Читаем без скачивания Я меняю мир. Книга 2. Становление - В. Ли

Новоявленную сожительницу мои подруги приняли приветливо. После того, как я познакомил их, они окружили заботой Ксюшу. Пока я переносил вещи из машины, разговорили смущенную вниманием девушку, развеяли ее начальную настороженность. Слышал, как они вместе смеялись, наперебой рассказывали о чем-то. С некоторым облегчением воспринял, первая встреча между ними прошла, можно считать, благополучно. Ксюша с интересом приглядывалась к нашим детям, потешкалась с Леной и уже бегающим по комнатам Сережей-младшим, свела знакомство со старшими Валюшей и Сережей. Да и заметно округлившаяся Алена привлекла ее женское внимание, попросила послушать у той плод, а потом замерла, прислонившись ухом к выступающему животу.

Девушке понравилась приготовленная для нее комната – светлая, просторная, больше, чем ее прежняя, высокие стены с красивыми шелковыми обоями. Мебель тоже приятная, новая, для всех нужд. Принялась раскладывать вещи как ей удобно, прибиралась, пока остальные подруги накрывали стол. Ужин у нас получился запоздавшим, особо не налегали, разве что Алена кушала за двоих. После подруги уложили детей, сами разошлись по своим комнатам, оставили меня с Ксюшей наедине в общей спальне. Она еще подивилась огромной кровати, зачем нам столько. Рассказал о наших семейных оргиях, одновременно со всеми женами. Ксюша в первый момент растерялась, переспросила:

– Со всеми сразу? Как так?

– Да, все вместе, сразу. Но все по общему желанию. Если не захочешь, то будем только вдвоем.

– Да, Сережа, скучать с тобой не придется! И как ты, справляешься, всех сразу?

– Вроде подруги не жалуются. Ты сама завтра сможешь узнать у них.

– Да, мы еще поболтаем, между нами, девушками! Но сегодня ты только мой, я возьму тебя всего, как мечтала!

Да, то, что делала в своей квартире Ксюша, оказалось только цветочками. Сейчас же в нее вселился демон в женском обличье, настоящая суккуб! Она кричала, царапалась, кусала, никак не могла насытиться. Еще никогда такого со мной не было, едва справлялся с обезумевшей от похоти дьяволицей. Не ожидал от обычной с виду девицы такой страсти, ни одна из прежних партнерш даже близко не могла сравниться с ней. Час за часом между нами шла схватка, я напрягал все силы, но все же одолел хрупкую девушку. Кому об этом расскажешь, не поверят! После, когда мы лежали без сил, Ксюша призналась:

– Сережа, я с тобой сошла с ума! У меня ни с кем такого раньше не происходило. Но я ни о чем не жалею, за такое счастье могу еще раз отдать жизнь! Только всю тебя расцарапала, извини. Как же ты завтра пойдешь на занятия?

– Не переживай, до свадьбы заживет! Да и прикрою чем-нибудь, если будет видно.

Наутро занялся ранками, восстановил кожный покров, но бледные полоски на их месте остались. Ксюша дала свой шейный платок, обвязался им. Если не приглядываться, то следы девичьего буйства не заметны. Так и выехали утром, вначале завез Наташу в ее институт, а затем с Ксюшей поехали в свой. Ее встретили как героиню, девушки окружили стайкой, стали обнимать и целовать, а затем засыпали вопросами. Ребята также подходили, спрашивали о самочувствии, но, видя ее занятость подружками, отходили. Ко мне вначале внимания не проявляли, но концу занятий я уже стал героем. Заметил в который раз, у Ксюши секреты не задерживаются, та еще балаболка. Наговорила подругам невесть что, те дыры прожгли на мне заинтересованными взглядами. Да еще норовили подойти поближе и заглянуть под платок.

В последующие дни, вернее, ночи такого безумства Ксюша уже не допускала, как-то контролировала себя. Если и срывалась, то не до такой степени. Еще разузнала у Наташи, с ней она особо сблизилась, о наших оргиях, также захотела испробовать эту экзотику. Сначала с Наташей, а после и с Таней, устроила мне кучу-малу, не чуралась любовных утех и с ними. До активный лесбийских игр они не дошли, но пикантности нашим оргиям такие забавы добавили. Ксюша проговорилась мне, не сомневаюсь, и подружкам в институте тоже, что ей в нашей семье нравится все больше, такие мы все интересные и ласковые! Родителям тоже, мы заезжали к ним в первый месяц почти каждые выходные, потом реже.

Скоро о Ксюше узнали и мои родители, когда пришли навестить нас и детей, но особо не поразились. Мама только посмотрела на меня укоризненно, но Ксюшу приветила. Правда, доченькой не называла, как Наташу. Та вообще у мамы любимица, ни с кем из других моих подруг так не ласкова, как с ней. Отец же наедине недоуменно высказался мне:

– Как же ты справляешься с ними всеми?! Тут с одной замучаешься, всю плешь проест, а у тебя вон сколько!

Сам иногда задавался вопросом, как мои подруги, совершенно разные по характеру, мирно уживаются, даже, можно сказать, живут душа в душу. Наверное, их объединяли общие семейные заботы. Но все же главное, предполагаю, – авторитет мужа, ради него шли на компромиссы, старались не вызывать недовольства даже в самом малом. А моя похвала, на которую я не скупился, сторицей воздавала их терпение в каких-то житейских мелочах или неурядицах.

Между любовными и семейными треволнениями продолжал освоение новых возможностей дара, открывшимися после недавней благодати святым духом. Именно с их помощью я смог справиться со сложнейшей клиникой Дашиного сына. Ранее мысль о подобном казалась кощунственной, только погублю ребенка. Даже с новыми, многократно выросшими, силами удалось вылечить малыша полным напряжением, на каждом сеансе до дна исчерпывал свою энергию.

Но первый опыт дал мне многое, главное, научился оперировать на самом тонком уровне, вплоть до мельчайших капилляров и нейронных каналов. Преодолел страх, когда брался за них, а потом ювелирными воздействиями энергетическим лучом, микрон за микроном, прошел каждый их них. Вымотался от натуги, боясь допустить хоть какую-то ошибку, но добился нужного. В последующем такие операции проводил намного увереннее, с гораздо меньшим напряжением сил.

Мне открылась новая способность видения в аурном свете. Я уже четно видел состояния всего организма, а не фрагментами, как прежде, протекающие в нем процессы – прохождение нейросигналов, сокращение мышц, циркуляцию крови, гормональные всплески. При детальном осмотре какого-либо органа или системы замечал мельчайшие оттенки вплоть до отдельных узлов или тканей. Мог уже прослеживать реакцию оперируемого участка на мои действия и корректировать при отклонении от требуемой, тем самым вовремя исправлять ошибки.

Пока очень осторожно, точечными уколами, сначала на себе, а потом на ближних, приступил к влиянию на отдельные центры нервной, сердечно-сосудистой, иммунной систем. Добился первых, пусть и небольших, сдвигов с ними. Не всегда, но получалось снимать тревогу и боль, или, напротив, добавить жизнерадостности, останавливать кровь в каком-то сосуде, восстанавливать иммунную защиту. Не ставил целью подчинять волю окружающих, но такую возможность не исключал. Как, например, преступника, угрожающего жизни, или возмутителя спокойствия. Правда, до такого мне еще далеко, но посчитал вполне реальным, первые опыты обнадеживающие.

В канун Нового года Алена родила сына. Ночью у нее начались схватки, все подруги захлопотали вокруг роженицы, помогая ей собраться. Не стали вызывать скорую, я сам отвез ее в роддом и прождал здесь до рассвета, когда мне передали весть о рождении сына. Слава богу, все прошло благополучно, мать и ребенок в полном порядке. После занятий заехал с Ксюшей к ним, видел в окно уже вставшую на ноги Алену. Она передала нам записку, что чувствует себя нормально, ей уже приносили ребенка. Таня с Наташей навестили ее вечером, оставив Ксюшу присматривать за детьми.

Так каждый день, по очереди, мы проведывали Алену, как и ее родители. Я им позвонил сразу после рождения сына, мать примчалась в больницу в тот же час, а отец к вечеру. Ребенок у них первый внук, так что чувства новоявленных бабушки и дедушки понятны. На выписке встречали молодую маму с младенцем мы с Ксюшей. Я принял сына из рук цветущей от радостной улыбки Алены, она также, как когда-то Наташа, спросила:

– Правда, Сережа, наш сын красивый? Весь в тебя!

Не скажу, что я писанный красавец, да и как по личику новорожденного можно судить о подобном, но уверенным тоном отвечаю:

– Конечно, Алена, он самый красивый и милый. Как и ты, любимая!

Так, с взаимными уверениями, отправились в свой дом, там все приготовили для приема мамы и малютки. Помогали Алене все, даже старшие дети, наперегонки приносили пеленки и подгузники, угукали с малышом. Молодая мама только кормила грудью, глядя блаженно на сосущего младенца как Литта, кормящая мадонна. Я же присаживался рядом, прижимал к себе счастливую Алену, а она клала голову мне на грудь. Так мы сидели долго, смотря на довольного сына, пока он не засыпал.