Читаем без скачивания Охота на «Икара» - Тимоти Зан

Теперь надо было придумать, как бы так избавиться от «жучка», чтобы его неподвижность не выдала меня с головой, что неминуемо произойдет, если я просто выброшу его в ближайшую урну. К счастью, удобный случай сам шел мне навстречу. Невысокий бункр, одетый в одну из тех блестящих летных курток, что всегда напоминают мне о праздниках возрождения Элвиса, быстро лавировал в толпе. Секунды через три наши с ним траектории должны были пересечься. Я подстроил шаг, сделал вид, что зазевался, глазея по сторонам, и на полном ходу налетел на прохожего.

— Простите. — Я поддержал бункра за плечи, чтобы помочь удержать равновесие, поправил ему воротник там, куда врезался плечом, и одновременно выудил из кармана монету в пять коммерц-марок. — Вся вина лежит на мне и только на мне, — произнес я традиционную формулу бункров, протягивая ему монету. — Пусть еда или питье за счет моих кровно заработанных денег хоть немного возместят тебе причиненные неудобства.

Он схватил монету, пробурчал положенную ерунду в знак того, что извинения приняты, после чего поспешно двинулся дальше, скорректировав свой прежний курс в сторону трактира. Пять марок — это было примерно в десять раз больше, чем заслуживало подобное недоразумение, и он явно торопился истратить нежданно привалившее богатство, пока растяпа— человек не спохватился и не потребовал сдачи.

Если повезет, увлекшись кутежом, бункр и не заметит скромный дар, который я оставил ему, когда поправлял воротник. Я дал ему метров десять форы и пошел следом.

Комплекс общественного питания раскинулся метрах в тридцати от ворот, если двигаться по главному эму проезду. Он мало чем отличался от обычных ихмиситских кабаков, разве что был в несколько раз е, а цены там — значительно выше. Я пересек многолюдный обеденный зал, прошел мимо ряда отдельных кабинок прямо к двери с надписью «Посторонним вход цен» и очутился в подсобных помещениях.

Как я и ожидал, в подсобках никого не оказалось, весь персонал был занят в зале, обслуживая многочисленных утренних посетителей. Я прошел к служебной к двери, по пути стянув с себя куртку и снова вывернув изнанку. На этой стороне кармашка для пропуска на воротнике не было, но я воткнул карточку, которая за была вывести меня к «Икару», между клапаном ого кармана и молнией, чтобы датчики могли прочитать код. Экипировавшись таким образом, я отпер служебную дверь, вышел и направился к ближайшей дорожке движущегося тротуара. Сейчас узнаем, чего стоит бдительность ихмисов и насколько сильно они хотят меня выследить.

К моему тихому удивлению, не так уж они и хотели. Если б бы мной серьезно заинтересовались, то вдобавок к «жучку» приставили бы ко мне и топтуна. Но прыгая эго движущегося тротуара на другой по подсказке ей, я так и не заметил, хотя очень старался, чтобы кто-то пытался повторить мой танец. Или моя пробежка через трактир и трюк с переодеванием сбили их со следа или филер был приставлен чисто символически, порядка. Но могло быть и так, что у них не было особых причин следить за мной, потому что они попросту не подозревали о существовании «Икара».

Или они уже давно знали все об «Икаре» и поджидали меня там, а вся эта инсценировка — лишь способ, который избрали ихмисы, чтобы любезно предложить мне веревку и мыло. Потрясающе жизнерадостная мысль, особенно в шесть часов утра.

Я выписывал круги, разъезжая на движущихся дорожках, и уже проклинал всех ихмисов, вместе взятых, когда желтый огонек указателя, бегущий впереди меня, наконец-то превратился в розовый. Это означало — я прибыл на место. Настороженно оглядевшись по сторонам напоследок, я спрыгнул с дорожки, обогнул корму тринкианского фрахтовика и наконец вышел к «Икару».

Что я испытал горькое разочарование с первого взгляда — это еще мягко сказано. Корабль не имел решительно никакого сходства ни с чем, что мне доводилось видеть. Никакого сходства ни с чем, что я мог бы себе вообразить, если б у меня вдруг разыгралась фантазия. Никакого сходства вообще ни с чем, что способно хоть как-то летать.

Носовой отсек «Икара» был более или менее стандартных очертаний, с непременным рассекателем гиперпространства, вмонтированным в сенсорно— конденсаторную установку носового конуса. Но на этом сходство с общепринятыми конструкциями космических кораблей и заканчивалось. Носовой конус лепился к большой сфере добрых сорока метров в диаметре, покрытой такими же темно— серыми пластинами корпусной брони, что и нос корабля. По поверхности сферы были рассредоточены маневровые сопла, которые соединялись с досветовым двигателем системой труб и кабелей, идущих в узком зазоре между внешним и внутренним корпусом. К большой сфере со стороны кормы примыкала сфера поменьше, метров двенадцати в поперечнике. В месте их соединения корпус плавно сужался, образуя нечто вроде седловины. Корма выглядела так, будто строители, спохватившись в последнюю минуту, кое— как присобачили к ней маршевый двигатель и машинное отделение, снятые со старой кронсковской камнедробилки, притом самой паршивой. По поверхности меньшей сферы переходной тоннель, который соединял машинное отделение с большей сферой. Примерно посередине тоннеля наблюдался люк, в данный момент — задраенный. Прямо над входом была пришпандорена пара прожекторов. От люка на землю спускался раздвижной трап метров десяти в длину. На перилах, у основания лестницы, были клавиши кодового электронного замка. Кормовой отсек подпирали посадочные опоры, но вздутие большой сферы все равно задирало нос корабля градусов на десять.

Все сооружение в целом напоминало не то лежащую старинную ракету, корпус которой в вакууме вдруг потерял, целостность и вздулся в двух местах, не то загадочное металлическое животное, беременное близнецами, один из которых определенно родится карликом. Я и не ожидал увидеть нечто роскошное и впечатляющее, но это сооружение было просто смехотворно.

— Будто эту штуку только что собрала компания недоученных шимпанзе, верно? — раздался жизнерадостный голос у меня под боком.

Я обернулся и обнаружил, что ко мне присоединился . среднего роста лет этак тридцати с небольшим, обладатель курчавой шевелюры с выкрашенными в синий цвет прядями. Он таращился на «Икар» со смесью удивления и недоверия.

— Точно подмечено, — одобрил я, снял с плеча сумку составил ее на землю у своих ног. — Причем один Шимпанзе сперва пролил кофе на инструкцию по сборке.

Он усмехнулся и поставил свою сумку рядом с моей.

— Похоже, мы с тобой раскусили— таки на двоих суть происходящего. Ты летишь с нами?

— Мне так сказали, — ответил я. — Джордан Маккелл, пилот и навигатор.

— Джегер Джонс, механик, — представился он, протягивая руку для пожатия. — Гильдия механиков Боскора.

— Хорошая контора, — сказал я, пожимая руку. У него была хорошая, крепкая хватка, какая и должна быть у корабельного механика. — Долго ты тут ждешь?

— Не, всего минуту— другую. Хотя я порядком удивился, когда обнаружил, что пришел первым. Из того, что говорил Бородин вчера вечером, я думал, он придет, как только откроют ворота. Но люк задраен, и никто не ответил, когда я позвонил.

Я шагнул вперед и нажал кнопку «открыть» на кодовой панели. Раздался негромкий гудок — и только.

— Ты проверял, нет ли других люков? — спросил я.

— Нет еще. Я сперва обошел нос того тринка, чтобы посмотреть, не идет ли Бородин, но там его не видно. Хочешь, я обойду корабль, посмотрю, что там — с другой стороны?

— Нет, я сам это сделаю, — сказал я. — А ты жди тут на случай, если Бородин все— таки объявится.

Я направился вдоль борта к корме, обогнул оставшуюся часть малой сферы, пошел мимо двигательного отсека. Вблизи некоторые листы корпусной брони выглядели так, словно их действительно пришпандорили упомянутые Джонсом шимпанзе— недоучки. Но, несмотря на косметические изъяны, броня на вид казалась достаточно надежной. Я обогнул дюзы, которые были смонтированы куда более профессионально, чем корпусная броня, и продолжил свой осмотр, направляясь к носу по правому борту.

Я уже прошел полпути к малой сфере, когда заметил пару отверстий в броне двигательного отсека. Дырочки были примерно сантиметр в диаметре и находились на расстоянии сантиметров тридцати друг от друга. Сунув палец, я выяснил, что они уходят на два сантиметра в глубину и на пять вниз. Это сильно напоминало рымы страховочных лееров, только вот я сроду не видел, они располагались на таком близком расстоянии от друга. Прищурившись в лучах восходящего солнца, я разглядел еще четыре пары таких прорезей. Они шли вертикально до самого верха двигательного отсека.

Я так и не понял, зачем бы могли понадобиться пазы для страховочных лееров в этой части корпуса. Но учитывая насколько ни на что не похожа была вся конструкция корабля, я решил, что не стоит слишком долго голову над загадкой каких-то рымов. В бортовом компьютере должны быть все технические описания, будет заглянуть туда после старта и разобраться, чему.