как же я его в этот момент ненавидел, но все равно попытался не показать недовольства.
– Все же вам, сэр Дэвон, придется нам с Яромирой помочь. К сожалению, у меня немного онемели ноги и с Яромирой на руках встать я не смогу.
– Что же, как я могу отказать коллеге… И такой прекрасной во всех отношениях девушке, – он посмотрел на нашу новую знакомую взглядом, при виде которого мне захотелось одновременно и исчезнуть, чтобы не смущать их, и ревниво спрятать ее от его глаз.
Но некромант в два шага преодолел круг обряда и протянул к Яромире руки. Та, словно завороженная обхватила его шею, и я тут же почувствовал облегчение. Ненадолго. Простынь, никем не придерживаемая, стекла на пол, оставив девушку абсолютно голой. Впрочем, волновало это лишь меня, видевшего в полумраке то, от чего приличному мужчине стоило бы закрыть глаза. Я же смотрел на рисунок, растянувшийся по позвоночнику, и не мог оторваться. Фазы светила, утонувшие в цветах, чьи колючки тянулись практически от полушарий и до шеи. В себя я пришел лишь, когда растрепавшиеся волосы девушки, водопадом разметались по спине. Все же лекари не мастера укладывать волосы. Убрали, чтобы было удобно проводить манипуляции и ладно.
Тут я увидел, как от этих двоих, в безмолвии уставившихся глаза в глаза, мечутся черные тени.
– Дэвон, тьма тебя побери! Бросайте свои некромантские штучки! – я тут же вскочил на ноги. И даже рыкнул, когда некромант, выйдя из транса, чуть не уронил Яромиру и, в попытке взять ее удобнее, подхватил девушку под ягодицы. Голые ягодицы, между прочим!
Тени ту же исчезли, и в себя пришла Яромира.
– Я не знаю, что за хрень ты со мной сделал, но уверенна, ты не бессмертный, – прошипела она Дэвону. – Нейтон! Простынь!
– Сейчас! – я подбежал, и, укутав ее в ткань так, чтобы даже пятки не было видно, забрал девушку у некроманта, продолжавшего стоять столбом. – Дэвон, отомри!
– Прошу прощения за инцидент, – он неожиданно галантно склонил перед нами голову. – Я впервые вижу такую женщину… Темную и настолько сильную.
– Спасибо, мне приятно ваше восхищение, – выдохнула Яромира. – Но, как бы лучше его принимать одетой.
– Согласен! – чересчур поспешно поддержал ее я.
– Что, так не понравился вид сзади? – хихикнула она.
– Вид ошеломляющий, я бы мог смотреть на него вечность, – осознание, в чем именно я признался, пришло сразу. – Но, к сожалению, в нашем распоряжении не так много времени, – а она молодец, оказавшись в такой двусмысленной ситуации, не впала в панику, не начала истерить. – Я думаю, Маккой нас с нетерпением ждет. И ты сейчас не чувствуешь боли только благодаря шоку.
– Так-то болит все, словно по мне проехал каток. С другой стороны, я же упала с крыши девятиэтажки. Странно, что я вообще выжила, да еще и могу двигать конечностями, даже в другом мире.
– Кстати, об этом. Как ты хочешь объяснить ее появление здесь, Эттвуд. И в качестве кого?
– Она следователь, темная, – я остановился и понял, что решив одну проблему, мы обзавелись еще десятком. – И Маккой уже знает ее имя.
– И думает, что она из наших. Но на запросы придут уведомления, что такой женщины никогда не существовало ни в бюро, ни в зоне его интересов. Что будешь делать? Может, скажешь, что твоя родственница? И мечтает работать у тебя, мол, все задатки есть, готов взять на поруки?
– Ты совсем от тьмы разум потерял, Дэвон? Она – темная! Не только по фамилии! Темная в моей семье? Даже если бы кто-то и был, ко мне бы никогда не обратились, – как он мог такое предположить? – Скорее, ты можешь выдать ее за свою сестру. Вы похожи…
– Ну уж нет, – вдруг уперся некромант. Все знают, что я единственный ребенок. Как и мой отец. И темный дар тому причина. А может она беженка с Кантильских островов? Там недавно переворот был.
– Да, я слышал. Какие-то сумасшедшие пришли к власти, объявили магов, даже лекарей, противных их какому-то создателю, не помню, как они его называют, – вспомнил я последние сводки с некогда дружеского государства. – Слушай, а это выход. Они женщин считают за скот, от таких, тем более с темным даром сбежит любая при первой же возможности. А знание нашего языка можно оправдать тем, что ее мать была из Кеннорлена.
– Лучше бабушка. Так меньше вопросов возникнет. Прекрасно! Теперь можно идти.
– Три хаха, – хмыкнула, сидящая у меня на руках, Яромира. – Это вы вроде как все продумали? Да?
– Ну… Почти? – повернулся к ней Дэвон.
– Ты сам-то в это веришь, некромант? – я не видел, но мне кажется, она закатила глаза. – А как я сюда попала с этих ваших островов? Кем я там была? И могут ли это проверить?
– Хорошие вопросы, правильные, но сейчас мы не сможем на них ответить, нам нужны хотя бы сутки, чтобы подготовиться, – строго заговорил Дэвон. – А пока, мы принесем тебя палату, попросим Маккоя без лишних разговоров подлечить твое тело, и вы с Эттвудом уедете к нему. А я займусь легендой. Договорились?
– Нет, не договорились! – тут уже не сдержался я. – Это не прилично! Я же живу в квартире!
– Его мадам Кейсин окрестит развратником сразу, – прокомментировала Яромира. – Хотя я вообще молчу. Куда
