и родня, те самые связи. И ее даже не отошлешь сразу после свадьбы куда подальше. Тут скорее она отошлет и станет радостно себе жить в доме мужа вместе со своим любовником.
В общем, эльф был разумный, но ничего сделать не мог. Только и оставалось точить меч, медленно и уныло. Спешить он точно не собирался, а там может кто-то другой наточит быстрее, чем он.
К вечеру того же дня садовник обнаружил раскопки на клумбе и страшно по этому поводу поругался. Немного подумав, он прикрыл безобразие оставшимися цветами и пообещал неизвестно кому оторвать руки. Ежики ему на этот монолог даже ответили и что-то явно попытались рассказать, но он не обратил на них внимания.
Другие ежики в это же время вместе с Ваней и не желавшей возвращаться в клетку чайкой дружно таращились на выкопанное на той клумбе растение.
— Интересно. Думаю, Яфин больше рассмотрит, — наконец сказал Ваня.
— А обрывы ты видишь? — скрипуче спросила чайка, даже не подумав превратиться в эльфа. — Вот эти тающие волоски, это обрывы. Это растение было частью целого. Просто до целого твои животные достать не смогли, крыльев у них нет.
— И что это значит? — спросил Ваня.
— Во дворце завелась паучиха. И, возможно, она сейчас нас подслушивает. Возможно даже лично для короля. А возможно он на ней даже женат. Ну не может же быть совпадением то, что нынешняя королева весь дворец оплела вьюнками, а на клумбе посреди сада вдруг обнаружился цветок, который ты обозвал примитивным телефоном. Таких цветов там, наверное, много.
— И что?
— А ничего. Если она подслушивает, она знает, что мы о ней знаем. Подождем, что она с этим знанием сделает. Если это королева, в чем я почти уверен, королю о ней точно известно. Иначе с чего этот болван вместе со своим параноиком, владельцем красной перчатки, так лихо заговоры раскрывают? Причем, аккурат тогда, когда на них уже хорошо потратились, но ничего опасного из себя они пока не представляют. И заметь, только те, которые плетутся хоть частично во дворце. Мелькхарэ даже пророки толком не рассмотрели и ничего там раскрыть никто заранее не успел.
— Да, странно, — согласился Ваня.
Еще немного позже, под покровом ночи переговорщик с труднопроизносимым именем лично лез по стене, чтобы подбросить одному наглому магу кусочек дерева. Время было достаточно позднее для сна, да и свет в окне не горел. Переговорщик замаскировался и уже предвкушал, как омерзительный человек утром проснется в хорошем настроении, а потом на него посыплются неприятности. И в целом план был хорошо. Этого любителя лазить по стенам даже не увидел никто, столь совершенную маскировку давал врученный повелителем амулет. Но, увы, ему не повезло. Причем, несколько раз к ряду.
В первый раз ему не повезло, когда Яфин надел на пальчик Риви кольцо, и они решили это знаменательное событие отпраздновать. Наедине. А так, как дело происходило в комнате девушки, никуда мужчина потом оттуда не ушел и спать в своей комнате даже не подумал. Собственно, он этой ночью вообще не очень много спал. И бедная деревяшка так и провалялась всю ночь без дела. А к утру, как ей и полагается, просто испарилась.
Второй раз переговорщику не повезло, когда один из камней взял и вывалился из стены. Причем, именно в тот момент, когда на него больше всего рассчитывали. И падал переговорщик в итоге красиво и шумно. Он ведь вовсе не был тренированным бойцом и свалившись с большой высоты не заорать попросту не смог.
В третий раз ему не повезло, когда совсем рядом проходили стражники. Они его услышали. Сумели найти место падения по примятому кусту. Смогли поймать невидимку и даже дать ему в зубы, латной перчаткой, ориентируясь на слух. Переговорщик от неожиданности произошедшего потерялся в пространстве и времени. И не сопротивлялся, когда его тащили в подвал, в старую тюрьму. Не реагировал, когда швыряли в камеру. И даже не понял, что это ему сказали:
— Захочешь поговорить, снимай маскировку и кричи погромче.
Впрочем, даже пойми он, ему бы это не помогло. Потому что о нем попросту забыли. Не до какого-то несчастного вора, решившего что-то поискать в комнатах гостей, когда тут переговорщик белолицых взял и куда-то испарился. А ведь его еще и искать приходилось тихо. Потому что официально белолицых во дворце не было.
Смотреть нужно в правильную сторону!
— У нас две королевы! — выдохнул лучший из королевских пророков и уставился на Аталаро большими, круглыми глазами, словно сам не мог поверить в то, что увидел в своем пророческом сне, на который так долго настраивался.
— Две? — переспросил красноперчаточник.
— Две, — подтвердил пророк и стал светло улыбаться.
— Ладно, — выдохнул несчастный владелец алой перчатки, отбросив мысли о том, как будет радовать этим видением владыку Леса. Он ведь отлично понимал, откуда могла взяться вторая королева. Знал тайну ее рода, знал о ее способностях и о глубоко спрятанном в этой женщине авантюризме. Настолько глубоко, что вылезал от из своего укрытия крайне редко, но уж если вылезет… — Ладно, две, так две, а с белолицыми что?
— Что? — явно удивился не отошедший от своей подготовки пророк. — Что… Один под землей, но его обманули и он на самом деле ничего не знает. Поэтому и солгать не может.
Аталаро нахмурился и попытался мысленно перевести сказанное на человеческий язык. Получалось так себе. Но то, что переговорщик мог не лгать только из-за того, что понятия не имел что на самом деле задумал его правитель или кто у них там главный — вполне логично.
— Еще! — потребовал он, а то пророк стал как-то подозрительно моргать, словно вот-вот уснет.
— Еще? — задумчиво переспросил он, зевнул и сказал так, словно сам в свои слова не мог поверить. — Еще они строят коридор, чтобы легко прошли только там.
— Куда коридор?!
— Не знаю, — удивленно сказал пророк. — Я видел карту, а у них странные карты, стороны непонятны. И они пойдут по коридору!
— Кто?!
— Враги, пока не наши, — ответил пророк, а потом осел в своем кресле и захрапел.
Аталаро честно попытался его разбудить, но проще было разрушить крепостную стену, бодая ее собственной головой. Поэтому красноперчаточник плюнул, огляделся, а потом пошел к человеку, умеющему нестандартно мыслить. Хотя да, в глубине души он ни капельки не сомневался, что коридор строят нехорошие белолицые и вести он будет прямо на земли несговорчивых эльфов.
А пророка можно будет еще потом распросить, когда он выспится. А то бедолага почти двое суток
