- Готова поспорить, что эта информация сразу тебе исправила юмор. Ты хочешь еще выпить?
- Благодарю, я схожу, - сказала она и взмахнула рукой, словно отгоняла от себя неприятную тему. - Что мы пьем?
- Для меня джин с тоником, пожалуйста.
- Ого, какое буржуйское.
Через минуту Рэйчел вернулась с напитками. Джефф пока еще не появился, поэтому я начала надеяться, что мы в безопасности.
- После твоего ухода Хельга вывесила плакат, - сказала я, потому что вспомнила об этом, пока Рэйчел покупала напитки. - Что-то на тему встречи по делу реструктуризации системы членства, как-то так. Грузила меня, что я не должна даже его читать, потому что не вхожу в штат фирмы. Ты представляешь себе?
- Не обращай на нее внимания, - ответила Рэйчел высокомерным тоном. - Ты знаешь, какая она. Как только около Дерека появляется какая-то красивая девушка, Линда выпускает когти.
- Ведь я даже с ним специально не разговариваю - запротестовала я, оправдываясь.
- Достаточно, что ты оказываешь ему честь. - Рэйчел пригубила глоток напитка. - Знаю, о чем будет идти речь на этой встрече помимо жаргона Линды.
- В самом деле? Будет что-то интересное?
- Можно так сказать. Она планирует сделать из тренажерного клуба заведение для снобов. Удвоить абонентскую плату и выстроить при этом джакузи и парильню. Капитализм в наступлении. Полная измена тому, чем должен быть настоящий фитнесс. К тому же хоть Линда, конечно, получит повышение, но наша зарплата наверняка не изменится. Всегда так, правление крутится у касс, а работники едва сводят концы с концами. Добро пожаловать в Великобританию.
Надо сказать, элегантная бровь Рэйчел была немного приподнята, но ее рот не двигался. Даже если обработать это утробное чревовещание, то она никогда не использовала бы подобный лексический набор из песен протеста. В конечном итоге без труда я распознала голос Джеффа, выдавшего эту длинную речь. Повернувшись, я увидела, что тот стоит здесь же за мной.
- Не сделает этого, - заявила я в знак протеста, думая, что он преувеличивает. - Ведь владельцем тренажерного зала является городской совет...
- Линда думает, что у нее достаточная поддержка, чтобы протолкнуть этот замысел, - сказал Джефф. - Скажет им, что это рационализация услуг или какая-то другая подобная глупость, и они пойдут на все. Этот клуб еще станет их флагманом, когда захотят доказать, что не являются какими-то бедными леваками в противовес того, что утверждают газеты тори...
Вообще-то я согласна с содержанием выводов Джеффа, но отвращает меня их форма. Джефф является одним из этих щуплых, бледных и слабых выходцев из среднего класса, которые переодеваются в грязную куртку и с притворным рабочим акцентом продают брошюры о социализме у выхода из метро. В любой момент я ожидала, что он начнет выкрикивать лозунги призыва к товарищам.
- О, мой Господи, что, уже так поздно? - воскликнула я, глядя демонстративно на часы. – Мне нужно лететь домой.
Я встала и схватила свой леопардовый плащ. Рэйчел воспользовалась случаем.
- Да, я тоже должна идти, – сказала она, поднимая сумку. - Замечательный плащ, Сэм.
Я раздулась от гордости. Тем временем Джефф сделал разочарованную мину.
- Ох, пожалуйста, останься еще на выпивку, – взмолился он. - Я ставлю.
Хоть обращался к нам обеим, его взгляд вонзился в Рэйчел.
- Прошу у тебя прощения, но я, в самом деле, устала, – пробормотала я, непрерывно загружая карман плаща горстью коробков со спичками. К счастью, никто не смотрел. В настоящий момент я действительно приобрела бедра как у Лоллобриджиды.
Рэйчел сдалась под давлением Джеффа.
- Ну, хорошо, выпью еще один – сказала она. - В конце концов, мой дом недалеко.
Джефф был слишком счастлив, что Рэйчел с ним осталась, чтобы заметить мой уход. Я тронулась к двери, проталкиваясь боком через толпу. Нужно было помнить о спичках.
Глава 3
На следующий день у меня не было занятий, поэтому я осталась дома, чтобы поработать над моей мобилой, называемой также Вещью, которой я безмерно гордилась. Выглядела она в некотором роде как серебряная глыба, по форме приближенной к пуле, обвязанной грубым, стальным проводом, который я деловито сформировала наподобие сети. Между кабелями продергивал сдавленный блеск металла. Проклятая Вещь преследовала меня в течение многих месяцев, развалясь на полу моего жилья как злобная и очень обиженная лягушка. Она совершенно точно знала, что не окончена, и ужасно ее это раздражало. К сожалению, я не знала, как ей помочь.
В конце концов, какое-то случайно услышанное замечание привело к тому, что я натолкнулась на идею прикрепить ее цепью к потолку. Вещь устроилась молниеносно, едва только зависла в воздухе. Выражая, что изначально знала, что должна быть в движении и нетерпеливо ожидала, когда я также это пойму.
Теперь, колыхаясь величественно в раздолье, как только что открытая планета, она производила впечатление очень довольной.
Единственная проблема заключалась в том, что болтание на цепи ничем не ограничивало развязность ее движений, в связи с чем она взлетала драматично под потолок каждый раз, когда я открывала окно на потолке. Я пыталась придумать какую-нибудь стабилизационную систему, но без большого успеха.
Но сам факт, что я разгрызла тайну назначения Вещи, давал мне огромное удовлетворение, даже если моя планета качалась как пьяный маятник. Я хотела позвонить Тому, чтобы пригласить его на выпивку, но тем временем меня поглотил проект новой мобилы, Дочки Вещи, которая в этот раз уже с самого начала должна была быть подвижной и подвешенной. Я полностью потеряла ощущение времени и опомнилась лишь в половине одиннадцатого вечера, когда оголодавший желудок начал добиваться еды.
Обыскав шкаф, я выгребла из него паприковую запеканку из картофеля Сэнсбери, которую разогрела на сковороде, размышляя, можно ли ее признать свежим овощем, особенно в вакуумной упаковке. На этот счет у меня имелись сомнения. Недавно я приняла твердое решение, которое касается увеличения потребления свежих овощей и плодов, что на практике значило, что в целом я начну это есть.
Угрызения совести заставили меня обратиться к холодильнику, где удалось найти какой-то одинокий лук. Покрошила его и швырнула в запеканку. Если это не свежий овощ, то уж я не знаю, что должна есть. В доблестном и возвышенном настроении по выполнению этого мужественного поступка я уселась перед телевизором, чтобы досмотреть американский полицейский сериал. Добыла бутылку вина к закуске, но выпила только половину. В последнее время забочусь о здоровой диете.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
