Читаем без скачивания Ветер в клетке - Мейер Лана

Когда я уже окончательно погружаюсь в свои мысли и откровенно зеваю, заждавшись Стейна, свет в гостиной вдруг резко меняется на голубовато-приглушенный и интимный.

– Принесли наш ужин? – подаю голос я, не оборачиваюсь. Во рту пересыхает от очередного приступа волнения.

– Да. Я чертовски голоден, – не замечаю, как он подбирается сзади. Его ладонь прижимается к стеклу передо мной. Чуть после – вторая, заключая меня в клетку. Горячее дыхание мужчины щекочет затылок. Я покрываюсь мурашками, томление внизу живота становится огненным, опасным, изнывающим.

– Стейн, я…, – его бедра прижимаются к моей заднице, позволяя чувствовать твердость его намерений на эту ночь. Боже, ощущаются они весьма многообещающе.

– Ты же хочешь этого, девочка. Я знаю, – неистово спускает бретельки моего платья, покрывает отрывистыми поцелуями плечи и шею. Внутри меня все дрожит, я растворяюсь в приятных ощущениях. – Здесь нам никто не помешает. Мы можем трахаться не опасаясь попасть в тюрьму, – закусывает мочку моего уха, вновь толкаясь в мои ягодицы. Опускает одну руку, чтобы задрать мое платье и смять мою задницу без всяких преград.

Меня возбуждают его слова, но не уверена, что я хочу тупого перепихона. Я же читала все эти правила, и книги по мужской психологии. Нельзя «давать» на первом свидании, иначе в мыслях мужчины ты сразу попадешь в разряд женщин только «для секса». А я уже слишком взрослая для того, чтобы тратить время на секс без перспектив на будущее.

Или…я просто напугана? Три года без мужчины живу, может и начинать не стоит? Не хочу открывать портал с демонами…

– Что ты делаешь? – испускаю стон на одном выдохе я. Он прижимает меня к стеклу, толкает сильнее. Зажимает мою шею ладонью, начиная быстро и ритмично толкаться в мои бедра, имитируя секс. Блядь, черт. Я не успеваю сказать «нет», противостоять ему, и не могу помешать его ладоням задрать мое платье до талии, сдвинуть трусики в сторону, провести требовательными пальцами по сразу двум чувствительным местам.

Я не хочу и хочу этого. Мысли путаются, я вся превращаюсь в оголенный провод. Внизу живота колыхаются волны пламени, ноги меня не держат. Инстинктивно трусь попкой о его бедра, на что Стейн отвечает горловым рокотом. Прикрываю глаза, млея от забытых ощущений. Это все похоже на безумный и приятный эротический сон. Клитор болезненно пульсирует, кажется, что я могу кончить, если он всего пару раз коснется его сейчас. Но мне нужно куда больше, чем пара раз…

– Черт, ты такая аппетитная и сексуальная, – осыпает комплиментами Стейн, сжимая мою грудь, предварительно достав каждую из плена ткани.

У меня кружится голова, уносить начинает конкретно. Это похоже на опьянение, полное отключение головы и падение в чувства и ощущения.

Стейн слегка поворачивает мою голову – жестко, будто заставляя меня обратить на него внимание, одновременно толкаясь в меня снова и снова. Разворачивает к себе, вплотную прижимая к стеклу. Бросает на меня томный взгляд исподлобья, в котором читается отчетливое и банальное желание поиметь меня этой ночью.

Немного грустно, что он просто хочет меня трахнуть. Серьезными намерениями здесь явно не пахнет, и меня пугает то, что на утро он забудет мое имя. И это главная причина, почему ему не обломится сегодня. А так хочется…

Его губы касаются моих, язык настойчиво проникает в полость рта. Он явно вытворяет им внутри меня то, что хотел бы проделать со своим членом во мне.

Прижимает мои запястья к стеклу над головой, на что я отвечаю почти сдающимся, но все же сопротивляющимся стоном…самое время прекратить нашу опасную прелюдию. У него стоит так, что не сомневаюсь – ему чертовски больно.

– Я хочу тебя. Так сильно, – признается мне Стейн. Мне кажется, что я сейчас умру от возбуждения, когда слышу подобные слова от такого мужчины, брошенные с едва сдерживаемым отчаянием в голосе.

– Я тоже, но…

– Сначала отсоси папочке, и я трахну тебя, как следует, – выдыхает он около моих губ.

У меня внутри все мгновенно леденеет. Я ожидала чего угодно, но не настолько потребительского отношения к себе. Что он сказал? Я? Сосать? В первые два часа знакомства? Черт, или это нормально? Мы же взрослые люди, разве я не хочу этого?

Я чувствую некоторое давление со стороны Стейна, и поэтому слушать себя и свое тело, свои желания, становится чертовски тяжело. К тому же, мне слишком сильно хочется ему понравиться, стать для него идеальной, незабываемой, а значит дело – дрянь.

Почему-то мне трудно сказать «это не то, чего бы мне хотелось сейчас». Вместо этого, я просто запускаю руку в его джинсы, и, обхватив горячий ствол ладонью, испускаю стон в его губы, ощущая в ладони сильную мышцу, подрагивающую от моих ласковых, но крепких прикосновений.

Боже, я и забыла, как все это ощущается. К тому же, я не занималась сексом ни с кем, кроме Майкла. Все это чертовски волнительно.

Стейн вновь накрывает мои губы своими, предварительно проведя большим пальцем по моему рту, словно небрежно раскрывая их своим повелительным жестом. Его поцелуй дурманит мой разум. Его уверенность в себе пленит не только мои губы, но и разум, затуманенный плотной дымкой. Думать становится тяжелее с каждой секундой. В конце концов, он берет в жесткий захват мои волосы, заставляя меня застонать в его рот еще слаще и громче. Дурею. В моем рту будто тает любимое шоколадное мороженое – настолько это все сладко. И, кажется, что это чертовски взаимно, несмотря на некоторую грубость, эгоизм с самолюбование с его стороны…явно приняв мой стон и дрожь в теле за «да», Стейн пытается направить мою голову вниз, вдоль своего тела, бросая многозначительный взгляд на пах и стоящий колом член.

– Хочу твои губы, – выдает вновь он, находясь на грани возбуждения.

– Я…, – шепчу нервно, игриво, рвано. Ощущаю себя странно. Шлюхой? Может, это не плохо? Три года ею не была. Сколько можно хранить верность «призраку» Майкла?

– Ты хочешь этого? – звучит, не совсем, как вопрос. Он облизывает чувственные губы, слегка приоткрывая рот. – Такая красивая. Видела бы ты себя моими глазами. Ты идеальна. Я дурею от одного взгляда на твои губы…

Явно не выдержав возбуждения, он просто раскрывает мой рот коротким хлопком по щеке, его большой палец вероломно проникает внутрь моего рта. Его взгляд буквально кричит о том, что он намеревается повторить все тоже самое со своим членом. Не знаю почему, но приятное тепло и томительное возбуждение мгновенно оборачиваются ощущением пустоты. Я чувствую себя унизительно, когда он насильно трахает меня пальцем, явно демонстрируя демо-версию того, чего он хотел бы на самом деле.

Затолкать свой член в мои гланды, кончить без особых усилий со своей стороны. Выбор за мной. Кто я? Унитаз или женщина, недостойная подобного обращения? Или я совсем закрылась и стала скромной ханжой? Ведь в своих фантазиях, я позволяю своему выдуманному мужчине мечты творить с собой вещи гораздо хуже.

Недовольно зарычав, я закусываю костяшку его пальца, одновременно пытаясь оттолкнуть Стейна и высказать ему, что со мной так нельзя.

– Не стоит так со мной обращаться, – выдаю я, плотно смыкая губы, освободив свой рот от его настойчивого пальца.

Чувствую себя так, словно по моим границам проехались танком. Стерли их в порошок. Страшно представить, что было бы, если бы я вовремя его не услышала и пала перед ним ниц.

Из скромных Москвичек в Дубайские шлюхи – не уверена, что нуждаюсь в подобной трансформации.

– Прости, я буду с тобой мягче, детка, – Стейн явно меня не слышит и не понимает. В глазах мужчины простирается жуткая и пугающая меня пустота. При этом его губы твердят: – Иди ко мне, милая. Ты такая теплая, красивая, сладкая…

– У тебя нет презервативов? – включаю внутреннего «контроль-фрика», которому просто необходимо соблюдать все правила безопасного и порядочного секса. Мне нужно что-то придумать, чтобы свалить. Так, чтобы не потерять его интерес, но и не соглашаться на все, что он предлагает. – И все как-то…быстро. Я не готова. Ни к чему…с тобой. Сегодня, – удается выдавить мне, на что наглец закатывает глаза.