Вот я и хочу его приструнить. Но Насте и Владу мы решили всё рассказать. Они уже почти взрослые, им по семнадцать лет. Уверен, они всё поймут.
- Сколько раз вы успели заплатить ему, Людмила Николаевна? - спросил Глеб.
- Дважды, - Людмила Николаевна опустила глаза.
- А почему встречались в клубе?
- Этот паразит требовал, чтобы Люда ещё поила и кормила его, - на лице Виктора Олеговича ходили желваки.
- Людмила Николаевна, вы же умная женщина, - опять заговорил Глеб. - Почему вы-то на эту удочку попались? Ведь всем известно, что такие, как этот "папаша", не останавливаются после первого раза, требуют денег снова и снова.
- И я знала, но запаниковала. Очень боялась, что имя Вити начнут полоскать искатели сенсаций. А ещё боялась, что этот Семёнов выйдет на ребят.
- Как вы справедливо заметили, этот паразит не остановится. Значит, скоро будет третий раз, - Виктор Олегович сложил руки на груди. - И мне бы очень хотелось воспользоваться ситуацией. Мне нужны будут фото- и видеозаписи их с Людой грядущей встречи. Вот тогда я как следует прищемлю ему... Прижму его. И мне бы очень хотелось, чтобы за эту работу взялись опять вы, ребята. Вознаграждение будет очень достойное. И все расходы по организации расследования я возьму на себя.
- Видите ли, Виктор Олегович, - сразу заговорил Глеб. - К большому сожалению, мы не сможем помочь вам. В основных документах, регулирующих нашу работу, чёрным по белому указано, что мы берёмся только за дела, связанные с супружеской неверностью. А ваш случай регулируется уголовным кодексом. Потому мы вынуждены отказаться.
- Очень, очень жаль, - разочарованно протянул Виктор Олегович. - И совсем ничего нельзя сделать?
- Совсем ничего. Но спасибо за доверие. Единственное, что могу для вас сделать, - порекомендовать другое агентство, не менее надёжное.
- Хорошо, буду рад, если порекомендуете, - согласился Виктор Олегович. - Но я свяжусь с ними только тогда, когда объявится Семёнов.
... - Жаль, конечно, что нам нельзя заняться этим делом, - с сожалением сказал Лёня, когда они втроём шли к машинам. - Алла, давай я тебя быстро подброшу, а потом мне надо уехать. Меня, наверно, уже ждут.
- Свидание? - улыбнулась Алла.
- Вот именно, - улыбнулся в ответ Лёня.
- Тогда не медли, - сказал Глеб. - Поезжай. Я сам доставлю Аллу домой, можешь не беспокоиться.
- Спасибо, Глеб! - Лёня долго тряс руку брата. - Я тебе полностью доверяю, потому спокоен.
Глеб опять проводил Аллу до квартиры, на этот раз, до её собственной.
- Может, выпьем по чашке чая? - ни на что особо не надеясь, спросила Алла.
Она была в ужасе от собственной смелости, но ничуть не пожалела о своей попытке. Тем более, Глеб с энтузиазмом согласился.
- Спасибо за то, что не стала обижаться и дала мне ещё один шанс, - прошептал Глеб, как только Алла закрыла входные двери.
Алла протянула руку к выключателю. Ей необходимо было увидеть лицо Глеба. Но Глеб перехватил её руку и притянул Аллу к себе.
* В рассказе использован отрывок из песни "Жаворонок и сова". Автор музыки - И. Демарин, автор слов - Н. Зиновьев.
Глава четвёртая
Несмотря на почти бессонную ночь, Алла проснулась в половине седьмого. Видимо, от счастья. Ей очень хотелось просто лежать и смотреть на Глеба, но она знала, что смотреть на спящего человека нельзя, это мешает ему.
Осторожно выбравшись из кровати и подумав о том, как интересно у этой кровати началась "карьера" в её квартире, Алла на цыпочках вышла из комнаты. Сначала в ванную, потом в кухню. Двери плотно закрыла, чтобы не беспокоить Глеба.
Настроение было прекрасным. Алла напевала, пока готовила завтрак, потому, видимо, и не услышала, как встал Глеб. В кухне он появился в половине девятого, уже приняв душ.
Алла думала, что Глеб будет ворчать, как Лёня, выговаривать Алле за то, что ей не спится, потому она не даёт спать окружающим.
Однако Глеб, улыбаясь, обнял Аллу и начал целовать. Они едва не забыли про завтрак.
О том, что беспокоило Аллу, несмотря на волшебную ночь и счастливое начало дня, Алла заговорила в машине, когда они ехали на работу.
- Глеб, почему ты отказал в помощи Виктору Олеговичу? Неужели это настолько принципиально?
- Я знал, что ты заговоришь на эту тему, - вздохнул Глеб. - Видел по глазам, ещё когда мы были дома у Седых. Да, Алла, это принципиально.
- Почему? - Алла рассматривала свои руки, которые от волнения сцепила на коленях.
- Репутация, Алла. У нас устойчивая репутация. Я большой приверженец традиций, потому категорически против прецедентов и экспериментов. Если дело не заладится, и мы не добьёмся нужного результата, это нанесёт ущерб нашей репутации. А если всё пройдёт удачно, мы потом не отобьёмся от подобных предложений. А это не наш профиль.
- Жаль, - вздохнула Алла, глядя в окно. - Очень жаль. Клиенты мне очень понравились. Такая семья потрясающая. Один за всех, и все за одного. Всегда мечтала о такой семье, но у меня её никогда не было. Очень хотелось бы помочь им.
- Не переживай, Алла. Я дал им координаты прекрасного агентства, в котором работают порядочные и очень профессиональные люди. Всё будет хорошо.
- Да, конечно, - кивнула Алла, продолжая смотреть в окно.
Обижается, Глеб это прекрасно понимал. Однако он почти никогда не поступается своими принципами. И даже ради такой фантастической женщины, как Алла, он не поступится ими.
Глеб с нежностью посмотрел на её красивый профиль, гармоничную линию щеки, потрясающую шею и тяжёлые светлые волосы, спускающиеся по плечам на спину. Он понял вдруг, что влип всерьёз и надолго. С тех пор, как его семья распалась, ни одна из его временных подруг не вызывала в нём такой бури чувств и ощущений.
Потому сейчас Глеб задумался: готов ли он к серьёзным отношениям? Алла - явно не та женщина, отношения с которой сведутся к лёгкой, ничего не значащей интрижке. Не слишком ли он гонит лошадей? И об этом думать, кажется, поздно. Поздно бояться. Они оба бросились в омут с головой. А вдруг опять ошибка?
Чтобы отвлечься от терзающих его душу сомнений, Глеб заговорил о работе.
- Сегодня мы с Лёней уедем на задание в край. Вернёмся поздно вечером, сразу по домам. Потому в офисе дежуришь
