Затем, открыв грузовую рампу, он, прихватив, так, на всякий случай, автомат, выбрался наружу. Кот выскочил следом.
От души побегав, попрыгав и немного постреляв по камням, Март убедился — техника работает идеально, подстроившись под пилота и очень чутко реагируя на мельчайшую моторику.
— Искин, уточни, каков принцип действия у БСК? Как у него так четко получается слушаться меня?
— Вычислитель соединен с периферией, считывающей импульсы нервной системы оператора.
— То есть он даже не на движения мои отвечает, а на команды мозга напрямую?
— Так точно. Также ЦВ обеспечен продвинутой системой прогнозирования и выстраивания оптимального маршрута, работающей в режиме реального времени. Отклик на новые вводные и корректировка не превышает одной милисекунды.
— А могу я, допустим, настроить машину так, чтобы она мгновенно при обнаружении цели сама поражала ее?
— Нет. Все действия совершает оператор. БСК является только дополнительным инструментом. Но ЦВ немедленно отобразит на экране визора появление угрозы и предложит варианты действий.
— Принято. Буду знать… Сигнал о помощи продолжает поступать?
— Непрерывно.
— Значит, мы едем к ним. Где Баканова?
— На борту.
Пилотское кресло явно не было рассчитано на то, что летчик будет облачен в БСК, поэтому пришлось снять броню, прежде чем сесть за штурвал.
— Что ты решил?
— Надо лететь. А ты выяснила про воду?
— Само совершенство, хоть делай линию розлива и продавай в категории суперпремиум.
— Ого, у тебя уже созрел бизнесплан?
— Не думаю, доставка выйдет золотой, — отмахнулась Роза, ее куда больше сейчас волновал другой вопрос, — Ты уверен, что нам это необходимо делать?
— Да, но сначала мы проведем небольшую разведку на местности.
— Что ты намерен делать?
— Скоро увидишь. Поехали. От винта! — поднимая в небо могучую машину, Март ощутил привычный восторг от того, как послушен его движениям «Буран». Поднимаясь, он заложил разворот в сторону створа и, подлетев на пару километров, постарался отыскать его глазами. Но ничего не заметил.
— Искин, подсвети координаты точки выхода из тоннеля.
И только когда навигатор дал подсказку, Вахрамеев не без труда смог разглядеть бледный, почти не читаемый на фоне синего неба абрис. Накануне он сиял, как новогодняя елка. И дело было не в темноте или солнечном свете. «Похоже на то, что энергии в нем нет почти. Мы наткнулись на пульсар? Кто бы мне подробнее эту тему разжевал… Надо будет у пиратов спросить, может, они чего знают…»
Заложив левый вираж, шаттл лег на новый курс. Прямо к маячку, настойчиво выдающему в эфир сигнал спасения.
— Искин, дай мне связь с их бортом.
— Выполнено.
— «Бродяга», говорит «Буран». Прием.
Ответ пришел почти мгновенно. И что удивило Марта больше всего, говорили с ним на чистом русском языке.
— Я «Бродяга». Прием. Рад тебя слышать, «Буран»!
— Что у тебя там стряслось? Какая помощь нужна?
— У нас повреждены батареи, на остатках энергии дотянули до места, посадили машину, теперь сидим, ждем у моря погоды.
— Хреново, — констатировал и без того очевидный факт Март.
— Слышь, братишка, — в голосе невидимого собеседника появились просительные нотки. — Нам бы пяток мегаватт-часов закинуть, чтобы мы могли дотянуть до своих…
— Если батареи повреждены, куда будем качать?
— Фишка в том, — горячо продолжил капитан наемников, обрадованный тем, что не отказали сразу, — что побили нам заряженные сегменты, а пустые остались целыми…
— Понятно. Резерва мне и самому в обрез. А вот весточку вашим могу перекинуть. Забрасывай мне свои координаты в привязке к створу, через который прилетели, дальше дело техники.
— И на том спасибо, — разочарованно вздохнул собеседник. — А ты сам «Буран» как на этот осколок угодил?
— Нашел новый пульсар.
— Да ладно! Везет некоторым… Только учти, что мы не просто так повреждения получили. До нас имперский штурмовик докопался как пьяный до радио, спой да спой. Короче, требовал посадить борт для проведения досмотра.
— С чего бы это вдруг?
— Говорят, зона объявлена закрытой. Проверка на предмет запрещенки и контрабанды.
— А вы что?
— Естественно, послали его к херам.
— И он обиделся…
— Если бы! Нет тут все сразу по-взрослому. Отстрелялся ракетами без предупреждений и уговоров. Повезло, что были мы далеко от них. Успели уклониться и зайти в неизвестный им створ, но перед самым нырком в тоннель нам прилетело в корму. Это я все к чему? Через тот проход, которым мы зашли, тебе лезть не стоит. Черные также остановят. И поминай, как звали.
— Выходит, они рейдерам войну объявили?
— Да между нами мира никогда не было. Но раньше хоть каких-то понятий придерживались, а в этот раз они что-то сразу беспределить начали
— Со мной примерно такая же история. Вышел из створа, и двое черных накинулись с разных сторон.
— И ты ушел?
— Повезло.
— Дела, брат… Похоже, дойчи за наших решили взяться всерьез… Может вместе пойдем? Вдвоем всяко шансов больше будет…
— Предлагаешь объединиться?
— Временно. На одну миссию. Выберемся из этой передряги и разойдемся, как в море корабли, каждый в свою сторону.
— А если ты меня в ловушку заманиваешь, чтобы мой кораблик захватить, да на нем улететь?
— Так ведь и ты можешь нас кинуть в легкую.
— Ну, то не я на всю ивановскую семафорю…
— Тоже верно. Так и чего решать будем, или один пустой базар выйдет?
— Ну раз такой пошел разговор. То вот мои предложения тебе, «Бродяга». Первое. Закидывай прямо сейчас карту створа и своего местоположения. И дальше координаты других тоннелей до мира, где ваши часто бывают. Инфу я доставлю в любом раскладе.
— Нормальный ход. Высылаю. Дальше что?
— У тебя какие батареи побило?
— Основные.
— А подвесные кей-баты имеются?
— Как не быть?
— Целые или их тоже побило?
— Эти в порядке, но «сухие».
— Тогда вот чего. У меня подвесные запитаны под завязку. Могу с тобой одним блоком махнуться. Но учти, сначала я проверю, чтобы емкость и ресурс был в норме.
— Принимается. А ты, как посмотрю, деловой… — с ноткой уважения в голосе отозвался капитан «Бродяги».
— Уж, какой есть.
— Коли так, давай и поговорим по-деловому. Озвучивай, что ты хочешь за свою помощь?
«Вот и пошла самая мякотка. Сейчас главное не напортачить…»
Март взял короткую паузу, лихорадочно соображая, какие условия выкатить. «Помогу по-братски, а после сочтемся», — явно не годилось в таких раскладах. Матерые наемники просто не поняли бы, предложи он, рискуя своей головой, выручить их без всякой оплаты и личной выгоды. Человек всегда судит о других по себе, что называется, в меру собственной испорченности.
Богатый жизненный опыт подсказывал, что лучше быть готовым к любому развитию событий. Куда проще отнять шаттл, а его самого пустить в расход, чем отдавать «нажитое непосильным трудом». Дикий мир, в котором закон — тайга, медведь — прокурор подталкивал к жестким решениям. Надеяться на ответную благодарность пиратов точно не стоило.
Знаний об этой стороне жизни у него было до смешного мало, но здравый смысл предполагал, что дешевить нельзя. Разумнее играть от высоких ставок. Откатить, сбавить цифру всегда успеется. Пусть лучше сочтут жадным, чем простецом без крепкой хватки.
— Думаю, десять процентов от рыночной стоимости «Бродяги» будет справедливой ценой за все дела.
Он понимал, что требование это трудно реализуемо. Но раз пошел такой разговор, следовало качать ситуацию до упора. Больше всего Вахрамеева в данный момент интересовали координаты небесных тоннелей. К ним он и решил выруливать.
— Да ты охерел!
— Не хочешь, как хочешь!
— Погоди, я не то хотел сказать. Понимаешь, нет у меня таких денег сейчас… Разве что могу расписку дать, в долг.
— Этот вариант меня не устраивает, — жестко отозвался Март. — Давай, еще думай, чем рассчитываться будешь здесь и сейчас.
