мужа, женщина не расставалась ни с доспехом, ни с мечом и всегда была готова к драке. Не удивлюсь, если она в них даже спит.
— Просто горячий воздух? — Интересуется Герцог, приобнимая супругу за плечо. Та молча отворачивается.
— Верно. Никогда не запускали воздушных змеев?
— Только грифонов.
Я отвечаю вежливой улыбкой, наблюдая, как Долан пытается затащить в маленькую корзину свой громоздкий мушкет.
— Это просто тренировка! Оставь его!
— Ну уж нет! Вот я и потренируюсь… с ним!
Взмахиваю рукой. Так и быть, пускай тренируется, не думаю, что грохот выстрела можно будет услышать даже в дне пути.
Монгольфьер медленно поднимается в воздух, канаты натягиваются, пытаясь выдрать вкопанные в землю якоря. Жаль, что громовых камней пока не собралось достаточно, была у меня одна идея, как их использовать. Может, если бы она взлетела, в прямом и переносном смысле — не пришлось бы гонять Фалькона через всё королевство, словно воздушное такси.
От размышлений меня отвлекают крики. С шара что-то кричат, но он слишком высоко, чтобы расслышать. Сигнальный, несмотря на то что поднялся буквально секунду назад, отчаянно машет флагами, требуя немедленно его спустить. Долан вместо того, чтобы развлекаться стрельбой, напряженно куда-то целится.
Люди хватаются за канаты, повисают на них, пытаясь притянуть шар к земле. Выходит плохо, для экстренного подъема у нас все было готово, а вот для экстренного спуска — ничего. Нужна сила паровой машины, чтобы притянуть еще горячий, ни разу не сбросивший балласт шар обратно к земле!
Я чувствую, как рядом со мной обращаются к источнику.
Ткань монгольфьера покрывается изморозью, и шар быстро опускается, чуть ли не падает. Благодарно кивнув Аше, я пробираюсь к нему, но спрашивать, что произошло уже нет нужды.
— Эти сукины дети уже в десяти километрах от нас! — Плюется Долан, отбиваясь руками от падающей на него ткани монгольфьера. — Услышали, наконец? Теперь быстро поднимайте нас обратно!
Глава 4
— Они вас заметили?
— Лишь слепой бы не заметил гигантскую мошонку, висящую над землей! — Как сапожник ругается Долан, несколько не стесняясь присутствия дам.
— Бездна. Артиллерия! На позиции!
Уже нет смысла скрываться. Как они успели так быстро? Для этого надо было маршировать круглые сутки, не тратя и часа на отдых!
Ладно, хотя бы мы смогли занять позиции.
Задубевшая, прорезиненная ткань трещит от резкого перепада температур. Запрыгиваю в корзину, едва втиснувшись между мушкетом и корректировщиком. Метр, два, десять.
Внизу суматоха охватывает лагерь. Носятся маги, пытаясь привести зачатки круга в хоть сколько-то приемлемое состояние, слуги готовят лошадей и даже нескольких химер. Посыльный стремглав кинулся догонять спокойно марширующие к деревьям колонны, что отправились в очередной поход за хворостом. Один из приближенных к Герцогу рыцарей преграждает ему путь и насильно затаскивает на коня. Да, на четырех ногах будет быстрее…
Куда более медленно затягивали пушки. Пусть склон и был довольно пологим, солнце успело достаточно его нагреть, чтобы замерзшая утром земля покрылась слоем скользкой грязи.
Впрочем, у них еще достаточно времени… Или нет?
Пихаясь локтями со снайпером на крохотной площадке, висящей над полусотней метров над землей, с трудом вытаскиваю подзорную трубу.
Глаз мгновенно спотыкается о золотой алтарь, сверкающий на солнце так ярко, что от одного взгляда на него болят глаза. Прищурившись, я разглядываю черный ларец, венчающий его и крошечную, сливающуюся серую массу из множества людей. Изображение дрожит, то и дело сбиваясь, поймать людей в фокус и хотя бы примерно их посчитать не представляется возможным. Убираю трубу и вновь вглядываюсь в блестящую точку на горизонте.
Кажется, они продолжают движение. Неужели не заметили?
Пять минут. Десять минут.
Они продолжают приближаться. Очень быстро, всего лишь за десяток минут приблизившись не менее, чем на километр.
— Почти два. — Уточняет Долан. — Они бегут трусцой. Когда я заметил их в первый раз, они просто шли. Заметили нас, определенно… Только все равно идут.
— Алтарь весьма тяжелый, понятно, почему они предпочитают дорогу. — Отвечаю я, хотя мой глаз далеко не такой зоркий. Даже сейчас люди все еще сливаются в кашу.
Попытки разобрать что-то с подзорной трубы на качающимся от ветра воздушном шаре я оставил.
Суматоха в лагере принимает упорядоченный характер. Никакой паники, лишь относительно спокойная, пусть и поспешная подготовка. Вспотевшие от внезапного спринта шеренги разбирают оружие и строятся на склоне, прикрывая артиллерию. Артиллеристы подтаскивают ящики с боекомплектом, распаковывают снаряды. Стрелять придется быстро.
Похожим занимаются и «противотанковые» расчеты, вытаскивая из ящиков ракеты и занимая места между шеренгами. Увы, когда имеешь дело с реактивным оружием, приходится забыть про плотный строй — реактивный выхлоп покалечит любого, кому не повезет стоять позади.
Лишь у магов продолжается настоящий аврал, словно нерадивые студенты в последнюю ночь перед экзаменом, они носятся с бумагами и реагентами, пытаясь стабилизировать конструкцию круга.
Даже Герцог находится среди них, лично прокладывая золотые жилы.
Честно сказать, возникает сомнение, не спустится ли, чтобы убедить бросить эту затею? Круг такого уровня аккумулирует слишком большое количество энергии, разбалансировка может привести к весьма нехорошим последствиям.
В лучшем случае магия просто уйдет не туда, куда нужно и не так, как нужно.
В худшем — все попросту взорвется, разрывая неудачливых чародеев и все вокруг на части.
Около десяти минут я наблюдаю за ними, но постепенно успокаиваюсь. Возглавляющий круг аширский Архимаг, приходит к тем же выводам и приказывает убрать часть магических реагентов. Кристаллы запаковывают в изолирующие ларцы, когти и кости возвращают в покрытые рунами сумки.
Чем меньше заемной силы — тем проще контролировать чары. Но вместе с тем они и слабее…
— Остановились. — Отвлекает меня Долан. — Двенадцать десять. Пять… шестьсот… семьсот.
— Пусть наведутся, но пока не стрелять.
Корректировщик хватает сигнальные флажки, начиная ими махать. Пять взмахом одним. Семь другим. Циферблат. Грубо, но будем надеяться, что достаточно.
Вряд ли они вообще ожидают, что есть хоть что-то, способное их достать на расстоянии более чем пяти километров. Обычно с такой дистанции и врага-то не заметить, он сольется с горизонтом.
Магия, способная бить так далеко — осталась среди легенд, во временах когда боевой круг возглавляли магистры. Хотя даже тогда предпочитали подойти поближе, чтобы не тратить силы зря. Слишком уж существенные потери в силе удара с каждым километром.
К счастью для нас.
— Они пытаются сойти с дороги. — Докладывает Долан.
— Огонь!
Сигнальщик резко опускает флаги.
Залп! Звуковые волны сотрясают корзину, снаряды со свистом пролетают под нами, а следом несется волна теплого воздуха.
Секунда тянется за секундой. Две. Три. Пять.
Внизу артиллеристы уже готовят следующий выстрел. Восемь. Девять.
