к своему крепкому члену, вжимая почти до хруста.
— Я не помню до конца мифологию древней Греции… Но я никому не скажу, что вы хотите сделать, — усмехаюсь. Кажется, секунду назад с меня слетел халат. И я теперь чувствую кожей ветерок, горячие дыхания на шее. А голая грудь моментально покрывается мурашками, соски твердеют, набухают. В голову стреляют импульсы удовольствия и настоящего экстаза, я мало что соображаю.
Именно пальцы рыжего быстрее опускаются в мои трусики. Он кусается. Несильно, чтобы не оставлять следов, но ощутимо. А вторая пара рук пропадает. Это кажется настолько неправильно, что я открываю глаза и помутневшим взглядом нахожу напротив Дамира. Он курит, рассматривая моё тело. А другой рукой сжимает свой член сквозь штаны. Кажется, он действительно сегодня будет просто наблюдать. Пока как горячие ладони не дают мне и шанса почувствовать хоть немного холода. Я словно горю. Словно Мирон — действительно бог огня и сейчас он плавит меня.
Он нежно разводит губки, даже не сняв белья и чувствует степень моего возбуждения. Кажется, я сейчас превращусь в маленький водопадик и затоплю соседей снизу. Его пальцы легко скользят, но не нажимают даже на клитор, а я этого очень хочу…
Взамен этого происходит то, чего я не жду. Из трусиков пропадают пальцы, а на мой возмущённый всхлип ухмыляется Дамир. Сильные руки немного меня приподнимают, отодвигают все мешающие ткани и… Внутрь меня скользит крепкий мужской орган. Я не успеваю отреагировать и слишком поздно спрашиваю:
— А как же презервативы? — тот первый мой парень едва ли не при поцелуях надел его. Был аккуратен и очень страшился подцепить что-то. Я была бы счастлива узнать, что он подцепил что-то от уже десятой своей девочки после меня.
— Я чист. А ты не можешь быть грязной. Я почему-то в этом уверен… — шепчет мне в ухо Мирон, кусает мочку и насаживая меня всё больше и больше, заполняя меня так приятно, что перед глазами всё плывёт. У него не маленький орган, но мне не больно. Приятная заполненность сводит с ума. А ещё больше — ощущение, практически физически, взгляда Дамира. Он жадно блуждает по моему телу, и я замечаю, что теперь он уже более, чем реально дрочит. Смотря на нас. А ещё курит, полуприкрыв веки и с наслаждением иногда кусает губы. Это бросает в дрожь ещё больше…
Я даже не могу отвечать за своё тело — оно полностью подконтрольно Мирону. Он сам задал темп и руководит мною как ему нравится. Его губы бродят по шее и ключице, тяжёлое дыхание сводит с ума.
— Поцелуйтесь, — звучит тихо и хрипло голос Дамира. Но мы настолько увлечены, что без промедления слушаемся, сплетаемся губами и языками, я понемногу начинаю помогать мужчине и вызываю этим его стон. Ему нравится, когда я сама двигаюсь? Ох…
В этой позе это немного проблематично. И я сама встаю, почти вырываюсь из рук рыжего мужчины и поворачиваюсь к нему лицом. Нужно видеть его лицо, когда я снова опускаюсь на его член и устраиваюсь поудобнее, начиная медленно двигаться. Я так видела в порно, и пускай в меня бросит камень тот, кто ни разу не смотрел подобные фильмы…
Кажется, за спиной слышится приглушённый, хриплый мат. А Мирон заглядывает в мои глаза и облизывает свои губы, едва я приближаюсь ближе.
— Какая ты, Афродита, горячая штучка, — тихо шепчет. — Ещё немного и я кончу…
— Да, я тоже близка… — шёпот в губы, мгновенный поцелуй, я ахаю, ведь он опять берёт во власть всё моё тело. Сжимает попку, направляет меня… На какой-то момент я растворяюсь и полностью отдаюсь чувствам и эмоциям… Хорошо, что Мирон прикусил меня. Иначе бы я разбудила бы сестру, и не только её, наверное, слишком громким стоном. А горячие искры, словно ток, прошёлся по венам и взорвался внизу живота мощным взрывом. Разнося остатки удовольствия, заставляя тело крупно дрожать и неосознанно сжимать мужские плечи.
Ещё немного, и от медленных, мощных движений, кончает и Мирон. Пачкая мой живот и чуть свой. И мне нужно теперь прикусывать его губы, чтобы его стон не был тоже громким… А он стонет… Слишком гортанно, хрипло и, кажется, почти неосознанно. Полностью отдаваясь удовольствию…
Вот тут я точно поверила, что я ему нравлюсь.
А судя по тишине за спиной, я нравлюсь вся и в любой позе и Дамиру. Поворачиваюсь и ахаю. Дамир, без футболки и с едва надетыми штанами, курит. А на столе валяются салфетки. При этом его кожа при свете одной луны кажется настолько бархатистой, что хочется коснуться её губами… Или хотя бы пальцами. Чтобы потрогать идеально ровную и смуглую кожу.
И попробовать его на вкус…
***
Мне будет очень приятно узнать в комментариях, нравится вам ли эта история.
Я же вижу, вы читаете главы по мере их выхода. А комментарии — это мой стимул выпускать главы и дальше каждый день!)
Всё же добавила немного этой мифологии для остроты. Согласитесь, им троим очень подходит)
Аж самой захотелось на море…
Хих:)
6
— Ты неимоверная, детка, — слышу в ухо хриплый голос. — Мои предположения оправданы полностью…
— Правда? — я снова в халате. Даже в трусиках. И расслабленно откинулась на его плечо и попиваю шампанское, пока Мирон водит пальцами по моей руке. Напротив всё так же сидит Дамир и рассматривает нас.
— Мы заметили вас ещё у бассейна утром, — улыбнулся брюнет, встречаясь с моим взглядом, — пока сидели завтракали, вы спорили о чём-то. Но теперь у меня дикое желание намазать тебя собственноручно тем маслом. Или кремом. Что это было — мне всё равно. Но выглядело это красиво.
— Спасибо. Хорошо, обязательно намажешь, — я ставлю ножку на его бедро и веду вверх. Брюнет ловит меня за щиколотку и наклонил голову.
— У тебя красивые ножки, — гладит костяшками пальцев по коже и ведёт вверх. Облизывается. — Но немного передохни, а то укатаем тебя прямо в первую ночь.
— Почему я вам так доверяю? Я ведь совсем вас не знаю… — вздыхаю.
— Потому что чувствуешь, мы не причиним тебе вреда. Если поймёшь, что мы относимся к тебе как-то «не так», обязательно скажи. Захочешь закончить — мы закончим, — рационально говорит Мирон. — Мы чувствуем оба, что ты намного лучше и проще сестры. Не в плане, что тебя можно легко уложить в постель…
— Но вы это делаете и у вас легко получается, — хохотнула, перебив его.
— Ты ведь намного проще относишься к этому, — Мирон
