По окончании сезона в парке Майк на несколько месяцев остался не у дел; жить пришлось впроголодь, а случайная работа, что ему удавалось подыскать, отнимала последние силы.
С приходом весны Майк вернулся на ярмарку, в одиночку управляясь в своем тире. Пару раз, когда по причине сильного подпития фокусник не в состоянии был появиться на сцене, Майк показывал фокусы вместо него. Фокусник был ливанцем, и, общаясь с ним, Майк научился немного говорить по-арабски. В шестнадцать лет у него уже была самая настоящая, серьезная работа, как у взрослого. С него и спрашивали за нее, как со взрослого. В то время Майк говорил всем, что ему уже двадцать четыре года.
Прекрасно сознавая, что связывать свое будущее с ярмарочным балаганом глупо, он стал целеустремленно расширять круг деловых знакомств. Результатом чего и стала работа в местной ежедневной газете. Там ему платили даже немного больше того, что было необходимо на комнату и еду. К тому же Майк еще подрабатывал в типографии, где платили сдельно. Семь месяцев ему пришлось подметать полы, отвечать на телефонные звонки, разносить заказы — словом, делать все, что от него могло потребоваться. В свободное же время он увлекся чтением.
Майк зачастил в городскую библиотеку, а время от времени наведывался и в магазинчик, торговавший подержанными книгами. Он стремился восполнить пробелы в своих знаниях. К концу третьего месяца Майк уже начал пописывать кое-что для газеты и даже продал несколько удачно составленных рекламных объявлений. А к концу пятого месяца его ждало небольшое повышение по службе.
Тогда времени на «светскую жизнь» у него почти не оставалось. Поговорить он мог разве что с официантками в тех закусочных, где обедал, со своим начальником да еще с печатником в типографии. Потом у Майка появился новый знакомый, который не имел никакого отношения к его работе. Им стал бывший миссионер, который проводил в местном колледже занятия по изучению Библии. Профессор некоторое время жил в Дамаске и знал арабский. Они с Майком часто болтали по-арабски, и вскоре Майк научился довольно прилично говорить на этом языке. Несколько раз он приходил в колледж, на уроки, что проводил его друг. Благодаря этому, наряду с познанием Библии, он узнал и о Святых Землях.
Майк начал было ухаживать за одной местной девушкой, но ее родители отнеслись к этому крайне неодобрительно. Да и кем он был тогда, в конце-то концов, как не бездомным бродягой? Короче говоря, ее родители сделали все, чтобы раз и навсегда положить конец этому знакомству. Майк стерпел и эту обиду. Но долго чувствовал себя глубоко несчастным, будучи уверенным, что с ним обошлись крайне несправедливо.
Между тем жизнь шла своим чередом. Он работал на лесопилке, смог удачно продать в газету свою статью о ярмарочных карнавалах, а потом еще одну заметку — об оленях — в какой-то природоведческий журнал. Потом Майк снова вернулся к работе в небольшой местной газетенке и, когда редактор, он же издатель, заболел, самостоятельно управлялся со всеми делами до полного его выздоровления. Неожиданные изменения в его карьере произошли, когда редактор после болезни снова вернулся к работе.
Несколькими днями раньше в их городок приехал какой-то человек, объявивший, что обладает способностью общаться с душами умерших. В доказательство своих слов он в присутствии многих горожан якобы получал послания от их давно умерших родственников, которые наряду с советами давали покинутым любимым также рекомендации, как и во что им следует вкладывать деньги.
И вот в один прекрасный день Мельбурн вызвал его к себе в кабинет.
— Послушай Майк, ты ведь, кажется, работал в шоу, где показывали фокусы? — спросил он.
— Ну да, приходилось, — не понимая, к чему он клонит, ответил Майк.
— Ты слышал о медиуме, что недавно приехал в город? Как думаешь, он в самом деле может что-то такое или просто водит нас за нос?
— Он проходимец, — решительно сказал Майк. — Это старо как мир. Во время выступлений в цирке мы тоже иногда прибегали к таким приемам, чтобы читать послания якобы с того света.
— Я хочу, Майк, чтобы ты вывел его на чистую воду. Потом напишешь об этом статью. А то он тут объявил старой миссис Маккена, будто душа ее умершего мужа открыла ему истину и указала, во что старушка должна вложить свои сбережения.
— Вы хотите, чтобы я побывал у него на сеансе? — спросил Майк.
— Да. Посмотри, что и как. Напиши об этом статью, А мы запродадим ее через агентство.
Майк вывел шарлатана на чистую воду, а после того как статья была закончена, написал еще одну заметку — о доме с привидениями. Вот так, совершенно случайно, он нашел себя. После этого солидный, издаваемый по всей стране журнал заказал ему серию статей все о тех же так называемых домах с привидениями. За этой серией последовала еще одна, посвященная знаменитым фокусникам. Затем была поездка на Гаити и его книга о вуду — местных знахарях и шаманах, — написанная по возвращении домой и ставшая бестселлером. После такого успеха Майк предпринял ряд путешествий в отдаленные, загадочные места. Своими глазами он видел гробницу Тин-Хинан в Сахаре, Пещеры Тысячи Будд и сказочный остров Сокотра. Большую часть года он провел в горах Тибета.
Всего за год Майк стал знаменитостью с мировым именем. Он усердно изучал историю, выискивая сведения о невероятных событиях. Принимался за расследование явлений, на которые закрывали глаза ученые. При этом, будучи по натуре убежденным скептиком, Майк никогда ничего до конца не отрицал. Обнаружить и раскрыть возможный подлог было нетрудно. Но постепенно он уверился, что на свете все-таки существует нечто необычное, нечто такое, что не удается объяснить при помощи известных ему методов. По крайней мере пока.
Раз за разом он оказывался у самой грани чего-то призрачно-неясного, того, что не имеет осязаемого воплощения, но тем не менее явно существует. Зачастую возникала необходимость изменить подход к событию, попытаться рассмотреть проблему под другим углом. Именно при таких обстоятельствах и произошло его знакомство с Эриком Хокартом.
Хокарт был изобретателем, ранее специализировавшимся в некоторых областях электроники. Однако он отличался от большинства исследователей, с головой окунувшихся в научные изыскания. Хокарт тонко чувствовал, какие коммерческие выгоды можно извлечь из применения некоторых, казалось бы чисто научных, открытий. В результате он занялся бизнесом, довольно быстро сколотил себе состояние в несколько миллионов, тут же удалился от дел и зажил в свое удовольствие.
Именно Эрик в свое время провел Майка Раглана по лабиринтам математики и физики. Часто они обсуждали и любимую идею Эрика — поселиться где-нибудь в краю каньонов Юты или Аризоны — и даже вместе выбирали место для дома.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
