объёму. С местными ценами мне ещё предстояло разбираться: общение с казначеем я наметила на время сразу после завтрака.
В целом удовлетворившись осмотром, я со вкусом позавтракала и снова отправилась в кабинет. Казначей, сухонький старичок, чьё имя я не смогла бы повторить даже под дулом пистолета, долго рассказывал о налогах и арендаторах, время от времени тыкая в висевшую на стене карту.
Дедок говорил так монотонно, что я, несмотря на всю свою подготовку практикующего юриста в сфере экономики, чуть не заснула. Пытаясь как-то встряхнуться, я указала на длинный заштрихованный серым участок у самой границы моих владений. Он привлёк моё внимание тем, что за время двухчасовой лекции именно туда казначей не ткнул ни разу.
— Ах, это, — неохотно проворчал казначей, поправив очки. — Бесполезная земля.
— Почему? — удивилась я, присматриваясь. — Болота?
— Да нет. Луга. Пашни когда-то были. Два больших села.
— Так… И убытки?
— Убытки. Собирают только себе на прокорм. Мужики по большей части на отхожий промысел ходят. Но по налогам всё равно недоимки, а в арендаторы так и вовсе никто не идёт. А как год неудачный, так ещё и из замка подкармливаем. Подкармливали, пока батюшка ваш жив был.
— Вообще-то я думала, что это подданные кормят барона, а не наоборот, — приподняла бровь я.
— Ах, — махнул рукой старик. — Как туда этот негодяй, сосед ваш, повадился, так и себя прокормить не могут. Половина семей, что позажиточней, уже сбежала оттуда давно. Только самые голодранцы и остались.
— Не поняла. Кто туда повадился?
Казначей вздохнул и рассказал совершенно идиотскую историю. Оказывается, здесь водились драконы! Ну, как водились. Они тут жили. Даже когда-то довольно успешно воевали с нашим королевством, и не только с нашим. Однако в нынешнее время у них то ли миролюбия прибавилось, то ли поубавилось сил, но кровопролитные войны остались в прошлом. Им даже разрешили покупать пустующие земли и селиться на территории бывших противников. Правда, любви обычных людей вроде меня им это не прибавило, да и налоги они платили не в пример выше. Но их почему-то это не отпугивало.
Самое неприятное, что одно из таких драконьих поместий граничило с моим баронством. Около двадцати лет назад там поселился молодой дракон, и начались проблемы. Поганец развлекался со своими гостями, выезжал на охоту и совершенно не обращал внимания на межевые столбы. На протесты моего отца он не обращал никакого внимания. Жалоба в королевский суд тоже ничего не дала. Ну, порезвился феодал, вытоптал какое-то там поле, ерунда. После долгой тяжбы охотничка обязали оплатить стоимость уничтоженного урожая. Он оплатил, но к тому времени ещё два таких урожая испоганил и одну рощу сжёг. Отец махнул рукой, и с тех пор земли на северной окраине бесполезным балластом висели на баронской казне.
Я скрипела зубами от злости, слушая эту историю. Всю жизнь защищать в судах чужую собственность и терпеть, когда безнаказанно уничтожают мою? Нет уж.
— И что это за дракон, — стараясь говорить спокойно, поинтересовалась я. — Большая ящерица, которая летает и плюётся огнём?
— Насчёт огня не знаю, не видел, — пожал плечами казначей. — А крыльев у него нет. Мы как-то с вашим батюшкой поехали убытки считать, так он там как раз перекинулся. Большая ящерица, иначе и не скажешь. А в человечьем обличье вполне нормальный. За настоящего человека принять можно.
Старичок брезгливо скривился.
— Значит, ящерица… — пробормотала я. — Хорошо…
«Уж я-то не поленюсь отправиться в суд за каждый колосок. Он у меня мигом растеряет желание тут резвиться», — сердито думала я, постукивая ногтем по столешнице, и нервно дёрнула за шнурок звонка.
Леона тут же сунула голову в дверь, как будто только и ждала, что её позовут.
— Скажи там на конюшне, что я собираюсь прокатиться по своим владениям!
— Какую карету прикажете закладывать, госпожа баронесса? Большую или…
— Зачем карету? — усмехнулась я, мысленно поблагодарив бабушку за уроки верховой езды. — Мы поедем верхом.
— Верхом? — округлила глаза женщина.
— Да, верхом, — с нажимом подтвердила я. — Что тебя смущает?
— Ничего, госпожа баронесса, — тут же поклонилась она. — Я прикажу седлать лошадей.
ГЛАВА 5
«Чёрт… Я должна была об этом вспомнить! Читала же!»
Эта здравая, но, увы, запоздалая мысль вертелась у меня в голове, пока я с самым деловым видом расхаживала вокруг приготовленной для меня лошади. Нет, к ней никаких претензий не было. Вполне приличная кобылка, в меру упитанная, тонконогая. Косилась на меня, правда, недоверчиво, но это и неудивительно. Я бы и сама косилась, подойди ко мне куча шуршащего шёлка, а то, что служанки гордо именовали костюмом для верховой езды, именно так и выглядело.
В общем, лошадь смутила моя сбруя, а меня — её. Я даже не сразу сообразила, что такое прицепили несчастному животному на спину. Конструкция одновременно напоминала обшарпанный стул и девайс для игрищ в стиле садо-мазо. Высокая спинка, плоское сиденье и два кривых рога чуть левее от центра. И всё это великолепие было обтянуто жёсткой, растрескавшейся от старости кожей.
Так или иначе, но садиться в такое седло я не могла. Во-первых, опасалась, что под влиянием неумолимого времени пострадала не только кожа, и конструкция развалится прямо подо мной. Во-вторых, просто не понимала, как туда взгромоздиться. А в третьих, сильно подозревала, что позорно сверну себе шею при первом же кульбите явно не привыкшей к подобным наездникам лошади. Но и признавать собственную ошибку очень не хотелось.
— С какой помойки принесли это? — процедила я, вовремя вспомнив очередной завет бабушки: лучшая защита — нападение.
— Э… Простите, госпожа баронесса… — замялась Леона, в которую я вперила самый недовольный взгляд, какой только смогла изобразить. — В замке так давно не было дам… Почитай, с тех пор как ваша матушка скончалась… А главный конюх…
— Хватит! — перебила я. — Это убожество вернуть на родную помойку, чтобы я его больше не видела.
— Да, госпожа баронесса, — поклонился высокий седоусый дядька, которого шустрая Леона поспешила вытолкнуть вперёд под гнев взбалмошной хозяйки.
— И заложите… Карету, что ли. Я всё еще хочу посмотреть на свои владения!
— Как вам будет угодно.
— Только не тот здоровенный гроб на шести колёсах, — добавила я, вовремя вспомнив, какой выбор имелся в большом сарае на заднем
