— Или бардак, — прорычала Бетезда. — Ты не знаешь, какую банку змей открываешь, но хороший компромисс не должен радовать никого, — она вздохнула. — Ладно. Несколько часов вряд ли что-то изменят, но если это тебя заткнет, мы проведем голосование в шесть вечера.
Он думал о восьми, но Джулиус был готов согласиться. Они говорили всего пятнадцать минут, а он уже устал.
Если честно, часть был естественной. После всего, что случилось прошлой ночью, и визита к Марси утром он не смог толком поспать ночью. И до этого. Он не спал с тех пор, как Марси ушла с Амелией после того, как они не смогли сломать Дамоклов Меч. Он потратил много сил на борьбу, побег и страх, и Джулиус поражался тому, что был еще в сознании. Но, хоть он устал, он ощущал себя не так плохо, как должен был. Видимо, снятие печати повлияло на него больше, чем он понимал. Теперь ему нужно было покинуть комнату, пока мать не забрала у него остатки энергии.
— Тогда в шесть, — утомленно сказал он, открывая дверь. — Тогда и увидимся.
Они молчали, он вышел. Как только дверь за ним закрылась, началось яростное и быстрое создание плана. Правильный дракон остался бы слушать, но Джулиус не был правильным драконом, и он не хотел задерживаться в коридоре и слушать, как его мать и его брат обсуждали, как разбить все, ради чего он работал. Он хотел просто лечь в кровать, так что отвернулся, вышел из логова матери как можно быстрее, но не дал себе бежать. Но его план спуститься как можно быстрее врезался в стену, когда он открыл дверь тронного зала и увидел, как Катя вошла с другой стороны.
В отличие от всего сегодня, это был приятный сюрприз. Новая глава Дочерей Трех Сестер до этого повела клан на охоту на Свену, которая еще не вернулась с брачного полета. Никто и не ожидал. Учитывая, что Эстелла промыла ей голову и отправила ее в полет с Иеном, что было частью сложного плана, чтобы убить Бетезду и уничтожить клан Хартстрайкер, Джулиус не удивился бы, если бы Свена больше не пришла на эту гору. Но он недооценил Белую Ведьму, потому что Свена вошла за Катей, выглядя отлично. Еще больше удивляло то, что Иен был рядом с ней, шел рука об руку с драконшей, улыбаясь нахальнее, чем Джулиус видел.
Ладно, нахальная часть не удивляла, а то, что Иен был еще жив, удивляло. Он думал, что Свена съела младшего дракона на завтрак, едва цепь Эстеллы пропала, но Иен и Свена всегда были в странных отношениях, и Джулиус был рад чуду, которое вернуло его брата на гору живым, особенно, когда оба выглядели необычно счастливыми.
Другие оставшиеся Дочери Трех Сестер тоже входили, но, когда Джулиус поднял ладонь, чтобы встретить их, что-то остановило его. Это было так внезапно, что Джулиус не сразу понял, что не так, пока Иен не посмотрел прямо на него. Даже так он не сразу определил, из-за чего реагировал его инстинкт опасности. Когда он увидел, он не понимал, как не заметил это раньше.
Глаза Иена уже не были зелеными.
Глава 2
И так пять минут спустя Джулиус оказался рядом с матерью в разрушенном тронном зале на втором собрании Совета Хартстрайкеров.
В этот раз Бетезда выглядела лучше. Джулиус не знал, как, но между его отбытием и прибытием Иена она переоделась в изумрудное длинное платье с золотым украшением на голове и безупречным макияжем на лице. Трансформация была чудесной, ведь она была в пижаме по меркам Бетезды, когда он видел ее в последний раз. Но теперь она выглядела идеально, хотя даже она не могла сравниться со Свеной.
Джулиус всегда думал, что Белая Ведьма из Трех Сестер была красивой в холодном жутком стиле. Все драконы были красивыми, конечно, но Свена всегда выделялась. Даже в цепях Эстеллы она была истинным монстром: уверенная в своей силе, лишенная страха. Этим утром все в ней будто усилилось в десять раз.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
В отличие от Бетезды, она не была наряжена для аудиенции. Наоборот. С ее босыми ногами, растрепанными волосами и в простом белом платье из нетающего снега Свена выглядела так, словно прилетела сюда из пустыни. Это было не важно. Джулиус не мог понять, что изменилось, но этим утром Свена могла быть в мешке от картофеля, но все еще выглядела бы как королева.
Это была победа, решил он. Свена стояла перед сестрами с Иеном и не выглядела как дракон, который едва пережил предательство своего пророка. Она выглядела как солдат, который сразился и победил, и она носила триумф как корону, ехидно улыбаясь Бетезде, которая — в зеленом шелке — начинала казаться кислым виноградом в сравнении.
Обе драконши смотрели друг на друга, словно обещали кровопролитие, оставив других — Джулиуса, Дэвида и Конрада (который вдруг появился, когда возник шанс на жестокость) с одной стороны комнаты, а Катю, Иена и других Дочерей Трех Сестер с другой — стоять, как зрителей, на самом изящном состязании в мире. Джулиус уже тянулся к Клыку, чтобы остановить атаку, когда Бетезда нарушила тишину резким холодным приказом:
— Иен, подойди сюда.
Иен убрал волосы с новых темно-карих глаз и медленно улыбнулся.
— Нет.
Бетезда застыла, и все внутри Джулиуса сжалось. Другие Хартстрайкеры уже отходили на безопасное расстояние, когда Свена рассмеялась.
— Бедная Племенная кобылка, — рассмеялась она. — Сестры рассказали мне всю историю. Похоже, ты — лишь треть той, кем была, — она поджала губы в ложной тревоге. — Что скажут другие кланы?
— Прибереги свои переживания при себе, — прорычала Бетезда. — Вижу, ты времени не теряла, уже забрала остатки своего клана. Катя Предательница отдала тебе власть, или пришлось биться с ней за объедки, оставленные вашими мертвыми матерями?
Катя зашипела, и Джулиус мрачно посмотрел на мать. Она это проигнорировала. Свена даже не выглядела оскорбленно. Она даже радовалась такой вспышке, обвила рукой плечи Иена.
— Низкие удары не делают тебе чести, Хартстрайкер, — она тряхнула головой. — Но я иного от тебя и не ждала. Твои амбиции всегда были мелочными, безвкусными. Но мне нравится смотреть, как ты барахтаешься, так что я не против сказать тебе, что моя младшая сестра предлагала мне утром правление нашим кланом. И я отказалась.
Бетезда моргнула.
— Что?
Это не казалось возможным, но улыбка Свены стала шире.
— У некоторых из нас цели выше, чем править поверх теней наших мертвых родителей, принцесса Кетцалькоатль. Тысячи лет мои матери были величайшими драконами из живых в этом мире. С прошлой ночи они мертвы. Столько накала и драмы, и они погибли от одного удара на глазах всего мира. Но это показывает, что наследие прошлой силы ложное, прогнившее, как и те, кто за нее цепляется, а истинное право на правление нужно забирать своими клыками. Не теми, что ты украла у бедного отца, которого предала.
Она посмотрела на меч на бедре Джулиуса, но Бетезда оскорбленно и потрясённо глядела на Свену.
— Ты считаешь меня глупой? — рявкнула она. — Ты желала магию своих матерей с рождения! Ты думала, я поверю, что ты уже не борешься? — она прищурилась. — Почему ты тут, Белая Ведьма? Испугалась Алгонквин, так что не можешь сходить в СЗД и забрать магию из трупов своих матерей?
Это был низкий удар, и несколько белых драконов оскалились в ответ, но Свена отмахнулась от оскорбления.
— Мои матери только проснулись после тысячи лет сна. Магия, которая у них осталась, была слабой, наверное, ее уже украла Алгонквин. Но, даже если бы огонь их жизней был передо мной, я не тронула бы его. Мне не хочется быть просто дочерью великих драконов, править воспоминанием власти. Пусть мертвые будут мертвы. Я жива, и впервые мое будущее — только мое, — она гордо подняла голову. — Я сама себе королева теперь, Бетезда, так что я сделала то, что любой настоящий дракон сделал бы на моем месте. Я создала свой клан.
— И втащила туда моего сына, — прорычала Бетезда, глядя на Иена, который все еще стоял рядом со Свеной, был нахальнее обычного. — Ты, ворующая драконов…
