Тот действительно появляется:
Я всем царь
И государь.
Только здесь одна
Ослушалась меня.
Это, конечно, намек на Стеню. Вот только непонятно, в чем же она его ослушалась. В том, что не позволила себя съесть? Великан исчезает. Сергеев выходит из-за дерева и поет короткое, но решительное заключение:
Как? Нет, за что дать убить её?
Вторая картина — у Короля. Адъютант докладывает ему, что явился Сергеев по важному делу. Первоначально, как вспоминает Прокофьев, Сергеев должен был доложить Королю о Великане в следующих непринужденных выражениях:
Что это такое? Место здесь плохое.
Появился Великан к нам из незнакомых стран.
Но потом заметили, что докладывать королю в такой форме не совсем удобно. В окончательном варианте Сергеев поет это сам с собой в ожидании аудиенции. Выслушав Сергеева, Король решает послать против Великана вооруженный отряд во главе с Сергеевым и Егоровым. В это время под балконом дворца проходит Великан, который все это слышит. В заключении Король поет арию, выражая уверенность, что непрошенный гость будет уничтожен.
Третья картина. Снова лес. Сергеев и Егоров маршируют во главе отряда. Появляется Великан, и происходит бой. Великан бросается в самую гущу и, разметав солдат, стремительно исчезает. Сергеев с уцелевшими поспешно отступает, а на поле битвы остаются раненый Егоров и убитые солдаты. Музыка боя полна увлечения сражением. Для меня в ней угадываются отголоски средней части фаустовской Каватины Валентина: «Я в кровавой борьбе, в час сраженья, Клянусь, буду первым в первых рядах…». Егоров приходит в чувство и поет арию, в которой изливает свое возмущение Сергеевым, покинувшим его его раненым. Какой же это друг! Но тут же появляется Сергеев, который объясняет другу, что только тактическая необходимость заставила его так поступить.
Третий акт. Праздненство у Стени. Она пока одна, поет маленькое ариозо. Но раздаются звонки гостей. Начинается бал, в центре которого — большой вальс, тоже явный след «Фауста». В разгар праздника неожиданно появляется Король (!). Он растрепан, взлохмачен, в руке нож. Король поет, что больше не в силах бороться с Великаном, проклинает всех — и закалывается ножом. Все потрясены, но под конец прославляют Великана. Конец оперы.
Отец композитора Сергей Алексевич был крайне недоволен таким «революционным» финалом, поэтому предложил закончить оперу примирением короля с Великаном, но юный композитор отказался.
Однако в целом взрослые приняли оперу с бурным одобрением. Было решено переплести ноты в роскошную обложку с золотым тиснением.
Вскоре после этого мать Прокофева Мария Григорьевна заметила, что ее средства в музыкальном воспитании Сережи исчерпаны. Было решено показать его в Москве знаменитому композитору и педагогу С.И.Танееву.
Танеев просмотрел сочинения юного композитора, определив его большое музыкальное будущее. Особый восторг Сергея Ивановича вызвал как раз «Великан». Для более фундаментального образования Сережи Танеев рекомендовал своего ученика Р.М.Глиэра, который переселился в Сонцовку и стал для Прокофьева замечательным наставником и одновременно старшим другом.
Опера юного Прокофьева публикуется в собраниях его сочинений, правда, без обозначения опуса.
У нее есть и собственная сценическая судьба, да еще такая, какая выпадает на долю далеко не всех взрослых авторов.
Постановка Академии молодых певцов Мариинского театра
В 1991 году детская группа Московского музыкального театра Бориса Покровского осуществила спектакль «Играем в Сергея Прокофьева», этот спектакль включал сокращённый вариант оперы. В 2000 году композитор Владимир Сапожников создал свободную оркестровую версию оперы. Он изменил либретто — Великан на протяжении спектакля пугал детей, а когда побеждённый в бою король хотел заколоться, всё кончалось миром — все герои славили Великана. В 2000 году опера в этой версии была записана на фонограмму, а также поставлена в фойе «Новой оперы» к 110-летию композитора детским театром «Светофор» в режиссуре Ольги Минаичевой. Эта постановка оперы была представлена в Норвегии (Берген, 2001). Следующая постановка была осуществлена на Малой сцене Театра на Таганке (2002). В 2006 году в Бонне постановку приблизили к авторскому либретто. Сопровождал оперу небольшой оркестр (дирижёр Павел Брохин), хотя сопровождение в оригинале осуществляло фортепиано. В 2010 году в Михайловском театре состоялась премьера оперы в Санкт-Петербурге. Режиссёр-постановщик оперы — Аркадий Гевондов, дирижёр — Михаил Леонтьев, художник-постановщик — Елена Якименко. Опера входит в репертуар Академии молодых певцов Мариинского театра, исполняется в зале Прокофьева на Новой сцене театра. Музыкальной частью постановки руководит Лариса Гергиева, постановка Александра Маскалина.
Телевизионный документальный фильм о Прокофьеве режиссёра Андрея Некрасова «Блудный сын» (1991) содержит реконструкцию сцены премьеры оперы «Великан».
Надеюсь, мой рассказ о творении юного Прокофьева вызвал у вас добрую улыбку. Если так, я рад.
"В этот день было удобно плакать"
Это слова Мстислава Ростроповича, сказанные им после похорон С.С. Прокофьева.
Великого музыканта угораздило умереть в один день со Сталиным, более того — с разницей всего в 48 минут и по той же причине — кровоизлияние в мозг. Композитор скончался на 64-м году жизни около 9 часов вечера в своей квартире в Проезде Художественного театра (ныне Камергерский переулок). Карен Хачатурян, композитор, профессор Московской консерватории:
Игра судьбы. В 1948 году Прокофьева, Шостаковича, Мясковского и других композиторов громили и старались уничтожить. И вот Сталин будто забрал Прокофьева с собой.
Только близкие друзья композитора, которых оповестили по телефону, узнали тогда о его кончине. Маленький некролог появился в газете «Советская культура» лишь через две недели. Страна была занята другими, гораздо более «важными» похоронами. В связи с этим организация прощания с одним из величайших гениев XX столетия была связана с трудноразрешимыми проблемами
Прежде всего, невозможно было достать цветов — все их несли Сталину. Соседка Прокофьева срезала все свои комнатные растения. Друзья связались с одной подмосковной оранжереей и сказали, что хотят купить цветы для Сталина. Им продали примулы в горшочках.
Трудно было доставить гроб: на грузовой машине в центр никого бы не пустили. Посодействовал Т.Н.Хренников: он был членом ЦК и входил в комиссию по организации похорон Сталина. Он же помог доставить гроб с телом Прокофьева в Дом композиторов, где и состоялось прощание. Для этого Прокофьеву пришлось буквально «воспарить» над Москвой. О том, чтобы проехать на грузовике сквозь толпы народа и оцепление в центре, не шло и речи. Несколько альпинистов, организованных Хренниковым, пронесли гроб по крышам московских домов. Около двух километров они преодолели таким образом за пять часов.
6 марта, когда Прокофьева положили в узенькое полуподвальное помещение Дома композиторов, людское море уже хлынуло в Колонный зал. Проникнуть к месту прощания с великим музыкантом могли лишь немногие.
