книге "Арцах" приводит следующую надпись, найденную им на правом берегу Тартара напротив монастыря Ерекманкунк, кстати, находящегося всего в семи километрах от Джраберда. (Эту надпись, ссылаясь на Бархударяна, приводит также К. Каграманян после вышеупомянутой Хрхапорской надписи.) Вот эта надпись в переводе на русский язык: "В год 709 (1260). По воле Господа я – Хурум (Рипсиме) вместе с моим братом Вахрам Шахом построила данную церковь в память о нас и родителях наших в бытность князем Укана и амиром Пахрайдина и в наставничество Тер Сукиаса".
Вахрам-Шах в данной надписи не именуется правителем, более того, правителями края названы другие люди, однако человек он по-видимому, состоятельный и знатный, раз способен строить церковь. Не исключено, что он один из представителей княжеского рода Арцаха, однако, достаточных оснований утверждать это нет, как нет, впрочем, оснований отождествлять этого Вахрам-Шаха с упомянутым в Хрхапорской надписи Вахрамшахом. Что касается упомянутых Пахрайдина и Укана, то первый, по всей видимости, является монгольским наместником, а второго М. Бархударян, указывая на найденную им же самим надпись близ села Арачадзор, называет внуком hАсана- Джалала. Однако это утверждение никакими другими историческими фактами не подтверждается. Действительно, в переписанной Бархударяном Арачадзорской надписи, рядом с именами hАсана-Джалала и его сына Атабака упоминается некий ''Укан – отрок hАсана" (Укан манукн hАсана), однако, утверждать на этом основании, что упомянутый Укан есть внук hАсана-Джалала, было бы неубедительно. Неубедительно также отождествление этих двух Уканов.
Тот же Бархударян в своей книге "Арцах" приводит две строительные надписи из селения Дастакерт, в которых правителем края, наряду с монгольскими, властителями, назван армянский князь Иване. Вот эти надписи в переводе на русский язык: "В год 725 (1276) в Патршахство Апага, в год правления Иване, в патриаршество Степанноса я – Тер Нерсес из рода Тер Сукиасянц основал эту церковь в память о нас и наших [близких]. <…>
"По воле Господа, в судейство Арзу, в патриаршество Степанноса, в правление Иване и сына Садрадина Пахрадина я – Саркис построил эту часовню.
Хотя вторая надпись не датирована, однако можно предположить, что обе эти надписи не намного разнятся во времени. Упомянутый Степаннос скорее всего является католикосом Алуанка. Патршах (Падишах) Апага никто иной, как монгольский хан Апага, сын хана Хулагу, основателя династии и государства Хулагидов. Апага стал ханом после смерти своего отца в 1265 году.
Но кто же упомянутый в обоих надписях армянский правитель Иване? Вряд ли он одно и то же лицо с упомянутым в Хрхапорской надписи князем. Скорее всего это сын hАсана Джалала – Иване, прозванный также Атабаком. Приведенные дастакертские надписи при внимательном их прочтении дают нам примечательные сведения. Если в первой из них Иване выступает в качестве единоличного правителя, естественно находившегося в зависимости от монгольского хана, то во второй надписи он делит свою власть с монгольским наместником. К сожалению, как уже говорилось, вторая надпись не датирована, и поэтому мы не можем сказать, что чему предшествовало. Была ли единоличная власть Иване в своем крае ограничена монгольскими ханами или наоборот, этому правителю удалось заслужить доверие ханов и освободиться от тяжкого бремени деления своей власти с изначально назначенным ханами наместником. Как бы то ни было, ясно одно. Даже в эти смутные времена в Арцахе продолжала существовать, пусть во многом неполноценная, ограниченная, но национальная, исконная, коренная власть.
Примерно в это же время в долине Тартара был известен еще один род армянских властителей. Это род Шираншахян, или Шираншахянц. Сведения об этой княжеской фамилии остались в памятной записи Евангелия, увиденного М. Бархударяном в селе Талиш. Это Евангелие упоминает также Гарегин Овсепян. Вот как он описывает книгу: "Знаменитое своими миниатюрными хоранами евангелие "Бегюнц" села Талиш, гавара Джраберд, восстановленное в 1060 году".
В одной из памятных записей этого Евангелия встречается надпись о том, что в 1266 году оно было привезено из Кесарии hАсаном, сыном Уза, и подарено родовую усыпальницу – в монастырь св. Егише. В записи упоминаются также сыновья hАсана – hАсымбер и Сасна. hАсан и его сыновья названы в записи правителями из рода Шираншахянов.
Трудно сказать, кто эти князья, откуда происходит их род. Однако наличие родовой усыпальницы в монастыре св. Егише ясно указывает на то, что этот род правил в долине Тартара не одно поколение, следовательно, князья Шираншахянц не могли быть нехаченского происхождения, не могли, скажем, получить свои владения в период могущества Закарянов как плату за свою храбрость или заслуги. (Многие хаченские князья получали владения таким образом от Закарянов, но это происходило за пределами Хачена.) Имя hАсан часто встречается во всех трех ветвях хаченских князей, поэтому трудно сделать предположение, какой именно ветви хаченцев принадлежат Шираншахянцы. Но это не столь уж важно, главное заключается в том, что в лихие годы монгольского владычества в Арцахе оставались самовольные князья. Мы не зря раз за разом подчеркиваем это обстоятельство, ибо, как увидим потом, незнание или непонимание этого факта послужило причиной неверного истолкования происхождения княжеских домов Арцаха в более поздние времена.
Вот все доступные нам сведения о наличии национальной власти на территории Гюлистанского гавара и прилегающих районов в период до возникновения меликств. Об армянских правителях края более позднего периода, которые несомненно были, история продолжает хранить упорное молчание, вплоть до появления на политическом небосклоне Арцаха меликов.
Происхождение Мелик-Бегларянов
В данной главе будет сделана попытка обобщить все высказанные в историографии суждения относительно места и времени происхождения рода гюлистанских властителей Мелик-Бегларянов. Надо сказать, что вопрос об истоках Мелик-Бегларянов был, пожалуй, одной из самых неоднозначно трактованных проблем истории Арцаха меликского периода. Попытки осветить вопрос происхождения властителей Гюлистана были сделаны Раффи, Е. Лалаяном, М. Бархударяном. В новейшее время этой проблемой занимайся К. Каграманян. Косвенно об интересующей нас теме высказывался в своих произведениях Б. Улубабян. Если отбросить все детали, то высказывания историков можно разделить на две группы. Первая – Мелик-Бегларяны являются пришлыми властителями, и их приход к власти в Гюлистане был во многом делом случая. Приверженцами данной точки зрения из перечисленных нами авторов являлись Раффи и Е. Лалаян. Разумеется, были и другие исследователи с аналогичным взглядом на данную проблему, однако первоисточником для них служили именно Раффи и Лалаян. Последователи (если можно так выразиться) Лалаяна и Раффи лишь пересказывали собранные последними сведения, частично соглашаясь или не соглашаясь с ними, но не выдвигая при этом иных версий.
Суть высказываний, условно объединенных нами во вторую группу, вкратце можно сформулировать таким образом: Мелик-Бегларяны являются потомками древних правителей Арцаха,
