– Уже все, – проговорил Андрей чужим голосом и прибавил скорость, чтобы быстрей миновать дачи, где полно народу.
Белая как мел Таня снова вцепилась в подлокотники. Наконец грунтовка слилась с асфальтовой дорогой. Повернув, Андрей глянул в боковое зеркало: возле распахнутых ворот в кооператив начали собираться зомби. Наверное, выползли на шум мотора. Таня открыла окно, выглянула:
– Их много. Господи, и дети… Они убивают выживших и жрут.
– Да. И умерших от судорог тоже жрут. Представляешь, что сейчас в Москве? Десять миллионов людей, гигантский муравейник. Три миллиона трупов. Три миллиона зомби. Может, больше. И три миллиона таких, как мы, которые пытаются отбиться. Мы никого не найдем, Таня!
Девушка вжалась в спинку кресла, ее бледное лицо застыло, как у фарфоровой куклы, костяшки пальцев, судорожно сжимающих подлокотники, побелели. Она даже не моргала. Только ветер теребил медные пряди, выбившиеся из прически. Андрей ехал вперед по изрытому выбоинами асфальту, сознание цеплялось за осколки привычной реальности. Вопреки голосу разума все еще казалось, что если выбраться в город из гиблого, проклятого места, кошмар закончится.
За небольшим холмом начиналась деревня – домов десять, стоящих вдоль дороги, которая дальше выходила на трассу, мимо нескольких сел убегающую к Наро-Фоминску. Возле домов Андрей увеличил скорость, но все равно ужасов пандемии избежать не удалось: поперек дороги валялся человек. Старуха в разорванных лохмотьях, окровавленная. Платок съехал с головы и закрыл половину лица.
Таня уже не отводила взгляда. Андрей свернул, объехал старуху полем.
Или показалось, или в домах кто-то был. Шевелились занавески на окнах, мелькали смутные силуэты. Наверное, нервы расшатались. Люди, которые там жили, или мертвы, или сожраны изменившимися домочадцами.
У ворот крайнего дома четверо зомбей переминались с ноги на ногу. Потрепанный алкоголик, старик, толстая женщина в алом халате и мальчишка. Словно по команде, они повернули головы в сторону «тойоты», подождали, когда она приблизится, и ринулись в атаку – слаженно, как животные одной стаи.
Андрей выжал газ и оторвался от зомби, но они продолжали бежать по влажно поблескивающей дороге. Зачастил дождь – Андрей включил дворники.
На главной дороге было пусто. Ни влево машины не ехали, ни вправо. В километре отсюда, над центром деревни, поднимались черные клубы дыма. Вдалеке, возле второго поворота, виднелась съехавшая в кювет алая малолитражка.
«Тойота» неуклюже вырулила и направилась в сторону Наро-Фоминска, туда, где дымил горящий дом. Миновали черный «ниссан ноут» с разбитыми стеклами, чуть не сбили шатающегося зомби – Андрей вовремя крутанул руль и объехал его. У тварей совершенно отсутствовал инстинкт самосохранения, единственное, чего они жаждали, – крови.
Зомби потрусил за «тойотой», швырнул в машину камень. Промахнулся. Второй камень попросту не долетел. Андрей подумал, что если тварей будет много, придется несладко – измененные соображали, что можно использовать подручные средства, и запросто могли машину шапками закидать.
На остановке, что в двадцати метрах от поворота, стоял автобус с открытыми дверями. Один труп валялся на тротуаре, другие остались в салоне – стекла забрызгало кровью изнутри. Зомби поблизости не наблюдалось, закончив свое кровавое дело, они разбрелись.
– Жуть какая, – шепнула Таня и передернула плечами. – Как в фильме ужасов.
Андрей, внимательно следящий за дорогой, промолчал. Он был настороже, ведь зомби могли напасть в любую секунду. Странно, что они куда-то подевались.
Когда вырулил на трассу, соединяющую два поселка, он понял, где все зомби. Особей двести скопилось возле деревенского продуктового магазина, стоящего у перекрестка. Как голодные звери, они бродили вокруг здания, но пролезть в забранные решетками окна не могли.
Около входа стояла «лада» с разбитыми стеклами.
– О-о-ой, – протяжно вздохнула Таня.
Видимо, там забаррикадировались выжившие. Андрей остановил машину, не доезжая метров сто. Зомби повернули головы, большая часть продолжила осаждать магазин. Четверо парней в спортивных штанах и кепках встали на четвереньки и принялись догладывать валяющийся на пороге труп. Штук десять зомби отделились от толпы и направились к «тойоте». Мужчина с рыжей бородкой держал в руках то ли арматуру, то ли кувалду. Голову он склонил набок, будто шею перекосило параличом. Рядом с ним шагала девушка, жгучая брюнетка в коротеньких шортиках, на стройных ногах чернели капли засохшей крови. При жизни она была красавицей, сейчас же шла, вытянув шею, как готовящийся к атаке гусь, нижняя часть лица взялась бурой коркой – видно, деваха тоже грызла труп, но ее отогнали.
– Там люди, им нужно помочь, – проговорил Андрей. – Сами они не справятся.
Таня взмолилась, сложив руки на груди:
– Поехали отсюда, пожалуйста! Посмотри, сколько их! Да тут все село! А у нас сколько патронов?
Андрей сосредоточенно молчал, глядя на выбитые стекла магазина. Выжившие могут там продержаться хоть месяц, хоть два – еды достаточно. Зомби, если останутся, подохнут от голода.
– Фридрих… Ой, Андрей, поехали, а? Смотри, они наступают!
Андрей кивнул, машина дернулась, трогаясь с места. Зомби вздрогнули и бросились наперерез. Бац! – один перекатился через капот. Брюнетка врезалась макушкой в лобовое и свернула себе шею. Черные от крови пальцы заскользили по боковому стеклу. Мужик с толстой ряхой прилепился к нему щекой, оскалился. Зомби ударил арматурой по заднему стеклу – клац! Хорошо, оно выдержало, только трещина пошла. Андрей выжал газ, оставляя толпу позади. Некоторое время твари бежали следом, потом отстали.
– Нельзя спасти всех, – шептала Таня.
– Мы и себя обрекаем на смерть, – сказал Андрей. – В Москве их миллионы.
– Но там правительство, военные, полиция. Они должны что-то придумать!
– Нельзя спасти всех, – повторил Андрей ее слова. – Они будут спасать себя и близких. Мы для них кто? Трава под ногами.
Таня отказывалась в это верить:
– Они должны вывозить выживших в безопасное место, иначе всем конец. Человечеству – конец! Они – наша последняя надежда.
– Было бы здорово, если бы ты оказалась права.
Воцарилось молчание. Андрей объезжал брошенные легковушки и грузовики и думал, что на трассе, ведущей в Наро-Фоминск, должны быть заторы из столкнувшихся машин. По Москве придется идти пешком, даже думать об этом страшно. Если с кем-то объединиться и действовать сообща, то есть шанс уцелеть, иначе – увы.
Хваткой умирающего бультерьера он вцепился в мысль о том, что военные должны помочь гражданским. Действительно, такой вариант не исключен! Ведь кто они без гражданских? Кому нужно правительство, кем ему управлять? Кого защищать военным? Да, все логично. Осталось добраться до них.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
