Такого с ней никогда не было! Под этим взглядом ей стало так по-женски приятно, что она полностью забыла свое недавнее недовольство.
Позволить себе увлечься этим человеком — настоящее безумие! Это сейчас, когда его предала любимая женщина, ему нужна женская ласка, а получив свое, он опять исчезнет в чужом мире.
Настоящее безумие, строго предупредила она себя еще раз.
Дрожавшей рукой Сара беспокойно пригладила волосы.
— Думаю, мне пора, — сказала она, изо всех сил стараясь не замечать физическую привлекательность мужчины, который сидел так близко к ней, что их ноги почти соприкасались.
— Не уходи, Сара. — Грифф тихонечко дотронулся до ее локтя, глаза его смотрели тревожно.
Она почти не дышала, стараясь сдержать волнение.
— Мне действительно надо… уходить. Он вздохнул.
— То, что я сказал тебе сейчас, — это комплимент, а не желание пофлиртовать, — устало произнес он. — Кроме того, я рассчитывал, что ты побудешь еще немного и мы с тобой поплаваем, — начал он уговаривать, видя, что ее решительность поколеблена.
С одной стороны, рядом был такой интересный собеседник, синяя вода так заманчиво поблескивала и было так жарко…
Мейджоровская вилла стояла последней на холме, а высокие деревья делали ее полностью недоступной для посторонних глаз.
Сара испытывала огромное искушение принять его предложение, тем более в такую жару, и все же она колебалась. Девушка побаивалась этого человека.
— У меня нет купальника.
— Возьми у Вирджинии, — тут же предложил он, почувствовав, что вдали забрезжила победа. — Я видел в раздевалках несколько купальников. Правда, вы в разных… весовых категориях, но, думаю, подберешь себе что-нибудь на сегодня, — мягко уговаривал он.
Хоть Сара и не была заморышем, но до пышных форм его сестры ей, конечно, далеко, и он прекрасно знает об этом.
А что тут такого? Он наверняка большой знаток женщин, специалист по красивым фигурам и мордашкам, если даже судить только по его прелестной невесте.
Сара знает, что не может тягаться с этой девушкой во внешности и манерах. Но в одном уверена твердо: она никогда не стала бы унижать человека, с которым согласилась предстать перед алтарем!
Ей не понравилось, как Сандра Престон обошлась с Гриффом. И если ее общество поможет ему хоть немножко забыться, тогда почему бы ей не принять его предложение?
С такими навязчивыми мыслями Сара отправилась в одну из раздевалок за бассейном.
Как Грифф и говорил, тут висело несколько купальников. Два бикини, которые она примерила вначале, не годились, лиф у них был настолько велик, что даже не держался на ней.
Но в конце концов Сара нашла простой черный купальник, который подошел ей. Он, конечно, сидел не безупречно, но надо было либо соглашаться на такой вариант, либо лишиться удовольствия поплавать.
Когда она вышла из раздевалки, Грифф уже был в воде. Его сильное тело быстро передвигалось в бассейне.
Сара спустилась в воду, прежде чем он успел заметить ее. Легкими, но энергичными движениями она поплыла к нему.
Грифф, улыбаясь, повернулся к ней, с мокрых волос по его лицу ручейками стекала вода.
— Вот видишь, подобрала. — Он с удовольствием оглядел ее.
Сара не обратила внимания на этот оценивающий взгляд, она плыла, разбрызгивая воду, совершенно позабыв о глубине бассейна, похоже, ее это и не волновало сейчас. Причем она позабыла не только о глубине бассейна.
— Так здорово, когда в доме такой бассейн. — Она специально заговорила о постороннем.
— Вирджиния вышла замуж за деньги, — пожал плечами Грифф.
— Я не в осуждение… — горячо возразила Сара. — Я просто…
— Ты перестанешь наконец извиняться каждый раз, когда открываешь рот? Уверен, это на самом деле не свойственно тебе, — заворчал Грифф, хотя сам наверняка понял, что она ведет себя так осторожно, чтобы не напоминать ему о неудаче со свадьбой. — В этом нет необходимости, — мягко заверил он. — Я сказал, что она вышла замуж за деньги, но не говорил, что это единственная причина, по которой Вирджиния вышла за Уолтера.
Она ведет себя глупо. Надо расслабиться, иначе совсем в посмешище превратишься. Но Грифф прав, она обычно не такая, а всегда уверенная в себе и находчивая.
— Из-за всего этого я испытываю некоторую неловкость, — с грустью призналась Сара.
— Из-за чего «этого»? — Голос его смягчился.
— Ну, того, что случилось с тобой в субботу.
— Я просил тебя забыть об этом.
— Я стараюсь, — заверила она его. — Мне… мне просто немного странно находиться здесь, рядом с тобой, вот и все. В конце концов, ты же всемирно известный журналист, а…
— Никогда бы не подумал, что ты тоже падка на «звезд», — засмеялся он.
— Я — нет, — насмешливо ответила она. — Это просто потому, что до вчерашнего дня ты был для меня не обычным человеком, а автором статей, чья фамилия так знаменита.
— Я такой же человек, как и все, — небрежно заметил он.
Но они оба знали, что это не так. Ей по крайней мере интересно с ним. За последние десять дней единственный мужчина, с которым она общалась, был Бен.
— Сара?
Она с улыбкой подняла голову.
— Я думала, ты просто пригласил меня поплавать.
Казалось, он решил, что все неприятности какими бы ужасными они ни были, уже остались позади.
— Давай туда и обратно, — весело предложил он.
Это был чудесный день. С Гриффом было легко, как Сара и предполагала.
Он немного рассказал о себе, о том, как объездил весь мир, в двадцать лет став журналистом. Рассказывая о последних пятнадцати годах, Грифф вдруг стал казаться старше своих лет, словно все, что он увидел за эти годы, внезапно навалилось на него. Но в подробности своей работы он не стал вдаваться, а лишь рассказывал о странах, которые показались ему интересными. Потом он, сжалившись над ней, вместо кофе «по-моргановски», при одном упоминании о котором Сару передернуло, приготовил лаймовый сок. Сок пришелся очень кстати.
Сара распустила волосы, чтобы высушить их на солнце. Они за эти дни выгорели и стали совсем светлыми, загорелая кожа на руках и ногах стала золотисто-коричневой, сильно декольтированный купальный костюм открывал нежные шоколадные выпуклости ее грудей.
— Надо собираться домой, — грустно сказала она. Идти никуда не хотелось. Честно говоря, рядом с Гриффом ей было спокойно и уютно. После суматохи форбсовской виллы она, казалось, нашла здесь рай земной.
Грифф лежал в шезлонге рядом с ней, глаза закрыты: то ли спит, то ли просто отдыхает. Грудь его равномерно поднимается и опускается, слышно ровное дыхание, расслабленное лицо смягчилось, поэтому сейчас он кажется моложе. Морщинки, идущие от носа ко рту, разгладились, губы слегка раскрыты, словно он ждет, когда его поцелуют…
