Читаем без скачивания Неоафины - Рустам Саидов

Глядя отсюда на стены домов, нагроможденных друг на друга, будто огромные кубики, парни заметили другие вполне отчетливые полосы свежей шпаклевки, которые невозможно было обнаружить с земли.

Саша слегка согнул ноги, вытянул руки вперед, так словно он держал пулемёт, и сделал характерное движение руками, выпуская воображаемую очередь. Затем он вышел из полуприседа и улыбнулся, видимо убедившись в правильности своих догадок.

– Думаешь и здесь тоже самое? – спросил Артур, понимая, к чему подобные воображаемые пострелушки.

– Работали из автоматического оружия, – ответил Саша и показал косые полосы свежей штукатурки на стене одного из домов.

– И каким же образом? – задал вопрос Артур, намекая на то, что сложно стрелять по домам из пулемёта, когда у тебя его нет.

Его друг высоко поднял брови и ухмыльнулся, как бы говоря: «Мне-то почём знать?»

Артур опустил взгляд, поняв странность своего вопроса, и вдруг высунулся из окна шпиля.

– Что там? – с любопытством спросил Саша, также поспешив выглянуть наружу.

– Видишь камни в ручье? Ничего не напоминает? – произнес Артур и, резко повернувшись, откинулся спиной на подоконник, глядя наверх.

– Похоже как отсюда! – Саша присмотрелся к свежей кладке стены и, встретившись с другом взглядом, несколько раз легонько кивнул.

Они с новым усердием стали осматривать город. Как будто получив чудесное рентгеновское зрение, теперь они обнаружили в его лице побитого ветерана, пережившего многочисленные бои, и лишь небрежно залеченного неизвестными «докторами». Камни из кладки шпиля были выброшены в ручей взрывом и, кажется, уже не один раз, судя по тому, что некоторые из них уже успели обрасти водорослями. Свежевыкрашенные стены домов, заштукатуренные на скорую руку, подтверждали их догадку. Более того, судя по разным оттенкам краски, становилось понятно, что в некоторых местах город неоднократно разрушался и перестраивался.

– Странный зоопарк, – сдерживая тревогу в голосе, произнес Артур.

– Никому ни слова! – строго сказал Саша, посерьезнев в лице. Но затем, поняв, что Артур может подумать, что это он из-за своей ксенофобии, добавил:

– Казачков к нам «Они» не просто так засылали. И город «Они» не просто так ремонтируют.

– Само собой, – серьезно ответил Артур. – Похоже, им не хочется, чтобы мы поняли чего-то раньше времени.

– Точно! – коротко согласился Саша и сделал глубокий кивок головой. – Однако декорации они возвели довольно качественные. Мол, чувствуйте себя, как дома! – воскликнул Саша и дружелюбно развел руками. – Иначе они могли бы просто держать нас в клетках, – и он, случайно попав взглядом на обедающую толпу, сделал знак рукой, предлагая спуститься.

Когда они вышли на площадь, оказалось, что раздача еды уже прекратилась. Лишь несколько одиночек, не удовлетворившиеся своими порциями, пытались вновь добраться до прилавков, но вяло отгонялись арабами, взявшими под полный контроль раздачу пищи.

– Ну, здорово! – в сердцах воскликнул Саша, чувствуя, как голод начинает напоминать о себе урчанием в желудке.

– Погоди горячиться, – сказал Артур и направился к «старшему», стоящему вместе с телохранителями возле одного из лотков.

Не дойдя до них нескольких шагов, Артур остановился, приложил руку к сердцу и совершил медленный поклон. Затем он вновь начал объяснять что-то жестами, однако у арабского главаря уже не было терпения видеть всё это второй раз, и он, прервав выступление Артура коротким движением руки, приказал тому отложить объяснения. Затем он что-то сказал своему человеку, вызвав у последнего приступ смеха. Однако как только помощник успокоился, «старший» резко развернулся к лотку, взял столько еды, сколько мог обхватить обеими руками и передал парням.

– Спасибо! Спасибо! – искренне поблагодарил его Артур, пытаясь удержать еду, валившуюся из рук араба.

Вдруг Саша, прижав полученные фрукты к животу, двинулся вперед и подошел к «старшему».

– Спасибо говорить тебе не буду, еда же не твоя, – ехидно улыбаясь главарю в лицо, сказал он. – Но познакомиться – познакомлюсь. Саша! – и он протянул руку.

Новоявленный вождь арабов пораженно уставился прямо на дерзкого светловолосого незнакомца, но Саша выдержал тяжелый взгляд и не отвел глаз. Через несколько секунд «старший» прервал молчаливую сцену, едва слышно хекнув, кивнул головой и принял рукопожатие.

– Омар! – представился он.

VI

Старые женские ноги, преодолевая собственную немощь, неслись по обшарпанным ступенькам, поднимая дряблое тело на пятнадцатый этаж многоквартирного дома, расположенного на задворках сектора. Сморщенные руки тащили пакеты с продуктами, уста шептали проклятья коммунальным службам, опять не решившим проблему вечно ломающегося лифта.

Едва влетев в квартиру, обладательница тела, практически лишённого улучшений, кроме отменного органического сердца объединения GolemCorp-NACD (Neo-Athes Cybernetic Devices), громко прокричала:

– Врубай второй кана-а-ал!

Реакции, однако, не последовало.

Сбросив стоптанные босоножки, женщина, так и держа пакеты с продуктами в руках, ворвалась в комнату сына – сорокалетнего безработного затворника – и вновь проорала:

– Томас, ты совсем оглох?!

– Ну что вопить-то? – лениво огрызнулся тот. Он лежал в массажном кресле, в котором еле помещался своей огромной тушей, и даже не повернулся в сторону матери.

– Мне уже надоело вытирать за тобой слюни! – мать Томаса, миссис Дороти Корнфилд, видимо решила высказать всё наболевшее сыну. – Мне почти восемьдесят, а я как горный козёл прыгаю по ступенькам с полными сумками в руках! А ты сидишь тут и копишь жир в своём кресле!

– Слушай Ма! То, что ты прыгаешь по ступенькам, как горный козёл, произошло не просто так. Или ты забыла, кто тебе купил новенький «движок»? И куплен он именно потому, что я, как ты выразилась, «коплю жир» в этом кресле, а не зарабатываю в поте лица, разгружая мешки с продуктами.

Он по-прежнему не поворачивался в сторону матери и лишь сделал картинку, передаваемую на сетчатку глаз, немного прозрачнее, дотронувшись до пульта размером с крышку от газировки, прикрепленного к виску. Мать Томаса, «успокоенная» подобным аргументом, молча потопталась в дверях, а затем заискивающе спросила:

– Так ты идёшь смотреть «Рыцарей Свободы»? Я чипсов купила.

– Не, неохота. Уже надоедает эта однообразная параша. Ни разу за весь сезон не видел, чтобы победили недолюди, – Томас сделал изображение картинки поярче, намекая на конец разговора.

– Ну, ты давай это, если захочешь, подходи! – прошептала миссис Корнфилд и, не смея больше отвлекать сына, печально удалилась.

Толстяк еще несколько минут неподвижно лежал в кресле, пытаясь вновь сосредоточиться на какой-то задаче, но вскоре, всё больше и больше отвлекаемый любопытством, чертыхнулся и переключился на сайт «Рыцарей Свободы».

– Так-с, коли я вас решился посмотреть, то сыграем по моим правилам! – сказал он, глядя на то, сколько времени осталось до конца голосования за выбор сегодняшней команды участника. Поняв, что успевает проголосовать, Томас радостно ухмыльнулся и поспешил определить, какая из команд показывает худшие результаты в сезоне.

– Летите, птенчики мои! – сказал толстяк и мысленно отправил команду тысячам ботов начать голосование за аутсайдера.

Артур сидел у ручья, рассматривая только что полученные тряпки.

Саша, уже успевший переодеться в непривычную ему одежду пустынного странника, еще около пяти минут потратил на то, чтобы разобраться с тем, что делать с длинным узким куском белой ткани, пока не догадался, что это не широкий пояс, а ткань для самой обычной чалмы. Он честно попытался обмотать ей голову, но вскоре бросил эту затею.

– Они что, издеваются?! – негодуя воскликнул он и сбил с головы криво получившийся тюрбан, а затем вновь повязал его как кушак. Закончив эту процедуру, он сел на корточки, сорвал торчащую из земли соломинку и, ковыряясь ей в зубах, стал наслаждаться зрелищем, происходящим на рыночной площади – делёжкой лучших шмоток между арабами и новоиспечённой группировкой латиносов, то и дело перерастающей в кровавую драку.

– А мы и вправду на зверей похожи! – рассмеялся он каким-то горьким, сардоническим смехом.

– Ты что же, всерьёз думаешь, что кинь «Их» в клетку, они себя как-то иначе будут вести? – Артур неожиданно резко не согласился с товарищем.

– Ну кинешь и что? Мы-то что от этого меньшим зверьём будем?! – сказал тот и сплюнул на пыльную землю старый кусочек пищи, выковырянный соломинкой из зубов.

– Не будем, но и «Они» не будут!

– Так значит мы все зверьё! Зверь-ё! – отчеканил Саша. Похоже, эту выстраданную идею он носил в себе уже долго и сейчас, имея законный повод, смог, наконец, выпалить её громко и ясно. Однако этого ему теперь показалось мало: посчитав нужным подтвердить свой тезис, он встал и тяжёлой походкой направился в сторону рынка, на котором дралась толпа.