Каждое его слово, произнесенное хриплым соблазняющим шепотом, затягивает меня в торнадо, которое состоит из дикого, еле выносимого возбуждения, и страстного желания отдаться этому самцу. Этот смерч словно начинает крутить меня по кругу, поднимая всё выше и выше.
Искушение слишком велико.
Человеческая половина меня предостерегает. Этот ураган стихнет, и что тогда? Падение с высоты неизбежно. Поймает ли меня внизу этот оборотень? Или он, как показали события в его випке, откажется от меня снова и просто отойдет в сторону, позволяя мне разбиться?
Переживу ли я это падение?
Настрой волчицы очевиден. Требует дать нашему истинному второй шанс.
Но тут всё понятно. Голые звериные инстинкты всегда будут у неё на первом месте.
Не понимает она, что разгребать всё дерьмо придется в основном мне – человеку. Нет, само собой, она тоже будет страдать, но основная нагрузка ляжет на меня.
Мои сомнения резко прерываются, когда мужские руки сжимаются ещё сильней. Хватка на талии становится просто железобетонной, словно давая понять, что мне не оставляют шансов самостоятельно выбраться из плена его рук.
- Давай, детка, соглашайся? – продолжает искушать меня этот гад, вдавливаясь каменным от возбуждения членом мне чуть ниже поясницы. По сравнению с ним, даже на каблуках, я намного ниже его.
Я слишком явно чувствую огромные размеры его плоти и захлебываюсь слюной только представив, как он будет ощущаться во мне.
Но ещё сильней меня бомбит от его такой небрежной «детки». Он будто обезличивает меня, ставя в один ряд со всеми теми, кто был до меня.
Безумно хочется крикнуть в голос, что я, черт возьми, не одна из них.
Я - твоя истинная!
И это странным образом понижает градус моего возбуждения.
На первый план выходит желание разобраться с тем, почему этот оборотень так странно себя ведет по отношению ко мне.
Выяснять что-то здесь посреди танцполя не совсем удобно. Значит, нам с ним действительно стоит уединиться.
Слегка поворачиваю голову в сторону, и его губы скользят уже по моей щеке, оставляя и на ней огненные ожоги.
- У тебя вроде была «компания», которая, насколько я помню, не давала скучать, - с иронией подкалываю его, чтобы оборотень не посчитал меня достаточно легкой добычей. Пусть не думает, что раз мы истинные, то стоит ему щелкнуть пальцем и я побегу за ним, поджав хвост.
- Я подумал и решил, что хочу завершить этот вечер именно в твоей компании, - после негромкого хмыканья мурлычет оборотень, разворачивая меня.
Поднимаю лицо вверх, практически до хруста в шее, так как он реально огромен.
- А если у меня были другие планы? – несмотря на свои слова, провокационно прижимаюсь ближе.
- Если ты про двух сопляков, которые свалили, стоило мне только посмотреть на них, - несмотря на усмешку в уголке губ и приподнятую бровь, в его глазах мелькает раздражение. – Тебе ни с одним из них не было бы настолько… интересно, как со мной.
И слово «интересно», выделенное им специально, не оставляет никаких сомнений в том, что на самом деле он хотел сказать.
Так вот почему та парочка оборотней свалила. Почувствовали более сильного самца по сравнению с собой. Испугались этого громилы с мускулами, движение которых сейчас я ощущала даже через ткань своего платья и его рубашки.
- И что ты предлагаешь? – облизываю нервно губы.
- Как на счет того, чтобы продолжить наше знакомство в более тихой обстановке, - следует от него предложение.
Мне оно нравится. Нам нужно место, где мы смогли бы спокойно поговорить. Проще выяснить всё без свидетелей.
Правда, тут возникает небольшой нюанс. Думая, что он намекает на свою вип-комнату, недовольно морщусь. Знаю, что меня будет безумно злить запахи, которые наверняка остались там после его траха с рыжей. Волчица будет с ума сходить от отвращения и ревности. Придется все свои силы направлять на то, чтобы её успокоить. И боюсь, трезвого и нормального диалога у нас не получится.
Он считывает мои сомнения и даже, я бы сказала, недовольство по поводу места не только по лицу, но и на эмоциональном уровне. И реагирует даже быстрее, чем я успеваю хоть что-то сказать.
- Я остановился в гостинице, которая находится буквально в сотне метров от этого клуба, - он улыбается, и я вижу, как мелькают острые белоснежные клыки. – Предлагаю переместиться туда.
- Хорошо, - киваю согласно я. – Только подругу предупрежу.
Он с неохотой меня выпускает из своих объятий. И этот жест как целебный бальзам на мою раненую душу.
- Это кто такой? – шепотом спрашивает меня подруга, как только я отворачиваюсь от мужчины и подхожу к ней. В глазах Юльки нескрываемое любопытство.
- Так, старый знакомый, - я почему-то вру ей. Возможно, из-за того, что признайся я ей, кем он для меня является на самом деле, и тогда последует куча вопросов, на которых у меня пока нет ответов. – Юль, я пойду, ладно? Мы просто с ним хотели…
- Ой, да вали уже, - понимающе усмехается она, когда я замолчала. – Завтра жду звонка от тебя. Расскажешь про старого знакомого, о существовании которого я даже была не в курсе, - тут же требовательно произносит подруга, обнимая меня на прощание. – Охренеть какой экземплярчик! – восхищенно хихикает она мне в ухо, после чего отступает.
Я только закатываю глаза, усмехаясь.
Разворачиваюсь и возвращаюсь к оборотню, который тут же хватает меня за руку и тянет за собой на выход.
От соприкосновений наших ладоней меня снова ведет не по-детски. Голова идет кругом, а ноги слабеют настолько, что приходится замедлить шаг.
Он подстраивается под мой темп ходьбы, но я чувствую его тихий недовольный рык, когда мы замедляемся.
Дорогу в отель я помню смутно.
Кажется, мы только вышли из клуба, и вот уже за нами с оглушительным грохотом захлопывается дверь его гостиничного номера.
