просто утаивая все, что знал.
Любой другой мужчина на моем месте, вероятно, почувствовал бы легкое чувство вины, зная, что собирается разрушить жизнь женщины, чтобы выполнить десятилетнюю вендетту. Но только не я. Кровь в моих жилах давно остыла, и я больше не заботился о благополучии других людей. Особенно девочки Торрес. Девочки из семьи, которая думала, что сможет одурачить нас, одурачить меня. Что ж, их ждал чертовски приятный сюрприз, когда я буду готов все раскрыть.
Машина въехала в ворота аэропорта Тетерборо, охрана пропустила нас, не останавливая, как и было предписано. Я должен был быстро преподать Миле урок: деньги и власть — единственное, что нужно, чтобы править этим гребаным миром.
В небе сверкнула молния, и впервые за все время поездки Мила посмотрела на меня.
— Почему мы здесь?
— Это аэропорт. Что, блядь, ты думаешь по этому поводу?
— Куда мы едем?
— Не хочешь ли ты спросить, куда я тебя везу?
— Это одно и то же.
Я ухмыльнулся.
— Вопрос о том, куда мы едем, подразумевает, что ты едешь добровольно. А вопрос, куда я тебя везу, говорит о том, что ты не имеешь права голоса. — Я пожал плечами. — Что в данном случае подходит больше.
Она заерзала на своем месте, ее щеки стали пепельно-белыми, а свежий макияж уже не мог скрыть круги под глазами.
— Хватит валять дурака.
Я насмешливо хмыкнул.
— Такой зрелый ответ. Вижу, у нас много работы.
Она повернулась ко мне лицом.
— Прости, что я не говорю по-взрослому.
— С этим мы будем разбираться в ближайшие дни. А сейчас, когда откроется дверь, ты выходишь и следуешь за Джеймсом к частному самолету. Даже не думай бежать.
Она сузила на меня глаза, в изумрудных радужках которых плескалось презрение.
— И куда, черт побери, мне бежать? И судя по тому, как легко мы сюда въехали, я уверена, что все, кто здесь работает, у тебя на содержании.
— Ты очень наблюдательна.
Дверь открылась, Джеймс протянул руку, но она продолжала смотреть на меня, не двигаясь с места.
— Так бывает, когда живешь рядом с людьми, единственная цель которых — причинить тебе вред.
Обув дорогие туфли на высоком каблуке, которые Елена заставила ее надеть, она вышла из машины, и я последовал за ней, закрыв за собой дверь. В небе сверкнула молния, затем раздался громкий раскат грома, после чего начался дождь. Если бы я был суеверным ублюдком, я бы счел это способом Вселенной сообщить мне, что скоро произойдет что-то плохое. Но мне не нужны были предупреждения Вселенной. Я и так знал, что грядут плохие события, потому что именно я их и принесу.
6
МИЛА
Я никогда раньше не летала на самолете, тем более на частном. Когда я ступила внутрь, то словно снова попала из проклятого лифта в роскошный люкс его отеля. Я почувствовала сильный аромат богатой кожи, деревянного шпона, сделанного на заказ, что придавало интерьеру элегантность. Натуральные оттенки загара, бежевого и умбры приветствовали меня, а щелчок моих каблуков был приглушен пышным бежевым ковром. Это было яркое свидетельство богатства и власти. И одновременно напоминание о том, что мои шансы сразиться с ним и выжить были невелики. Девушка вроде меня никак не могла соперничать с таким могуществом.
Я прикусила губу, оглядываясь по сторонам. Будь это при других обстоятельствах, я бы, наверное, подпрыгивала от восторга. Но это было не так. И я не была взволнована. На самом деле я никогда не испытывала такого ужаса за всю свою чертову жизнь. Я изо всех сил старалась быть храброй, чтобы выражение моего лица не выдало меня. Меньше всего мне хотелось, чтобы Сэйнт думал, что я боюсь, пока я жду, того, чего бы он ни задумал для меня.
Джеймс помог мне освободиться от плаща, в который я была одета, и проводил меня до места. Я вздохнула, усаживаясь в кресло, но удобство широкого кресла ничуть не умерило моих опасений.
— Куда мы летим? — Я подняла глаза на Джеймса, но он даже не моргнул на мой вопрос, не говоря уже об ответе. Казалось, он вообще меня не слышал, игнорируя, словно меня и нет.
Сэйнт сел напротив меня, уже без пиджака. Его галстук был немного ослаблен, а рукава рубашки закатаны до середины плеча.
— Кто ты? — Мой голос дрожал, руки лежали на коленях с переплетенными пальцами.
— Можешь звать меня Святой. — Он ответил так, будто я только что задала самый глупый в мире вопрос. — Я человек, который владеет этим самолетом…
— И, дай угадаю… половиной мира? — Хмыкнула я.
Джеймс протянул ему стакан с бурбоном.
— Надеюсь, когда все это закончится, я буду владеть всем гребаным миром.
— Я имела в виду себя.
Он вскинул бровь.
— Я не понимаю.
— Я имела в виду, кто ты для меня?
На его лице снова появилась высокомерная ухмылка.
— Очень странный вопрос.
— А это очень хреновая ситуация.
— У тебя очень грязный язык, Мила.
— Меня сейчас не волнует выбор слов.
Он долго изучал меня, потягивая свой дорогой напиток, откинувшись в кресле, как человек, которому нет дела до всего на свете. Если бы я была умной девушкой, я бы отвернулась, не требуя ответа, удерживая его взгляд. Но я не была умной девушкой, по крайней мере, сейчас.
— Ты собираешься ответить на мой вопрос?
Сэйнт цокнул губами, сделав глоток бурбона и прочистив горло.
— К сожалению, ты еще не готова получить все ответы.
— Это твое профессиональное мнение?
Он нахмурился.
— Сарказм очень некстати.
— Как и похищение.
Он фыркнул.
— У меня такое чувство, что нам с тобой будет очень весело вместе.
— Не рассчитывай на это.
— Тебе нужны ответы?
— Да.
Он наклонился вперед, и я тихонько вздохнула, когда его пальцы коснулись моего колена, и его прикосновение стало чуть теплее, чем раньше. По ноге пробежала дрожь, когда кончики пальцев коснулись моей обнаженной кожи, его губы слегка разошлись, а в глазах застыл взгляд охотника.
Он облизнул губы, и на мгновение я ослабила бдительность, позволив взгляду упасть на едва заметное движение, напомнившее мне о том, что я считала его губы совершенством, когда увидела его впервые… прямо перед тем, как он убил моего друга.
Внезапно его хватка на моем колене усилилась до боли, и я закрыла глаза, задыхаясь.
— Тогда перестань вести себя как гребаное человеческое отродье. — Его жесткий голос дополнял его жестокие прикосновения.
Слезы застилали мне глаза, и я была всего в нескольких вдохах от того, чтобы позволить им
