со мной развёлся? Месяц назад... А на днях решение в законную силу вступило... - спрашиваю, а сама взглядом впиваюсь в лицо сына.
Пожалуйста, пусть он ничего не знал! Пусть хотя бы он не окажется предателем!
У Димки открывается рот. И не закрывается. Он хлопает какое-то время ресницами.
Потом осиливает всего одно слово:
- Чего?
Повторяю. Чтобы самой поверить тоже. До конца.
- Твой отец со мной развёлся месяц назад. И ни слова мне не сказал. А сегодня меня просто домой не пустили. Документы отдали и кое-какие тряпки. И всё.
Сын чуть двигает головой в бок, как будто стряхивает эту новость.
- Быть не может! - потерянно выдыхает.
А я успокаиваюсь - не знал он ничего. Паша для всех нас сюрприз готовил.
Старался!
Глава 8
Константин Северцев
- Пап! - Лизка задирает голову ко мне, - Я думала, ты - Супермен, а ты косички заплетать не умеешь!
Раздаётся справедливый упрёк шестилетней дочери.
С тоской смотрю на ленточку в своих руках и не на косичку, а, скорее, на сосульку. которая у меня получилась на голове у дочери. Но в первый раз хоть сосулька получилась, а вот сейчас у меня никак не выходит справиться с куском материи и волосами дочки.
- Супермен с этой хер... - бормочу тихо, больше для себя.
Но слух у Лизки отменный.
- Чего?! - переспрашивает, грозно хмуря брови. Она сейчас так на бабушку, мою маму, становится похожа...
Но ведь сдаст меня ей, и опять я буду выслушивать, что детей так воспитывать нельзя.
Поэтому исправляюсь.
- Я говорю, что Супермен тоже не умеет косички заплетать. Это какой мужик с этой ерундой справится?!
- Папа! Есть мужчины - известные визажисты и парикмахеры! - наставительно произносит дочка.
- Пидо*ы они известные, - бормочу совсем тихо, чтобы эта агентка 007 точно не расслышала.
- Извини, дочь. Я не талантливый... - признаю свою поражение вслух на ниве мейк-апа и парикмахерских услуг.
На пороге появляется Руслан - старший сын, которому шестнадцать и который с упоением вгрызается в бутерброд.
- Рус... Я сколько раз говорил, где надо есть? - взвиваюсь я, - Потом весь пол в крошках!
Он невозмутимо заталкивает остаток бутера целиком в рот и еще говорить пытается:
- Фот и нет нифаких кфосек...
- Рус! - возмущаюсь я.
Он проглатывает и произносит уже нормально:
- Погоди, сейчас я руки сполосну. Не трогай её только больше, а то её в сад с такой причёской не пустят.
Хмурюсь.
- Это с каких пор яйца петухов учить стали? - спрашиваю в удаляющуюся спину сына.
Тот на ходу пожимает плечами. Но благоразумно молчит.
Через несколько минут возвращается, расплетает сосульку у Лизки на голове, расчёсывает её и быстро и ловко сооружает сестре две косички. Причем, нормальные, а не как у меня.
- За четыре года, папа, вы могли бы и научиться, - менторским и нудным голосом произносит Рус.
- Не порол я тебя давно... - вздыхаю я.
Ржёт.
- Ты меня вообще не порол.
- Так не за что было...
В этот момент звонят в калитку. И настойчиво так звонят. Кого там принесло еще? Нам ехать уже пора.
Подхожу к видеодомофону - там размалёванное женское лицо.
- Немедленно открывайте! - требует нечто с явно перекаченными губами.
Всё никак не пойму зачем бабы себе во все места силикон заливают и другую дрянь. Всерьёз, что ли, думают, что это гарантирует востребованность у мужского пола и безбедную, счастливую жизнь?!
Руслан как-то мешается. От недавней бравады не остаётся и следа... По его душу пожаловали?
- Ничего не хочешь мне сказать? - спрашиваю у него.
Но ответить он мне не успевает.
Раздается новый вопль:
- Если вы мне не откроете, то я добьюсь того, что вашего сына исключат из лицея!
Открывать я незваной гостье не собираюсь - сразу видно, что неадекватная. А вот поговорить - почему бы и нет?
Направляюсь к калитке.
- Пошли со мной! - это Русу, но лиса Лиза скачет вслед за нами.
Подойдя к калитке, обозреваю всю картину целиком.
- Мама! Пойдём отсюда! Ты ведёшь себя... - втолковывает юная девушка размалеванной женщине.
Но, завидев нас, замолкает.
Почему у неё волосы с одной стороны зелёные?
Успеваю заметить, какими взглядами обмениваются Рус и девушка. Как бы прямо тут друг друга не поубивали.
- Здравствуйте! Кто вы и что вам нужно? - интересуюсь холодно и вежливо.
Такой тон призван охладить мамашу.
Но не тут-то было. Она прибавляет децибеллы.
- Вы! И ты! Бессовестный! Посмотрите, что ваш сынуля с моей дочерью сделал?! Как она в лицей пойдёт?! - кричит мамаша на всю улицу.
- Мама, ну, не кричи ты, пожалуйста! - буквально умоляет её девушка.
- Людмила! Не указывай мне, как разговаривать! - достаётся тут же и девчонке.
Смотрю на пострадавшую еще раз. Что у неё на волосах? Вроде не слипшиеся. Зелёные только. И то не вся длина - а кончики с одной стороны.
- Сама виновата! - взрывается вдруг Рус, - Змеюки - они должны быть натуральной расцветки...
Еще так прищуривается, как будто целится в неё.
- Это я виновата? Да это ты сам во всём виноват, мажор полудурочный! - и девчонка в долгу тоже не остаётся.
Руслан и Людмила, однако...
- У лукоморья дуб зеленый,
- Златая цепь на дубе том:
- И днем и ночью кот ученый
- Всё ходит по цепи кругом;
- Идет направо — песнь заводит,
- Налево — сказку говорит.
- Там чудеса: там леший бродит,
- Русалка на ветвях сидит....
Это я вслух. Меня прорывает началом поэмы нетленного Александра Сергеевича Пушкина.
- Да вы еще и издеваетесь?! - взвизгивает мамаша.
- Твоя работа? - уточняю у своего. Так, на всякий случай. У меня уже и сомнений нет, что его.
А он и не отрицает.
Лишь зло сверкает глазами. И на маму, и на дочу.
- Моя!
- Ммм. Круто. И чего делать будем? - спрашиваю у всех действующих лиц.
Ответить мне прежде остальных успевает Лиза. Она дергает Руса за одежду и серьёзно произносит:
- Бабушка говорит, что мальчики не должны обижать девочек. Если мальчик девочку обижает, то он очень плохо поступает. И такого мальчика уважать не за что.
Вот и получил сынок. Лучше и не скажешь.
- Слышь, ты,
