– Совершенно верно, – согласился Фуше. – Я полностью с вами согласен.
***
Фиона Мак-Таггарт критически изучала отражение своего лица. Она была уже не так молода, как ей бы хотелось, и никогда не считала себя красавицей, и все же ей было не стыдно смотреть на себя в зеркало, и она заговорщически подмигнула своему отражению.
– Ну что, подруга! – негромко произнесла она. – Сделаем так, чтобы никто не догадался, сколько нам пришлось поработать! – Она рассмеялась и потянулась за своей парадно-выходной сумочкой. Господи, как же было приятно собираться не в Палату Миров на очередную схватку с политическими противниками!
Впрочем, Индустриальные Миры перешли к обороне. Теперь они постараются отложить голосование, хотя Фиона и не понимала, ради чего. Сейчас любое промедление с голосованием было ей только на руку. Несомненно, у «индустриалов» был какой-то коварный план, который еще предстояло разгадать если не ей самой, то Ладиславу или кому-нибудь другому из числа ее сторонников… Впрочем, сейчас Фиона чувствовала себя внезапно помолодевшей и предвкушала приятный вечер. Разумеется, в здешней разреженной атмосфере дышалось не очень легко, но впереди ее ожидало прекрасное зрелище. Опера возникла на Земле, и, по мнению Фионы, ее земное исполнение по-прежнему было неподражаемо.
Фиона взглянула на неказистый двухмиллиметровый игломет, лежавший у нее в сумочке, и подумала, не выложить ли его, ведь, несмотря на маленький размер, он был тяжелым, как кирпич. Кроме того, она же идет не в поход по джунглям! Гран-Йорк был сердцем суперцивилизованных Коренных Миров, но Фиона решила, что Лад очень расстроится, если она выйдет из дома безоружной, тяжело вздохнула и захлопнула сумочку.
Она включила монитор, стоявший у изголовья ее кровати. На несколько секунд экран украсила цветная заставка, призывающая к вниманию, а потом возникло лицо Ладислава.
– Я готова, Лад! – радостно сообщила ему Фиона. - Пожалуйста, пришли за мной машину!
– Сейчас… А ты захватила с собой игрушку? – подозрительно спросил Ладислав.
– Ну конечно же! – Фиона рассмеялась и постучала тяжелой сумочкой по кровати. – Смотри, какая я послушная!
– Смейся, смейся! – с легкой усмешкой проговорил Ладислав. – Но мне спокойнее, если ты вооружена, Фиона!
– Я знаю, Лад! – Ее тронуло, что он назвал ее по имени, ведь Ладислав всегда старался называть Фиону «боссом», чтобы посторонние не думали, что, благодаря их старинной дружбе, он пользуется ее особой благосклонностью. – Порой мне кажется, что у тебя легкая форма паранойи. Но ведь я сама назначила тебя начальником службы безопасности. Если прикажешь, я поеду в оперу с гранатометом и в каске.
– Шутки шутками, но, захвати ты гранатомет, я был бы стать намного спокойнее, – почти всерьез ответил Ладислав. – Впрочем, стервятники вроде немного угомонились. Так что желаю приятно провести вечер, босс!
– Большое спасибо, Лад! Постараюсь! – взмахнув ресницами, пропела Фиона и прервала связь.
Через двадцать минут монитор Ладислава снова подал признаки жизни. Шорнинг приказал, чтобы его никто не беспокоил, и теперь раздраженно оторвался от документа, который изучал, но, взглянув на экран, нахмурился. Его вызывали по горячей линии. Ладислав ответил на вызов и ошеломленно уставился на покрытую каплями пота физиономию Оскара Дитера.
– Прошу прощения за беспокойство, господин Шорнинг! – Дитер воспользовался тем, что Ладислав онемел от удивления, и затараторил, опасаясь, что тот прервет связь. – Мне обязательно надо с вами поговорить. У меня для вас важнейшая информация.
– Да что вы говорите?! – Лихорадочно обдумывая ситуацию, Ладислав старался выглядеть как можно невозмутимее. По понятиям Бофорта, Дитера для него больше не существовало, и он представить себе не мог, о чем с ним говорить. Однако омерзительный «индустриал» наверняка сам это понимает. Следовательно, речь идет о чем-то чрезвычайно важном, но о чем?
– Да, да! Я просто не знаю, к кому еще с этим обратиться. – Дитер говорил крайне взволнованно, и Ладислав внезапно понял, что он почти шепчет. Неужели он боится, что его подслушают?!
– Ну и что же у вас за информация?
– Сначала обещайте, что никому не расскажете, от кого ее получили! – вытирая потный лоб, выпалил Дитер.
– Я не очень хорошо стал понять, о чем вы?
– Умоляю вас, господин Шорнинг! Вы можете водить за нос других, но не меня! Впрочем, признаю, притворяетесь вы очень ловко.
Ладислав настороженно прищурил глаза. Так значит, этот «индустриал» догадался, что Шорнинг не так прост, как кажется? Тем не менее Дитеру явно было все равно. А что если у него действительно какая-то важная конфиденциальная информация?
– Ну ладно, господин Дитер, – сказал Ладислав, – обещаю, что о нашем разговоре никто не узнает.
– Благодарю вас, господин Шорнинг! – От этого обещания Дитеру явно полегчало, но теперь он как будто не знал, с чего начать. Шорнинг почти физически ощущал, как Дитер собирается с мужеством, чтобы продолжить.
– Господин Шорнинг, вчера вечером я поступил очень глупо, и мы оба это знаем, но, ей-богу, я не знал, к чему приведет мой поступок.
– О чем вы? – нахмурившись, спросил Ладислав. «Неужели Дитер опять обкурился?!» – подумал он.
– Из-за моего поведения рухнуло множество планов, – затараторил Дитер. – Не сомневаюсь, вы понимаете, что я имею в виду. И все-таки я и представить себе не мог, что некоторые из моих соратников в буквальном смысле слова готовы на все. Господин Шорнинг, они ведь собираются ее убить!
Дитер обмяк, словно с его плеч упало тяжелое бремя, но Ладислав несколько секунд пребывал в полной растерянности. Потом до него дошел смысл услышанных слов.
– Вы что, серьезно? На депутата Мак-Таггарт готовится покушение?
– Да! То есть мне так кажется! – Дитер опять обеспокоено заерзал. – Я знаю только то, что это обсуждалось. Ну вы сами понимаете: как было бы удобно, если бы с Мак-Таггарт что-нибудь случилось и все такое… Я пытался протестовать, но теперь меня никто не слушает…
– Кто и когда? – прервал его Ладислав.
– Я даже не знаю, пойдут ли они на это! – Дитер выглядел крайне озабоченным. – По-моему… Мне кажется, всем руководит Франсуа Фуше, но я не знаю, где и как он хочет это осуществить.
– Вам больше нечего мне сказать?
– Да… То есть Франсуа что-то говорил о том, каким опасным может быть Гран-Йорк.
– Боже мой! – Ладислав побледнел и потянулся было к кнопке, чтобы прервать разговор, но передумал и еще раз взглянул на жалкого «индустриала». – Благодарю вас, господин Дитер. Я на вас больше не в обиде.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
