все время в разъездах, и смысла обрастать имуществом у меня совершенно нет.
Разъезды разъездами, а в хитросплетениях местных дорог ориентируется товарищ неплохо, — отметила про себя. А еще прояснила совершенно не важный, но интересующий меня вопрос:
— Вы когда-нибудь хотели быть летчиком или космонавтом? — образ Лика-капитана космического корабля так и стоял у меня перед глазами…
Взгляд, которым он меня окинул, можно было назвать озадаченным, а можно — «что с тебя, дуры, взять».. я предпочла думать, что правильней будет первый вариант.
— Хотел, — наконец изрек он.
— А почему не стали? — продолжила я допрос.
— В это дело надо или уходить с головой, или вообще туда не лезть, — слегка нахмурил он брови.
— Вы не полезли… — вздохнула я
— Как видите, — кажется, разговор удовольствия ему не доставляет.
— Жаль, — вздохнула, — форма была бы вам к лицу.
Судя по взгляду, которым он меня наградил, мне бы очень к лицу был кляп.
После офиса мы двинули на склад. И вот тут было самое тонкое место моего плана: у складских был только один царь и бог — их начальник Сан Саныч. Вот к нему-то нам и надо было подмазаться.
— Лик, вы можете изобразить на редкость противного доставучего типа? — обратилась я к несостоявшемуся космонавту, когда мы вышли из машины.
Тот резко остановился, вперил в меня сердитый взгляд и вдруг вскинулся:
— Я вам что, Петрушкой тут нанимался? Может, мне перед вами еще лезгинку станцевать? — и процедил сквозь зубы, снова шагая вперед: — Понаберут в штат недоумков..
Я даже сначала опешила от такой отповеди, а потом бросилась догонять..
— Да вы же актер прирожденный! Даже я поверила, — шепнула мимоходом.
— А я такой и есть, просто маскируюсь, — усмехнулся тот.
В это мне с трудом верилось.
Дальше мы нашли начальника склада, разъяснили ему ситуацию: так мол и так, срочная отгрузка, по объему небольшая, вот документы… Только миленький-миленький Сан Саныч… разрешите этому ненормальному вот эти детальки самому выбрать, уже все мозги сожрал и нервы вымотал..
«Ненормальный» все это подслушал и разразился такой отборной руганью, что Сан Саныч почесал затылок, и, так и быть, разрешил.
— Пусть ковыряется, но под твою ответственность, Дея. Чтоб ничего не стибрил и не испортил.
Да, да, конечно, я прослежу, посмотрю… и вообще, буду над вашими червяками как орлица над орлятами.
Кто не в курсе, «червяки» — это палки такие металлические со спиралью в серединке, конкретно данные, нас интересующие — длиной примерно с мою стопу. Хотелось бы мне посмотреть, как их вообще можно испортить..
В общем, подвели нас к коробу с этими самыми «червяками» и принялись мы в них ковыряться, выискивая те, которые из нужной нам, пятьдесят пятой партии. Не дать не взять, заправские рыбаки перед рыбалкой.
Штук пятнадцать набрали, а дальше дело застопорилось, пришлось чуть ли не весь короб переворачивать, а это оказалось очень утомительно..
— Все, больше нет, кажется, — наконец, подвела я итог нашей деятельности. И вот когда мы уже добрали до нужного числа остальных… я краем глаза заметила еще один подходящий образец… И, не долго думая, запихала его в свою сумку. Дома поразглядываю, чего там такого интересного, а потом верну. может быть.
Выглядели мы с Ликом к этому моменту не самым лучшим образом: притомившиеся, местами перепачканные, но некоторые (не я, понятное дело) вполне себе довольные..
Мой напарник забрал все коробки с положенными ему товарами, подписал документы, и мы покатили обратно.
— Чем мне вас отблагодарить? — спросил инициатор нашей веселого субботнего похода за червяками перед тем, как высадить меня неподалеку от моего дома.
— Торт… пришлите мне большой шоколадный торт, — подумав, решила я.
— Вы же такое не едите? — ухмыльнулся он.
— Не ем, — подтвердила я, — я такое уписываю за обе щеки, сметаю и лопаю. Желательно в темноте и без свидетелей… тогда калории не считаются..
И заткнулась бы ты уже, Медея Сергеевна…
— Договорились, — кивнул Лик, — до связи!
Я попрощалась с ним, и отправлялась к себе вообще без единой мысли в голове.
Дома я первым делом вытащила честно украденного со склада «червяка» и принялась тщательно его разглядывать. Тяжеленький, плотненький, ни пустот, ясное дело, ни щелей, эхх… ни тебе, Дея, рубинов с изумрудами… Может, конечно, они внутри… «Распилить, что ли», — вяло подумала я… Но, естественно, делать этого не стала. Максимум на то меня хватило, это взять гвоздик и поскрести блестящую металлическую поверхность.
Сряб-скряб- скряб… на металлической поверхность подозрительно весело и бодро начали появляться голубоватые царапины. Я воодушевилась и пошла за напильником и наждачкой. Сорок минут беспрерывного шорканья — и «червяк» в моих руках весь стал из серо-стального блестящего голубовато-серым матовым. Руки, правда, покрылись ссадинами от наждачки, не умею я аккуратно ей работать.
Ну и как это понимать? Из чего эта чертова деталь вообще сделана?
Я снова поскребла неизвестный материал гвоздиком, точнее попыталась… совершенно безрезультатно. Покрутила в руках и призадумалась. Ну, Лик… ну удружил. Надеюсь, оно хотя бы не радиоактивное.
Я срочно побежала к ноутбуку читать в мировой паутине о симптомах лучевой болезни, и только начитавшись всяких ужасов обнаружила, что так и сижу с голубым «червяком» в руке, словно Данко с горящим сердцем. Очень логично и последовательно, конечно. Палка была срочно изгнана на самую дальнюю полку, а я отправилась мыть руки… Бесполезно, уже, наверное, но все же… Слегка вздохнула, ожидая пощипывания от густой мыльной пены, но такового не обнаружила. Совсем. Промокнула руки полотенцем и критически их осмотрела — ни одной ссадины, даже самой завалящей. Что за чертовщина? Я же точно помню, что когда за ноут садилась, они были… Или я схожу с ума, или резко научилась заживлять ранки, или что-то этому поспособствовало..
Я нахмурилась, потом перевела взгляд на ноги. С сегодняшней беготней по складам я слегка натерла туфелькой пятку. Эксперименту быть! Я сняла с полки потенциально радиоактивную палку, приложила к пострадавшей ноге и засекла время. Спустя три минуты пятка была как новенькая..
«Да ты не червяк»! — восхитилась я, сжимая в руке неизвестное чудо, — «ты моя волшебная палочка»..
Хотя нет, для «палочки» изделие тяжеловато… Волшебный жезл — другое дело. Мой личный кадуцей. Вот так и буду его называть.
За остаток вечера я залечила себе все царапинки, синяки и прыщики, которые нашла. Потом пришлось заставить себя положить жезл на полку: мало ли, вдруг лечение — это приятная побочка какой-нибудь адской гадости.
А когда ложилась спать, втайне надеялась, что сегодня мне снова приснится, как я летаю.
Глава 3
Воздух
