Пусть она потерпела фиаско как дочь, пусть провалились ее планы сделать себе имя в мире моды, пусть она неудачно влюбилась, но она не собиралась быть никчемной матерью! И в этой своей решимости была непоколебимо тверда.
— Если твой Нед не испытывает недостатка в деньгах, у него, должно быть, хорошая работа, — заметила Джина, явно неравнодушная к финансовым вопросам. Она разрабатывала бюджет на каждый случай жизни.
— У него свое дело, — объяснила Дороти.
— А чем он занимается? — не отставала Джина.
Дороти вздохнула и постаралась удовлетворить естественное любопытство соседки.
— В основном старинной мебелью. Он реставрирует антиквариат, сам делает всякие буфеты, восстанавливает детали. У него неплохо получается. Особенно полировка.
Лакировщик действительности, подумала Дороти. Как, впрочем, и она, с ее подгонкой и моделированием одежды. Они так подходили друг другу. Даже профессии их были в чем-то сходны.
А как хочется поверить в превращение Неда! Может быть, стоит рискнуть собственным спокойствием и дать ему шанс, коль скоро он так упорствует? Розы настойчиво напоминали Дороти о чувственности бывшего любовника. Их захватывающая близость! О ней она никогда не забывала. Трейси угадала — ее ночи теперь были очень одинокими.
— Хотелось бы мне, чтобы мой муж умел работать руками! — с сожалением воскликнула Джина. — Он даже не может заменить водопроводный кран!
— Ты ведь можешь вызвать слесаря. А любящего и преданного отца нанять невозможно, — заметила Дороти.
Нет, нужно быть очень и очень острожной, учитывая, куда могут завести ее отношения с Недом, если она поддастся своей слабости. Им не избежать множества прерванных Джоанной ночей. И тогда стоны и причитания Неда будут звучать отнюдь не музыкой для ее ушей.
— Дай ему время почувствовать себя отцом, — посоветовала Лесли. — Джоанна похожа на него?
— Не очень…
Она взглянула на дочь. Ее белокурые волосы, возможно, от Неда. Конечно, теперь его уже нельзя было назвать белокурым, но в детстве у него, должно быть, были светлые волосы. Мать Дороти говорила ей, что она родилась черноволосой, так что в этом Джоанна на нее не походила. В любом случае Дороти была уверена, что Нед не искал в Джоанне своих черт. Она была для него просто ребенком.
— Похожа она на него или нет, но дети всегда знают, как завоевать сердце отца, — заметила Джина, которая даже представить себе не могла иного хода событий. — Нед бы не предложил тебе выйти за него, если бы был к ней равнодушен.
Да, его предложение было полной неожиданностью. Возможно, это показалось ему единственным выходом из ситуации, размышляла Дороти. Сыграло свою роль чувство вины, желание загладить ее. А впоследствии не пожалеет ли Нед об этом импульсивном поступке?..
— Это всего лишь минутный порыв, — сказала Дороти, бросая невеселый взгляд на свидетельство добрых намерений Неда и стараясь подавить маленькую надежду, уже шевелящуюся в ней.
Джина не обратила внимания на последние слова.
— Взгляни на это с другой стороны! Если у него достаточно денег, ты всегда сможешь нанять няньку, чтобы не быть вечно прикованной к ребенку.
Няня для ребенка! Джина попала в точку, подумала Дороти. Возможно, именно так и поступил бы Нед, чтобы избежать хлопот с Джоанной. Ну что ж, если он попытается разлучить ее с малышкой, то сразу и без труда избавится от головной боли, связанной с отцовством. Няня неприемлема для моего ребенка, решила Дороти.
Джоанна икнула. Дороти приподняла ее и, нежно поглаживая по спинке, помогла срыгнуть. Никакая нянька не покормит ее малышку так, как умеет она! Судя по всему, Неду предстоит поменять свои представления о материнстве, да и отцовстве, если он действительно хочет жениться на ней. Дороти будет согласна только на комплексную сделку.
Если Нед сегодня придет… Она взглянула на розы. Когда он сегодня придет, ей нужно будет кое-что выяснить. Ему бы лучше прийти сегодня, если он хочет доказать искренность своих намерений. Трейси вечером обещала забрать ее домой, и Дороти не собиралась в ожидании болтаться здесь на крючке туманной надежды.
Джоанна срыгнула опять и принялась тыкаться носиком в плечо, ища добавки. Дороти приложила ее ко второй груди и поудобнее откинулась на подушки, предоставляя своей девочке возможность полностью насытиться. Если Нед Шеннон считает, что, войдя в их жизнь, будет делать то, что ему заблагорассудится, его ожидает большое разочарование.
Нед влетел в палату двумя часами позже, излучая добродушие и таща на себе гору новых подарков. У Дороти заметно участился пульс. Нед всегда возбуждал ее. Она вдруг почувствовала себя неловко в практичной хлопчатобумажной ночной рубашке с отстегивающимся клапаном для грудного кормления. О какой сексуальности может сейчас идти речь? В данной ситуации это вообще абсурдно.
— Боюсь, этой тележки для ленча не хватит, — изрек он, победно ухмыляясь, и принялся выгружать на передвижной столик свертки и доставать их содержимое. — Я принес тебе густой шоколадный коктейль и эти рулеты, которые ты так любишь, — один с беконом, а другой с цыпленком и фисташками, — твой обожаемый салат и свежую клубнику на десерт. Наслаждайся! — приказал Нед, устанавливая полный поднос поперек ее кровати, чтобы облегчить доступ к яствам.
Дороти воззрилась на него с изумлением — и не из-за того, что он помнит ее любимые лакомства, а потому, что дал себе труд принести их сюда.
— Не забывай, что нас здесь кормят, — неуверенно протянула Дороти, борясь с соблазном.
— Тебе нужны деликатесы, возбуждающие аппетит, а не продукция плохой больничной кухни, — горячо настаивал он. — Кроме того, здесь нет ничего, что повредило бы ребенку. Я узнавал. Поэтому можешь есть с чистой совестью.
Нед казался таким уверенным и преисполненным симпатии, а его зеленые глаза просто лучились жизнелюбием. Как несправедливо, что он до сих пор имеет над ней власть, ослепляя своей энергией, разжигая огонь желания непреодолимой сексуальной притягательностью. Во что бы то ни стало необходимо сохранить ясность рассудка и твердость сердца! Его слова проникли наконец сквозь пелену зачарованности, которую Дороти давно пора было бы преодолеть.
— Ты узнавал, что может повредить малышке? — недоверчиво поинтересовалась она.
— Никакие отговорки не принимаются, Дороти. Ешь! Ты выглядишь усталой и похудевшей, а это никуда не годится. Тебе сейчас потребуется вся энергия, чтобы справиться с этим существом.
Все эти высказывания звучали слишком авторитетно и слишком добродетельно для человека, который и слышать не желал о детях.
