О, а вот и стадия «гнев».
— Это действительно так. Я понимаю ,что это очень неожиданно. Но сомнений у нас не может быть, — медленно произносит дядечка, а Ярослав громко фыркает.
— Кто еще имел доступ к ее ноутбуку? Я хочу, чтобы вы проверили абсолютно всех в ее окружении. Это надо было сделать до того, как ты приперся ко мне и сказал эти слова, обвинив девчонку.
Похоже, в третьей стадии Ярослав продолжает испытывать гнев, но уже торгуется.
— Мы все проверили, честное слово. Готовы предоставить отчет. Я сожалею, но это действительно так, — со вздохом произносит дядька, а Ярослав прикрывает на секунду глаза. Честно говоря, мне сейчас страшно на него смотреть, хотя я испытываю к нему не лучшие чувства. Он выглядит, как человек, которого застали врасплох и ударили ножом в спину.
— Ладно, вечером обсудим все, —— произносит на выдохе Ярослав, — можешь идти. На телефон мне все скинь.
Дядька, осторожно кивнув, уходит, а я в шоке провожаю его взглядом.
Когда-то я мечтала, чтобы жизнь как следует наказала Ярослава за украденные вещи. Желала этого каждый день, очень активно и от всей души. Сейчас я надеюсь, что это не мои злые мысли сбылись, а просто получился неудачный такой жизненный поворот у не-бывшего мужа. Случайно вот получился.
Ярослав протирает руками лицо, и растерянно глядит в стену напротив.
— Звездец. — подводит итог он, и я с ним соглашаюсь, — знаешь, Василиса, после тебя я думал, что если найду женщину, с которой у меня будут честные товарно-денежные отношения, то я избегу неприятностей в нашем браке. Что может быть проще таких отношений? — медленно произносит Ярослав, а я приподнимаю ошалело брови, — но я даже не ожидал, что в таких отношениях женщина захочет меня завалить. Сюрприз, твою мать.
— По мне так это крайне очевидный исход... если бы вы были давно в браке. У тебя большое наследство. Но ты даже еще не развелся со мной. Чем ты так умудрился допечь беременную женщину, чтобы она пыталась тебя прикончить?
Он бросает в мою сторону уничтожающий взгляд, а я в ответ пожимаю плечом.
— Серьезно. Она должна была знать, на что идет. Когда убивают богатого мужчину, первый человек, на которого падает подозрение — его супруга или сожительница. Либо твоя невеста тупая, либо ты ее окончательно достал.
— Ты, я смотрю, слишком умной стала. Милена считает, что нас с ней вчера расписали. Я не стал ее тревожить и говорить о том, что мы с тобой забыли развестись и дело затянется, — холодно бросает Ярослав, а потом резко встает с кровати, и я ахаю. Он оборачивает вокруг пояса простыню, и нервно выдирает иглу капельницы из катетера в руке, — отвернись. Я оденусь.
— Ты долбанулся? — ошалело интересуюсь я, — ты должен лежать.
— Замолчи? — он кидает на койку свою одежду и сдирает с бедер простынь, принимаясь одеваться, а я прикрываю ладонью глаза. Фу, как неприлично. Но зад у него неплохим стал. Хорошо, хоть размеры хоботка не изменились — такой бы несправедливости бы моя душа не выдержала.
Подумать только, все это досталось феерично глупенькой женщине, которая заказывает киллера для мужа на следующий день после свадьбы. После дистанционной свадьбы... как вообще Ярослав хотел их расписать без присутствия супруги?
Если бы я хотела убить его — я бы удостоверилась бы, что мы действительно в браке и что прошло достаточно времени, чтобы успешно изображать убитую горем жену.
Я убираю ладонь от глаз, потому что становится подозрительно тихо. И вижу, как Ярослав стоит, опираясь рукой на тумбочку, чуть согнувшись и сморщившись от боли.
Черт, это безобразие. Мне третий раз за день становится его жалко.
— Послушай, — пытаюсь я достучаться до него, — если ты сейчас будешь скакать через боль, то твоя женушка реально получит, что хотела — твой хладный труп.
Ярослав выпрямляется, выдохнув. Медленно разворачивается и идет в мою сторону. Я пячусь к двери спиной, а когда он приближается ко мне, то раскидываю в стороны руки.
— Послушай, — осторожно говорю я, — не надо. Лучше ляг.
— Ляж.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Ты такой же безграмотный ,как и раньше, — морщусь я, — правильнее «ляг». Слышал меня? Я не хочу проблем, если ты помрешь прямо при мне или в коридоре. Мы все еще не в разводе. На меня точно повесят твое убийство. Давай я уйду, а ты через пару часов умрешь?
— Отойди, Василиса, — произносит медленно не-бывший муж, а я зажмуриваюсь. Очень сложно будет его задержать, даже с учетом ранения. Он стал таким здоровым. Он и был достаточно высоким, но с мышцами он вообще широкий.
— Я буду звать доктора. Не создавай мне проблем, ---— я осторожно пытаюсь оттолкнуть ладошкой не-бывшего мужа обратно, чтобы не повредить его еще больше, как дверь за моей спиной неожиданно открывается, я резко оборачиваюсь и вижу одного из тех амбалов, которые меня везли сюда.
— Яро... драсть, — он растерянно смотрит на меня и на мою руку на груди у Ярослава. Я тут же отдергиваю ладонь и вытираю ее об штаны. Заодно ловлю недоуменный взгляд не-бывшего мужа.
— Ваш босс пытается уйти, — сообщаю я амбалу эту «новость», — после огнестрельного ранения. Я считаю, что его надо остановить.
— А... — тянет безразлично амбал и снова возвращается взглядом к Ярославу, --— вы знаете, я тут сообщить пришел, что нотариус с адвокатом задержатся. Там пробка. Авария на переезде...
— Пусть едут ко мне домой, — холодно произносит Ярослав и смотрит на меня, — а ты двигай ножками, Василиса. Поедешь со мной.
— Нет! — возмущаюсь я, — зачем?!
— Да, — припечатывает Ярослав, — потому что мне надо отсюда уехать. Иди сама, или тебя донесут.
— Козел, — шиплю я ему вслед, когда он обходит меня, отстранив и идет по коридору, --— попробуй только умереть!
Часть 11
В машине амбал садится за руль, Ярослав — на заднее сиденье, а мне приходится сесть рядом с ним. Я демонстративно отворачиваюсь к окну и смотрю на наряженную елочку возле больницы, испытывая полное уныние. Вместо нормального Нового года, похоже, у меня будет какая-то жопа. Задницей своей чую.
Внезапно телефон Ярослава начинает играть нежную мелодию. Я даже приподнимаю бровь, потому что эту музыку обычно любят ставить на звонок женщины, но никак не мужчины, и смотрю в сторону не-бывшего мужа. Он хмуро бросает взгляд на экран и, спустя секунду раздумий, принимает вызов. В этот момент между водителем и нами опускается заслонка.
— Я тебя слушаю, — произносит Ярослав, а в динамике раздается в ответ громкий шорох. Потом я понимаю, что это шум моря.
— Привет, солнышко моё, — мурлычет по громкой связи мягким голоском Милена, а мне хочется куда-нибудь провалиться. Я закрываю лицо рукой. Демонстративно, чтобы показать Ярославу мое отношение к этим разговорчикам, — как у тебя делишки?
— Ты мне вроде с утра звонила, Милена, — достаточно холодно произносит Ярослав, а его невестушка вздыхает.
— Я очень соскучилась.
— Ясно. У меня все нормально.
В трубке повисает тишина. Я осторожно подглядываю из-под пальцев в сторону телефона — нет, Ярослав еще не сбросил вызов. Похоже, Милена удивлена. С чего бы иначе ей делать такую паузу, которая кажется напряженной? Обычно влюбленные начинают мило щебетать и рассказывать все, а тут...
—Ладно, — выдавливает девушка внезапно изменившимся голосом, — просто у меня какая-то непонятная тревога в душе. Можно я тебе еще вечером позвоню?
— Да, можно, — спокойно отвечает Ярослав и я восхищаюсь его приобретенному умению держать лицо. Я бы уже давно заорала бы, обложила девушку матерными словами, и пригрозила бы повесить за попытку убийства. А он бодрячком... держится.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Пока, зай, — шепчет Милена и отключается. Наступает настоящая тишина и я отнимаю руку от лица, едва сдерживая смешок. Восхитительно. Мало того, что она глупая, так еще и фиговая актриса.
— Как тебе не стыдно? — фыркаю я, обращаясь к Ярославу, — ты только что говорил со своей невестой при бывшей жене по громкой связи. Вы б еще обсудили свои интимные делишки при мне.
