– Входим в разлом, — сообщил Никола.
– Триста метров, – доложил кто-то из команды.
Ровный край подводного утеса проплывал перед камерой по мере спуска аппарата. Коллеги Никола информировали остальных о погружении на каждые новые пятьдесят метров. К сожалению, пока они находились внутри расселины, носовую часть аппарата приходилось держать горизонтально. Когда прозвучало «пятьсот метров», то есть около полутора тысяч футов, пульс Джека ускорился, а указательный и большой пальцы непроизвольно задвигались.
Появилась нижняя кромка. Аппарат прошел расселину и оказался в обширной подводной камере. Джеку казалось, что они переместились в другой мир. Похожие чувства он испытал, когда спускался в Гротте ди Теулада в Италии. И вот купол гигантского подводного собора исчез из виду, и новый контур проступил из тьмы. Сердце Джека бешено затрепыхалось где-то в области шеи.
— Вы только поглядите! – вырвалось у Дага.
На фоне осадочных пород все отчетливее виднелась округлая металлическая поверхность. Плывущая мимо взвесь создавала сверхъестественное впечатление космического пространства.
— Чуть ближе, — попросил Джек. Джойстик в руках Никола шевельнулся.
Объект был столь велик, что увидеть его целиком не представлялось возможным. Он был больше, чем три Титаника, поставленные носом к корме.
ДУА приблизился на пятьдесят футов.
— Нет отражения, -- удивился Грант. – Как будто металл поглощает свет.
Аппарат поворачивал влево, но тут раздался воркующий голос Анны:
– Доктор Грир, поверните, пожалуйста, камеру на десять градусов к югу.
Никола посмотрел на Джека, тот кивнул. Носовая часть ДУА наклонилась.
– Можно ближе?
Никола сделал ближе.
– Еще, пожалуйста.
Теперь аппарат был в пяти футах, дальнейшее сближение грозило столкновением.
На гладкой поверхности корпуса стали заметны знаки, напоминающие то ли пиктограммы, то ли иероглифы.
– Изо всех сил надеюсь, что вы это фиксируете, – Джек обращался к Никола.
Никола подтвердил.
Грант прочистил горло:
– Поскольку никто, похоже, не готов признать очевидное, скажу я. За точность терминов не ручаюсь, но ребята из SETI (Search for Extra-Terrestrial Intelligence. «Поиск внеземных цивилизаций» – исследовательская программа США. – прим. пер.) назвали бы это «первым контактом».
Джек нервно выдохнул:
– Что вы думаете о символах? – обратился он ко всем вместе и ни к кому в частности.
– Ученые десятилетиями пытаются расшифровать глифы майя, – сказал Даг. – Это даже Анне не под силу.
– Мало данных, – Анна согласилась с Дагом.
– Принято к сведению, – отрапортовал Джек.
Они продолжали спуск вдоль гладкой стены цвета пушечной бронзы. Через минуту однообразие поверхности было нарушено появлением тонких круглых швов. Их было примерно три дюжины, больших и маленьких, расположенных рядами, от больших к меньшим. Затем на внешней оболочке объекта показалось темное пятно.
– Назад и вверх, – скомандовал Джек. – Что это?
Грант сообщил, что не успел ничего разглядеть.
– Напоминает большой иллюминатор, – в голосе Дага не было уверенности.
Джек считал иначе, но промолчал. ДУА остановился, а затем начал подниматься, возвращаясь к загадочному месту. То, что они увидели, не было окном – это было отверстие диаметром в три фута. Не похоже, чтобы оно появилось в результате более позднего вмешательства: края были идеально ровными, как не бывает при использовании промышленных резаков. Да и трудно себе представить, чтобы хоть какие-то земные орудия могли разрезать обшивку космического корабля, который сумел удариться о землю, не получив ни единой царапины.
Управляемый аппарат подошел ближе, и Джеку подумалось, что отверстие не результат попытки проникнуть внутрь. Есть же еще эти другие круги, размещенные, как торпедные аппараты на атомной субмарине. Может быть, это не вход, а выход. От этой мысли холод побежал по позвоночнику. Слова, сказанные Гэби, вновь зазвучали в его голове. Что если она права? Что если единственно разумным решением было бы оставить этого колосса в его водяной могиле, где он лежал миллионы лет?
Живой голос нарушил его мысли.
– Доктор Грир. Это Билли. У нас гости из ВМС.
Джек вздрогнул. У них же кубинец лежит в медсанчасти. Неужели его коллеги явились выручать его?
Но международный инцидент теперь не казался такой уж большой проблемой. Есть причины для беспокойства посерьезнее, и эти причины отчетливо видны через носовую камеру подводного аппарата.
Глава 10
К тому времени, как Джек поднялся на верхний уровень буровой, вертолет MH-60S Seahawk уже находился на посадочной площадке. Шесть военных моряков в боевой выкладке, с оружием (хоть и не изготовленным к стрельбе), направлялись к нему навстречу. За ними неспешной, уверенной походкой шел офицер ВМС США в форме цвета хаки и бежевой фуражке. В руке он держал серебристый чемоданчик для бумаг. Солдаты миновали Джека и устремились вниз по лестницам, разделившись на две группы, как ручей, обтекающий валун.
— Это частное научно-исследовательское предприятие, – крикнул он, обращаясь к спинам удалявшихся военных. Повернувшись, Джек оказался лицом к лицу с улыбавшимся офицером. От улыбки на щеках военного образовались ямочки, а во рту блеснул отраженным солнцем золотой зуб. За его спиной стояли еще два вооруженных бойца в форме, отличной от той, в которую были одеты моряки.
— Контр-адмирал Томас П. Старк-младший, — офицер протянул крепкую руку. Углы воротника его форменного кителя были украшены серебряными звездами, над левым нагрудным карманом красовался ряд цветных нашивок, увенчанный золотым офицерским значком. Поскольку Джек от рукопожатия уклонился, Старк изменил движение руки, снял с головы фуражку и пристроил ее на сгибе левой руки. Его светлые, коротко стриженные волосы напоминали ухоженный газон. Контр-адмирал был среднего роста, среднего веса и в хорошей физической форме для своих «за пятьдесят».
– Я знаю, что вас привело, — сказал Джек, представляя себе, как люди Старка вытаскивают кубинского пилота Фуэнтеса из больничной койки.
Старк слегка прищурился:
— Думаю – да.
— Мы вытащили его из воды. И готовы были отдать его кубинцам, если бы они за ним явились. Я бы не хотел, чтобы мы тут оказались пешками в политических играх.
— Похоже, они опоздали, – сказал Старк и помахал чемоданчиком. — Где бы нам поговорить?
•••
Джек повел их к одному из пустых контейнеров, где планировалось разместить лабораторию для анализа поднятых материалов, что, в свете их свежей находки, стало неактуальным. Он достал рацию и вызвал Гэби: она руководит операцией вместе с ним и должна быть в курсе происходящего. Дозвониться удалось с третьей попытки, Гэби сказала, что придет.
В контейнере было тесно. Сопровождавшие Старка сняли шлемы.
– Это коммандер Харт, – Старк сделал жест в сторону атлетически сложенного и производящего впечатление очень сильного для своего роста человека с козлиной бородкой и закрученными усами, как у записного стрелка из фильмов про «дикий Запад». Загорелое лицо Харта наводило на мысли о серфинге.
Старк отодвинул в сторону лежавшие на столе какие-то учёные принадлежности и положил на их место свой чемоданчик:
— А это лейтенант Ольсен.
Шести с лишним футов росту, плотный, Ольсен был яркой противоположностью маленькому жилистому Харту. Загар его был не так темен и полностью отсутствовал вокруг глаз, обычно спрятанных за темными очками фирмы Оукли. В отличие от Харта Ольсен был тщательно выбрит, что придавало ему моложавый вид.
– Спецназ ВМС, — подытожил Старк.
— Я большой специалист по «морским котикам», — похвастался Джек. -- В детстве я много читал про время, когда Кеннеди был президентом, а позже одно время даже колебался, что выбрать – ВМС или геофизику.
Старк улыбнулся:
