Читаем без скачивания Дамы любят погорячее - Светлана Алешина

— А вскрытие уже было? — спросила я.

— Да, было…

— Ну и что врачи говорят? Отчего он умер?

— А они ничего не говорят! Сказали, чтобы в понедельник я приехала утром, у них там вопросы какие-то или что-то в этом роде… Я толком, честно признаться, и не поняла.

— Ладно, в понедельник выяснишь.

— Да уж, — пробормотала Марина.

В дверь снова позвонили, и на этот раз это оказались Игоревы друзья. Едва они вошли в комнату — человека четыре, — я предпочла ретироваться.

Дальнейшие события этих выходных мало что могут прибавить к рассказываемой мной истории, а потому я их, наверное, пропущу. Скажу лишь только, что я готовилась к предстоящему отпуску, Марина готовилась к похоронам, тетка продолжала терроризировать Марину, друзья выражали ей сочувствие, а муж подозрительно за мной наблюдал: видимо, опасался, что я все-таки, каким-то фантастическим образом, найду способ вляпаться в это дело. Впрочем, пока вроде и вляпываться-то было не во что. Ни о результатах экспертизы, ни о результатах самого вскрытия мы пока ничего не знали.

Эти два дня заполнились неспешными делами, они были такими тихими, что невольно напоминали затишье перед грозой, и чем ближе становился понедельник, тем сильнее так казалось.

Утром в понедельник Марина должна была поехать в морг. И вот тут-то все и началось.

Марина должна была явиться туда в девять утра, хотя похороны были назначены только на два часа дня. Меня это обстоятельство несколько встревожило. Но у меня и у самой оставались дела на работе, а потому, побывав у своей новой подруги накануне, я с утра отправилась на работу, чтобы продолжать готовить кассеты с записью передач, планируемых даваться в повторе. Так что о том, что именно выяснилось при вскрытии, я узнала гораздо позже, только в пять вечера, когда, возвращаясь с работы и попрощавшись с моими коллегами на месяц, я решила зайти к Марине.

Она открыла мне дверь тотчас, и я сразу поняла, что стряслось что-то из ряда вон выходящее.

— Привет, — сказала я. — Что случилось?

— Проходи, — как-то не совсем естественным голосом пригласила Марина.

— Марина, — нахмурилась я, пройдя в комнату, — да что с тобой? Что, тетка что-нибудь на похоронах отчебучила?

— И тетка тоже, — вздохнула Марина. Она достала пачку «Voog» и, выудив из нее тонкую сигаретку, прикурила.

— Я и не знала, что ты куришь, — заметила я, подозрительно глядя на Марину.

— Редко, — виновато произнесла она.

— Марина, да что с тобой? Давай, расскажи, в чем дело! И тебе полегче станет, да и я, может, немного успокоюсь.

— Это вряд ли, — невесело усмехнулась Марина, испытывая мое терпение.

— По крайней мере, я точно буду знать, почему ты такая, — нетерпеливо подгоняла я.

Марина, не докурив и до половины, затушила сигарету и, вздохнув, глянула на меня, потом отвела глаза и наконец заговорила:

— Начну с утра. В девять я приехала в морг, и тут выяснилось, что, конечно же, Игорь умер вовсе не от инфаркта, а, как показало вскрытие и экспертиза, он был отравлен…

— Да ты что? — ахнула я. Конечно, я предполагала что-то подобное, но все равно слышать это было не так уж приятно.

— Представь себе, — горько подтвердила Марина. — Оказывается, отравили его каким-то ядом, который вообще никаких следов в организме человека не оставляет, но эти, как их… симптомы, очень смахивают на сердечный приступ. Понимаешь? — взглянула она на меня.

— Да, — кивнула я. Хоть Марина и не очень ясно выражала свои мысли, но я тут же поняла, о каких симптомах идет речь. — Подожди, — засомневалась я, — если этот самый яд никаких следов в организме не оставляет, откуда же они взяли, что Игорь был отравлен?

— Из пузырька, — уныло ответила Марина.

— Да ты что?! — воскликнула я. — Из того самого?

— Из него… — нехотя подтвердила она.

— Ну и дела… — пробормотала я, не зная, что говорят в подобных случаях.

— Так что теперь я получаюсь главной подозреваемой, — обреченно добавила Марина немного погодя.

— Но если ты — главная подозреваемая, — недоумевала я, — то, извини, почему ты дома?

— Я дала подписку о невыезде, а также обещала, что явлюсь в отделение завтра в восемь ноль-ноль.

— А что, теперь такое возможно? — удивилась я.

— Возможно, — хмыкнула Марина, — правда, не бесплатно. Я должна была поехать на похороны…

— Так ты там была? — осторожно спросила я.

Марина кивнула в ответ.

— И что, как себя вела тетушка?

— Лучше не спрашивай, мне было так стыдно. — Марина вздохнула. — Хорошо, что я успела попрощаться с Игорем раньше…

— Ну, так, значит, в пузырьке был обнаружен яд. — Я решила, что это сейчас более безопасная тема. Марина опять кивнула. — Хорошо, но каким образом им удалось установить, что именно этим ядом Игоря и отравили?

— Ира, ну откуда я знаю? — воскликнула Марина. Я помолчала, а она предположила:

— Наверное, они сделали анализ и узнали, что именно этот яд не оставляет следов в организме… Как же еще?

— Да, но с чего они решили, что именно ты его отравила? Я чего-то недопонимаю…

— Дело в том, как мне сказали, — со вздохом принялась объяснять Марина, — что этим ядом можно воспользоваться только вместе с едой, понимаешь? То есть Игорю это подлили в какое-то блюдо. Причем, насколько я поняла, сделано это было за сутки до его смерти, не раньше.

— Это значит, что в последние сутки своей жизни он и был кем-то отравлен?

— Да, точнее врачи ничего сказать не могут, ну, там, отравили его за два часа до смерти или за двадцать два. Тут, сказали, все зависит от дозы… И так нагло спрашивают меня, какую дозу вы ему подмешали?.. Со мной чуть истерика не случилась. Но это еще не все, — вздохнув, произнесла Марина. — Тетка закатила такой скандал, что я сбежала с кладбища. Она заявила, что я убийца, ну и так далее.

— Марина… — осторожно проговорила я, — все равно не понимаю, почему тебя не задержали… Они ведь обязаны…

— Говорю же, я им заплатила. И потом, я позвонила одному другу Игоря, прочие-то вряд ли после сегодняшнего станут со мной общаться, а Степан, он хороший, главное, он мне верит, что это не я… — Она пристально посмотрела на меня. — Ира, а ты мне веришь? Скажи…

— Не вопрос, — покачала я головой. — Конечно, верю.

— Хорошо, — вздохнула Марина. — Значит, я смогу на тебя рассчитывать, если что?

— Безусловно, — подтвердила я и пожала Марине руку.

— Вот, только ты и Степка у меня и остались… — Марина невесело улыбнулась. — Он адвокат, он и помог до завтрашнего дня получить отгул и пообещал, что потом вытащит меня под залог — до суда, если он, конечно, состоится. И вот тут, Ира, — глаза у Марины как-то странно заблестели, — у меня к тебе есть одна просьба, если… Если ты, конечно, веришь в то, что я Игоря не травила… — Марина, — покачала я головой, — ты что, хочешь, чтобы я родной матерью поклялась?

— Нет-нет, — слегка испуганно произнесла Марина. — Ира, — набралась она духу, — ты не могла бы встретиться с теткой? Я знаю, что накануне, в четверг, Игорь обедал с ней и ее дочерью в «Прометее». Знаешь, где это? — Я кивнула. — Вот, обед был, кажется, в два часа дня. Это не к тому, что я ее подозреваю, а к тому, что если не я, то кто-то же его отравил. И этот кто-то с ним обедал…

— Что ж, я могла бы, — после некоторого размышления ответила я.

— Правда? Значит, ты мне правда веришь? — Глаза у Марины заблестели ярче. Я снова кивнула в подтверждение, и Марина буквально кинулась мне на шею.

— Марин, но я ведь только пообещала встретиться с теткой… — несколько растерявшись от такого бурного проявления чувств, пробормотала я.

— Нет, не только, — откликнулась Марина, отстраняясь от меня, — ты дала мне почувствовать, что веришь в меня… а это для меня сейчас очень важно…

— Ну, хорошо. — Я вздохнула, похлопав ее по руке. — Телефон у меня есть, но встречусь я с ней только завтра, хорошо?

— Конечно, — легко согласилась Марина. — Надеюсь, что тебе она не откажет, ты ведь местная знаменитость. — Она улыбнулась.

— Да, но мне кажется, — добавила я задумчиво, — тебе все же следует поделиться своими соображениями и с милицией…

— Какими? — улыбнулась Марина. — Тем, что ты — местная знаменитость?

— Нет, — я не отреагировала на шутку, — тем, что тетя Игоря сама может иметь непосредственное отношение к его отравлению, чем, возможно, и вызвана ее бурная реакция и желание все свалить на тебя.

— Хорошо, может, я им это и скажу, — проговорила Марина, — но только сначала посоветуюсь со Степкой.

— А ты ему доверяешь?

— Как тебе!

— Отлично, — усмехнулась я.

Мы еще немного посидели, а потом я вернулась к себе. Было над чем призадуматься… Когда вернулся муж, я отчего-то почувствовала себя несколько виноватой, хотя разве согласие встретиться с тетушкой и составить о ней определенное мнение может быть классифицировано как вмешательство в это запутанное дело? Мне казалось, ничуть не бывало, но вот мужу говорить о предстоящей встрече и об обещании Марине я почему-то не решилась. Неужели я все-таки уже влезла в это дело? Нет, не может этого быть!