я тебя поддержу. Просто не забывай…
– Не забуду, – киваю я и направляюсь к двери. – Пока загляну в кабинет Ольги и поговорю с ней.
Полина кивает и желает мне удачи. Что-что, а именно удачи, вместе с нервами и терпением мне не хватает. Стучусь в кабинет, Ольга уже на месте. Как бы рано я не приходила на работу, она всегда приходит раньше меня.
Захожу внутрь, набрав побольше воздуха, собираюсь с силами вывалить всё, что накопилось и резко останавливаю себя.
Ольга сидит в кабинете одна и плачет.
11
Натали
Первая моя реакция на слёзы начальницы: побег. Замираю, медленно двигаясь назад. Надеюсь, что Ольга меня не заметит, но она замечает.
– О, Натали, заходи, – она достаёт сухие салфетки и вытирает глаза, чем только сильнее размазывает тушь. – Чего хотела так рано?
Понимаю, что то, что я хотела – слишком жестоко говорить сейчас. Я ведь хотела рассказать, что мне всё это надоело, и я хочу уволиться. Оповестить, что начала искать работу.
Я всегда представляла Ольгу той ещё стервой. Сплетницей, манипуляторшей. Женщиной, которая использует других.
Но сейчас, когда я вижу её такой слабой, плачущей, я просто… не знаю, что делать, как реагировать. Нужна ли ей моя поддержка? Она всегда мне казалась сильной, стальной, непробиваемой.
– Не обращай внимания, – она отмахивается. – Так, житейские трудности.
– Расскажешь? – сдаюсь я, садясь напротив неё.
– А разве тебе это интересно? – отстранённо произносит она. – Или просто из вежливости спрашиваешь?
– Ну… мы же… подруги, – выдавливаю из себя.
Это ведь на самом деле ложь. Это Полина и Ольга больше подруги, чем мы с Ольгой. У Полины вообще уникальная способность дружить чуть ли не со всеми. Находить подход ко всем.
Ольга отмахивается. Теперь уже мне принципиально узнать, что случилось, поэтому сижу напротив неё, не моргая.
– Ладно, – сдаётся она. – Стриптизёр взбередил во мне старые раны.
Удивлённо поднимаю брови и прислушиваюсь. Всё-таки флиртовал с ней? Всё-таки проявлял интерес? Интересно, они переспали?
И почему мне интересно, если он мой бывший ?!
– Я видела, как он смотрел на тебя, – вздрагиваю, потому что такое услышать не была готова. – Ты буквально среди толпы девчонок была для него единственной. Да и ты как-то неоднозначно на него реагировала. И я решила помочь вам построить любовь. Плюс, когда мы с ним остались наедине, – напрягаюсь, надеясь услышать что-то, что докажет мне его ложь, – он вывел меня на откровение. Я вспомнила мужчину, за которого собиралась замуж, от которого забеременела, – по коже бегут мурашки, я догадываюсь, что она скажет дальше, – пришлось сделать аборт, а затем я узнала, что он мне изменяет. И с тех пор я бесплодна. Я так устала играть роль сильной леди.
«Фак» в том, что я неправильно воспринимала Ольгу. И второй «фак» в том, что Давид не врал. Нет, не факт, а английский фак.
Ольга казалась человеком, который лезет не в своё дело. Конечно, так это и осталось, но она искренне пыталась помочь. Всегда.
– Я вспомнила, что так хотела семью, любовь и счастье. Прости, если перегнула палку. Зря я тебя заставила сунуть ему денег. Ты ведь – не я. Ты ведь может быть действительно не хочешь никаких отношений и семьи, как в этом отчаянно нуждаюсь я.
– Никогда бы не подумала, что ты нуждаешься в отношениях, – честно говорю я. – Мне казалось, что ты… – пытаюсь подобрать нужное слово, а затем просто выдумываю его: – бабница. Ни во что мужчин не ставишь, просто их используешь.
Ольга печально улыбается.
– Так почему ты плачешь? – после нависшей неловкой паузы спрашиваю я. Уже начинаю ёрзать на стуле, понимая, что не смогу вывалить всё то, что хотела ей сказать.
– Есть мужчина, который мне нравится… – издалека начинает она, – и я тоже нравлюсь ему. Думала, будет на пару раз, но вчера вечером он мне написал и снова позвал на свидание. Не знаю, соглашаться или нет.
– Вы давно знакомы? – осторожно интересуюсь я.
Кажется, у меня скоро разовьётся паранойя.
– Несколько месяцев. И у нас было несколько крышесносных…
– А сама-то ты что хочешь? – перебиваю её я, потому что не хочу об этом слушать.
Про себя же выдыхаю. Давид действительно не врал. Моя подозрительность пыталась доказать мне, что это всё ложь, я не могу нравиться ему настолько, но…
– Как и многие девушки, – пожимает Ольга плечами. – Любви. Ладно, попробую дать себе шанс, – она делает паузу и глубоко вздыхает. – Извини, что я дала твой номер и адрес стриптизёру. Была пьяная, очень хотела сделать тебя счастливой. Сейчас я понимаю, какой ужас натворила: дала незнакомому человеку данные о тебе. Вдруг он маньяк?
– Зачем же думать о плохом? – вновь увиливаю я от ответа, и она усмехается. Помнит, значит, наш разговор. – Тем более, если он на такой работе работает, вряд ли бы его не поймали. Думаю, он нормальный. Просто больше, пожалуйста, не спасай меня. Я разберусь сама.
– Да, извини, пожалуйста. Как я могу загладить свою вину? – она делает паузу, а затем смотрит мне в глаза. – Зачем ты так рано решила ко мне зайти?
– Это уже неважно, – увиливаю я от ответа. – Хочешь загладить вину – дай тому мужчине шанс. Не думаю, что из-за предательства одного должны страдать остальные.
12
Натали
Я так и не смогла сказать Ольге, что начала искать работу. Мысленно успокоила себя, мне никто и не позвонит, и я просто вновь скрою своё резюме. Так я и проработала весь понедельник с этой мыслью, без доступа к сайту, где лежала моя обновлённая рабочая анкета.
Кроме того, факт, что Ольга не была злодейкой, а тоже являлась девушкой с тяжёлой судьбой, для меня стал настоящим шоком. Открытием. Просто не могла осознать и принять его.
Уже дома я всё-таки скрыла резюме и решила отложить поиски. Мне нужно было многое обдумать: уходить или остаться. И это касалось не только моей работы, от которой я устала за два года.
Букет немым укором напомнил мне, что я должна ответить своему бывшему, и я по-прежнему оставила сообщение непрочитанным. Я так и не могла понять, что
