шума в ушах, убежал от ее голоса, убежал от барабанов. Коридоры пытались остановить его, но внезапно открывающиеся двери слишком коротки, чтобы дотянутся, а поворот предсказуемы, чтобы загнать героя в угол. Вновь удивленные глаза ловили лишь бегущий силуэт, а слезы незаметно падали на пол, и кто подумает, что это слеза, а не какая-нибудь вода, случайно пришедшая из приоткрытой бутылки неаккуратного человека. Кто поймет незнакомца, если он сам для себя является незнакомцем?
Предательский, быстрый топот бегущих туфлей привлекал лишнее внимание к горю несчастного. Джои хотел исчезнуть из этого мира, появившись в спокойном рае, где его слезы обретут смысл, ведь их никто не будет сдерживать от стыда, страха и одиночества. Конечно, все это преувеличение чувств, но как же оно мучительно.
Быстро забежав в кабинет и взяв свои вещи, наш герой быстро помчался прочь от этого здания, где он ощутил что-то новое, которое всегда хотелось почувствовать ему, но странные стуки, ставшие подло нервными, все испортили, омрачив первый опыт игры на сцене. Позади слышались топота догоняющих ребят, поэтому Джои ускорился, надеясь, наконец, выбраться отсюда. Многие коридоры были уже позади, кабинеты остались неизученными, а прохожие так и не удостоились скромного и разочарованного взгляда паренька, стремительно искавшего свободы. Джои бежал к парадной двери, большой и стеклянной, минуя колонны, преданно сдерживающие тяжесть всего здания на себе и оберегающие просторный вестибюль, красивый и мраморный. Послышалось прощальное закрытие двери. Теплый ветерок шевелил еще голые ветки. Небо было ясным, и лишь небольшие облака выстраивали свой рельеф на небосклоне, постоянно меняющийся и уникальный. Солнце слепило всех, кто решил насладиться голубым чудотворцем, оставляя слегка вытянутые тени на Земле. Расстегнутый пиджак Джои вдруг с кем-то столкнулся. Слезы мешали видеть что-либо, и наш герой упал на теплый асфальт. Протерев свои глаза, расстроенный юноша еще больше застыдился и виновато посмотрел на свою жертву. Обомлел. Напротив него так же сидела та самая незнакомка, причина суеты его мыслей и души. Она была все в том же платье, обтянутом в области талии ремешком. Ее лицо удивленно смотрело на героя, и какое же оно было красивое. А глаза… Они темные, словно самое черное в мире, и глубокие, будто в них и есть весь этот мир. Девушка смотрела этими прекрасными глазами на неуклюжего юношу и спросила:
— Ты тот барабанщик из оркестра?
— Д… да, — скромно и стыдливо ответил Джои.
— ты видел мою репетицию в комнате?
— Да…
— Ты так прекрасно играешь! — незнакомка приблизилась к сидящему на асфальте Джои. — Твоя игра- это настолько удивительно и прекрасно! Жаль я не смогла посмотреть твое выступление с оркестром. Уверена: ты был великолепен!
Джои опустил голову.
— Как тебя зовут? — неожиданно спросила девушка.
— Джои…, — тихо промолвил герой.
— А меня Лиу! — она протянула руку. Джои скромно ее пожал. Ручка девушка было очень мягкой и нежной.
Постепенно взгляды прохожих, смотрящих на странную сидящую парочку, стали давить на их совесть. Они встали и отошли от места падения.
— Ты не хочешь играть вместе со мной? — спросила Лиу.
— Что? — Джои впервые слышал такие предложения, которые поразили его своей спонтанностью, легкостью и неожиданностью.
— Ты будешь играть со мной? — спокойно повторила вопрос девушка.
— Во что?
— Ну, я буду с гитарой петь, а ты на барабанах подыгрывать.
— Не знаю, — ошеломленный Джои не понимал: почему этот день такой насыщенный.
— Твой оркестр не будет против, что я тебя заберу?
— А…, — Джои засмущался от такого вопроса и отошел на пару шагов от девушки.
— Я имею в виду, что мы создадим свой дуэт.
— А, — спокойно выдохнул юноша. — Не знаю…
— Где ты учишься?
— Ну, — Джои назвал учреждение.
— Понятно. Это будет далековато от моей школы, — она задумалась, а затем спросила, озаренная идеей.
— А ты ходишь в школу искусств или в дом культуры?
— Никуда не хожу…
— Как так? — не понимала девушка.
— Я дома играю на барабанах.
— А оркестр?
— Они меня позвали выступить вместо другого, он заболел.
— О! Так ты свободен! Чудесно! Тогда будем собираться в музыкальной школе. Ты не против?
— Я…, — Джои хотел отказать, но был слишком робок, чтобы что-либо ответить.
— Дай свой номер телефона.
— Зачем? — сейчас бедный юноша был не человеком, а пустой доской для резки овощей, где вместо еды на нем режут постоянные вопросы, разговоры, диалоги и долбят по голове, а он не понимает и просто принимает все, как есть.
— Как зачем? А связываться мы как будем?
— Ну… да…
Джои с трудом промямлил цифры своего телефонного номера, уже не осознавая, кто он, где он, что это такое и почему вокруг него все двигается.
— Отлично! — Лиу улыбнулась и стала смотреть куда-то за спину герою. — Я позвоню тебе, и ты подойдешь к музыкальной школе, хорошо? А сейчас мне надо бежать. Удачи!
Девушка, звеня каблуками, побежала на встречу тем самым певицам из хора, которые были одеты уже в свою будничную одежду и радостно звали Лиу.
Джои лишь тупо смотрел им вслед. Чувства тревоги, стыда и страха не исчезли, они разбавились чем-то теплым, светлым, странным, так еще сверху засыпаны быстрым развитием всего происходящего. Спокойная, размеренная, одинокая и однообразная жизнь этого тихого паренька в одно мгновение стала насыщенной, полной юности и чувств. Ему было это незнакомо.
«Лиу, какая ты удивительная», — думал герой и был не прав, ведь она самая обыкновенная, такая же тихая и робкая, но под действием сцены, выступления, успеха, всеобщей радости и успеха опьянела и стала куда эмоциональнее и открытой, что нередко случается с каждым, кто выйдет из-за кулис, станет на границу между реальностью и пустотой и раскроет свои чувства перед незнакомыми существами, равнодушными к душе чужого, заставив их обратить внимание на свою маленькую натуру, находящуюся одну перед гранью всего.
Дул, на удивление, теплый мартовский ветер, полностью растопивший все отголоски зимы. Солнце нагревало землю, делая первый месяц весны еще более теплым. На некоторых голых ветках деревьев уже виднелись ярко-зеленые почки. Джои продолжал смотреть в одну и ту же точку, где уже не было Лиу. Вздохнув, герой повернулся и медленно пошел домой, надеясь, что больше никогда не вернутся в это здание, где он вновь ощутил жизнь.
Этот год будет необычайно насыщенным.
II
Ничего далее не произошло. Проснувшись на следующие день, Лиу вспомнила Джои, и ее охватил стыд. Как она, такая скромная и робкая девушка, смогла сказать незнакомому парню такие распутные слова? Лиу понимала, что раз уж сказано, то надо выполнять: взять телефон, позвонить ему, пригласить в школу искусств и порепетировать. Но хочет ли она
