100 тыс. рублей — под такой залог Замоскворецкий суд намеревался освободить из-под стражи Расула Мирзаева, после удара которого скончался 19-летний москвич Иван Агафонов. Решение суда вызвало широкий общественный резонанс, и дело возвратили на доследование. Впрочем, в данном случае интересен не сам факт определения залога, а его смехотворный размер. Ведь по сути суд оценил в 100 тысяч рублей жизнь погибшего парня, страдания его близких. Как пояснил председатель президиума Столичной коллегии адвокатов Георгий Зубовский, основанием освобождения под залог является статья 56 УК РФ, согласно которой обвиняемый может быть отпущен под залог, а размер его определяется судом с учетом характера преступления, данных о личности подозреваемого либо обвиняемого и его имущественного положения. При этом, по словам Зубовского, по уголовным делам о преступлениях небольшой и средней тяжести размер залога не может составлять менее ста тысяч рублей, а по делам о тяжких и особо тяжких преступлениях — менее пятисот тысяч. По официальным данным, сумма внесенных за полтора года с января 2009-го залогов в России составила 833 миллиона рублей. Однако российская Фемида с чрезмерной осторожностью применяет такого рода санкции. А вот в Шотландии, где проживает немногим более пяти миллионов человек, в 2008—2009 годах под залог освободились 58 300 человек (у нас за полтора года — 2068). Порядок освобождения под залог таков, что его сумма возвращается правонарушителю, если он ведет себя примерно весь срок условного освобождения или если суд его полностью оправдает. В ином случае залог уходит в пользу государства. Согласно статистике за исследуемый период в России было зафиксировано всего 92 случая обращения залога в пользу государства, то есть условия освобождения нарушили лишь 4 процента подсудимых. Получается, если что-то и мешает российским судьям применять эту меру пресечения, то точно не те, кто, внеся залог, скрылся от правосудия.
К нам приехал / Политика и экономика / Те, которые...
К нам приехал
/ Политика и экономика / Те, которые...
Не вняв предостережениям античных мыслителей, великий Гус Хиддинк осмелился-таки войти в одну и ту же реку дважды. Имя сей стремнине — российский футбол. На этот раз самонадеянный голландец намерен окунуться в его самый полноводный и бурный приток — «Анжи». Напомним, Хиддинку предложено наставлять один из богатейших футбольных клубов на постсоветском пространстве — махачкалинскую команду, щедро спонсируемую форбсоносным Сулейманом Керимовым.
Странное дело: всего пару лет тому назад наш герой спешно покидал российские пределы, цедя сквозь зубы отборные голландские ругательства. Западная пресса тогда злословила на все лады: «чудотворца Хиддинка» выдавили из российской сборной родимые футбольные функционеры, которым победоносный голландец то ли стал не по карману, то ли встал поперек горла. Говорят, что в очень узком кругу старина Гус поклялся никогда более не дотрагиваться до футбольного мяча, если волею судьбы тот закатится на пресловутую одну шестую части суши. И вот на тебе! Принимайте пас!..
Удивительно, что осторожного Хиддинка не смутила судьба его предшественника — Юрия Красножана. Напомним, что тот пробыл на посту наставника дагестанского «Анжи» около двух месяцев, не проведя при этом ни одного официального матча. Заслуженного и увенчанного Юрия Анатольевича в 24 часа попросили на выход, что называется, с вещами, без внятных объяснений, извинений и комментариев.
Со стороны выглядело это так, будто тренерскую спешно освобождали для кого-то очень и очень важного. Теперь-то мы понимаем для кого.
Неужели многоопытный Гус всерьез уверовал, что, заняв место изгнанного Красножана, он сам избежит аналогичной участи? Думается, что наш герой прекрасно осознает все риски! Просто условия восемнадцатимесячного контракта предложены такие смачные — десять миллионов евро в год! На круг выходит пятнадцать «лямов»...
На фоне удушающего старушку Европу греческого кризиса, о котором древнегреческие философы почему-то ничего потомкам не сообщили, за такие деньжищи можно войти в одну и ту же реку и дважды, и трижды, и четырежды. Вот только пока доподлинно неизвестно название заветного водоема. Либо сие мелководный Рубикон, во времена оные возвеличивший имя Цезаря в веках, либо тихоструйный Стикс. Последний, если кто не помнит, в античной мифологии считался «рекой забвения», отделяющей загробное царство теней от мира живых.
Плохой полицейский / Политика и экономика / Те, которые...
Плохой полицейский
/ Политика и экономика / Те, которые...
Орден Почета, медаль ордена «За заслуги перед Отечеством» II степени, благодарности президента РФ... В принципе уже немаленькая коллекция, а от перспектив и вовсе захватывало дух: генерал-полковник полиции Михаил Суходольский считался одним из наиболее вероятных претендентов на пост главы МВД. Версия зашаталась летом прошлого года: с поста первого замминистра генерал переместился в кресло начальника Главного управления МВД по Санкт-Петербургу и Ленинградской области. Опала, однако.
Были, правда, и другие предположения: мол, после очистки питерских авгиевых конюшен (предшественник Суходольского не прошел переаттестацию) энергичного генерала ждет повышение после президентских выборов. Скандальное увольнение доказало, что правы были скептики. Хотя есть и еще одна трактовка событий, органично объединяющая предыдущие: конкуренты сбили сокола на подлете к вершине власти. Версий, в общем, много. Нет среди них лишь той, которая указывает на вполне конкретный повод к отставке: смерть Никиты Леонтьева, 15-летнего подростка, задержанного и убитого сотрудниками местной полиции. Дело получило резонанс. Глава МВД распорядился провести масштабную проверку главка. С этого-то момента конфликт и вышел наружу. Суходольский публично усомнился в правомерности действий московского начальства, намекнув на большие неприятности: мол, в период подготовки к выборам такие проверки — вещь дестабилизирующая. Но оппоненты решили, что «дестабилизирующим» является, напротив, он сам.
Последний ход, впрочем, пока за отставником: в интервью «МК» генерал настаивает, что его высокопоставленные недоброжелатели давно жаждали расправы и воспользовались трагедией как удобным поводом. Конечно, считать Суходольского невинной «жертвой беспредела» было бы большим преувеличением. Экс-начальник главка так или иначе несет ответственность за всех своих подчиненных. Но тот же счет можно предъявить и его московскому начальству. И даже еще больший.
Вряд ли можно назвать успешной реформу ведомства, если один из переаттестованных забивает до смерти ребенка, а второго человека в МВД приходится увольнять с помощью ОМОНа. Причем уволенный выметает массу сора из избы: дескать, членам его команды приходится буквально «бежать из Санкт-Петербурга», поскольку есть опасность провокаций, могут что-нибудь и подкинуть. Что ж, кто-кто, а он-то должен быть хорошо осведомлен о методах работы «реформированного» МВД.
Dura leх / Политика и экономика / Те, которые...
Dura leх
/ Политика и экономика / Те, которые...
Пословица о том, что «закон — что дышло...», родилась не вчера. Но ее вряд ли когда-либо поминали чаще, чем сегодня. Более того, порой складывается впечатление, что наши законы и суды вообще обретаются в параллельных плоскостях, которые, по Лобачевскому, пересекаются лишь в далеком космосе. Взять хотя бы судебную эпопею активистки «Другой России» Таисии Осиповой. Напомним, в декабре 2011 года райсуд приговорил ее к десяти годам колонии за хранение и распространение наркотиков. На минувшей неделе Смоленский облсуд отменил приговор, отправив дело в нижестоящую инстанцию на пересмотр 15 марта. При этом гособвинение неожиданно предложило скостить срок до четырех лет.
В чем дело? Законы вроде не менялись, новые обстоятельства по делу не вскрывались. Зато изменились обстоятельства внешние, причем общественный резонанс сыграл тут опосредованную роль. Да, сотоващи-лимоновцы бастовали, устраивали пикеты у станций метро. Да, их поддержали и арт-группа «Война», и лидер «ДДТ» Юрий Шевчук. Да, Осипову включили в список политзаключенных, переданный в президентский совет по правам человека. Но воз-то оставался на месте, пока Дмитрий Медведев не назвал решение суда чрезмерно суровым, даже если она и виновна. Судейские «взяли под козырек».
