В перерыве коллеги обменялись впечатлениями и сошлись на том, что хотелось бы и в жизни все так красиво расписать. Да только выйдет ли?
В курительную комнату, где собрались недавние продвиженцы эксклюзивных спичек, вошел Полуфантов. Пообщавшись со всеми, он тихо обратился к Пионерогероевой:
– Подойдите ко мне после занятий, у меня есть к вам вопрос.
Пионерогероева шла по коридору в аудиторию и размышляла: „Наверное, хочет сделать мне замечание по поводу моих „выступлений“. И правильно. Кто здесь Ленин – он или я? Что лезу, что комментирую? Или, может, как раз этим я и отличаюсь? Он ведь консалтер, как и я, приятно с коллегой встретиться-пообщаться. Вообще приятно, когда в аудитории есть к кому обратиться, к кому-то понимающему. Хотя тут понимающих и заинтересованных – хоть отбавляй, значит, будет о чем-то другом спрашивать“.
– Вы в какой сфере сейчас трудитесь? – обратился Полуфантов к студентке.
Пионерогероева, когда начался курс, представлялась, как и другие участники. Говорила о том, как важно и нужно ей проучиться на данном курсе и открыть для себя новую философию управления – управления проектами. Она даже слегка подготовилась к началу занятий – почитала немногочисленную литературку на эту тему. А в связи с тем, что на начало первого занятия категорически опоздала из-за стояния в бесконечной пробке, даже пошутила в рамках терминологии управления проектами. Влетев в аудиторию незадолго до перерыва и пропустив всю первую пару, высказалась: не учла, мол, все риски своего путешествия и неверно рассчитала критический путь, который, как известно, самый продолжительный. Чем немедленно обратила на себя внимание сокурсников и очень запомнилась преподавателю.
Отвечать на вопрос Полуфантова нужно было или обстоятельно и правдиво, или коротко, но емко. Не предполагая, к чему он этот вопрос задает, Пионерогероева решилась на компромисс:
– Нынешнюю сферу труда с большим удовольствием покину, как только обнаружу более для себя увлекательную.
– Вы же работаете в консалтинге? – уточнил Полуфантов. – Коллеги?
– Да, можно и так. В настоящий момент реализую карьерный план по переходу в другую отрасль. („Вот так – ни больше ни меньше, не будем про кризис карьеры, про черную дыру, поглощающую мои резюме, про неудачные собеседования и меркантильных работодателей. Про то, что не ответила на вопросы о дисконтированном сроке окупаемости и что хочется полета и крыльев за спиной, про кураж и единственно любимую компанию, в которую уже не вернуться по причине ее отсутствия. Не будем также про странный подход в выборе работы, когда мне надо с порога понять: „Это – моя компания!“, а иначе стану чувствовать себя механическим роботом и долго не продержусь, и про многое другое – не буду!“) Проходила собеседование в одной компании на позицию директора проекта. Посмотрю („Естественно, нечего уже смотреть, все ясно!“), как будет.
– Там что – строительство?
– Да, и реконструкция, и строительство, и девелопмент в широком понимании.
– Зачем вам это? – неожиданно удивился Полуфантов. – Это такие проблемы и неконтролируемые обстоятельства…
– Очень хочется деятельность сменить, а натура революционная – вот и тянет, – засмеялась Пионерогероева. („Наверное, не будет делать замечаний по поводу моих встреваний в программу; наверное, предложит сотрудничать“.)
– Знаете, я тут инспектировал одну организацию, они загорелись идеей проектного управления, мне кажется, у вас есть возможность там порезвиться и свой огород отгородить. Там тоже девелопмент, правда, понимают они его несколько уже – как развитие конструкций из железобетона и стекла, корпорация этим и занимается. Ну, да дело не в этом – вам будет интересно познакомиться, они просили присылать ярких людей, если что.
Внутри у Пионерогероевой запрыгал веселый зайчик. Как она правильно все спланировала все-таки! Есть в этом карьерном кризисе позитивные моменты, любой кризис – это обязательная возможность, об этом еще китайцы говорили. Вот теперь-то она и выйдет на новый виток, как пойдет в корпорацию огород городить по управлению проектами. Ну и пусть железобетон, она тоже дама не тряпочная. А Полуфантов – молодец какой, заметил, выделил. Приятно, когда попадаешь в круг понимающих людей.
– Вы сходите на собеседование, я сейчас вам дам телефон, свяжетесь с этой дамой, она там за кадры и проекты отвечает. Вот, Гадкоутенкова Агриппина, скажете от меня. Посмотрите, как получится.
– Конечно, спасибо. – Пионерогероева с трудом сдерживала ликование.
Хотя теоретически вероятность точного попадания была равна каким-то мизерным процентам, она свято верила в свою звезду и надежность плана. Если оно так сразу пошло качественно, то и дальше будет в точку. Попав на этот курс, она поняла, что сделала правильный выбор, так как и новизна, и идеология проектного управления ее просто захватили. А самое главное – она нашла ответы на трудные вопросы множества работодателей, призывавших ее к двадцатилетнему сидению на одном месте и упрекавших в потере интереса к предыдущим делам. Эти вопросы долго оставались без ответа и для нее самой: почему с трудом построенный бизнес, это дитя разочарований и маленьких побед, был закрыт? Почему она утратила любовь к тому, чем увлеченно занималась еще лет пять тому назад? Этих бесконечных „почему“ рождалось с каждым годом все больше. Но только здесь, на программе по управлению проектами, она поняла собственную профессиональную сущность. Она – прирожденный руководитель проектов. Любой проект имеет свой срок и конечную цель. Когда он закончен или закрыт с каким угодно результатом (в данном случае не важно – тут война, а там маневры), руководитель переходит в следующий. А поскольку руководителей проектов не так много ни по складу своему, ни по образованию (относительно молодая для нас сфера управления), то и беречь их надо, и холить, и мотивировать соответственно, так как они могут захандрить в последней фазе проекта текущего. Ай да Полуфантов! Во как все разъяснил, прямо рыдать захотелось от такого описания.
Вот поэтому-то, осознала наконец Пионерогероева, она уходит с одной работы, закрывает бизнес и делает еще множество вещей, непонятных среднестатистическому руководителю. Потому что это и были проекты, каждый из которых имел свое окончание. Достигнута цель, не достигнута – это уже вопрос другой. Любой проект может быть закрыт, отложен или завершен как положено. Смысл в том, что он венчается точкой – и это классно. Но как только работа входит в русло поддержания процессов, а Пионерогероева начинает функционировать, вот тут-то для нее как наемного сотрудника начинаются проблемы „томления духа“. Откровение Полуфантова пробудило в студентке небывалую гордость за редкую свою породу руководителя, да-да, именно породу – так она для себя это сформулировала на карьерном языке. Что там – можно было бы и селекцией заняться на промышленном уровне в связи с ростом популярности проектного управления. И там, где не подходит привычный ресурс в виде опытных, но приросших к месту специалистов, будут востребованы новые „start-up"-менеджеры, дерзкие и по-правильному борзые, не стремящиеся к успокоению в высоких строчках штатного расписания…
