- Здорово, правда? - негромко сказал стоявший рядом Володя.
Лидочка молча покивала.
- ...Обратите внимание на наклон головы, - говорил тихий мужской голос сзади, - очень выразительная деталь...
- Это тоже входит в канон?
- Да... но каждый художник имел определенную свободу и в рамках канона. Тут, видите ли, какая идея... Божья Мать знает, что ждет ее сына, и понимает неизбежность и необходимость этой жертвы. Пожалуй, самый трагический образ в мировой живописи...
В зале было сумрачно и тихо, неслышными шагами ходили посетители. Эта торжественная тишина, и скорбное женское лицо в траурной головной накидке, и воркующий интеллигентный голос за спиной действовали завораживающе. Хотелось стоять, смотреть и никуда не уходить...
Вечером, когда уже начало темнеть, они погуляли немного по Красной площади. Высоко в сером небе сияла рубиновая звезда Спасской башни. Напротив, бугрясь колокольнями, высился ярко освещенный прожекторами храм Василия Блаженного. У Мавзолея толпились люди, ожидая смены караула. Солдаты, стоявшие у входа, могли показаться застывшими изваяниями, если бы не их посиневшие от холода скулы, выдававшие живую, чувствующую человеческую плоть. Лидочка испытывала вдвойне необычное чувство - оттого, что она впервые на этом уникальном, известном всему миру месте земли, и оттого, что рядом с ней двойник ее мужа, даже не подозревающий, с кем его свела судьба. Лидочка немного рассказала о себе. Рано потеряла родителей оба погибли в автомобильной катастрофе, - жила у тети, одинокой женщины, страдавшей диабетом. Окончила школу с золотой медалью, хотела поступить в МГУ на филологический, но не решилась оставить тетю и поступила в библиотечный техникум. Потом тетя умерла, и она вышла замуж, потому что одной жить было тоскливо. С мужем и повезло и не повезло. Человек он серьезный и внешне симпатичный, даже красивый. Бес толкнул Лидочку, и она добавила, покосившись на Володю: "Немного на вас похож. Такой же высокий блондин. Но ужасный рационалист, ничем, кроме работы, не интересуется и, беда, совсем не любит детей". "Да, - заметил тух Володя, - чахнет наша мужская порода - то безответственные разгильдяи, то супердеятели, занятые карьерой". "А вы себя к кому относите?"- спросила с улыбкой Лидочка. "Раньше, пожалуй, ко вторым тянулся, да жизнь подкорректировала мозги". "Это история с цехом?" - сказала Лидочка. "Не только. Была там еще одна история на грани невероятного".
У Лидочки сквозняком прохватило в груди. Сейчас расскажет! Но Володя промолчал, а потом они стали говорить совсем на другую тему...
Остаток этого вечера они провели в небольшом кафе-чебуречной, на которое набрели, блуждая по московским переулкам. Посетителей здесь было немного, и Лидочка с Володей заняли отдельный столик в углу. Гардеробщик-швейцар объяснил, что заведение открылось несколько дней назад, и многие еще не знают о его существовании.
Это было типичное современное кафе, стилизованное под старину сводчатые потолки, дубовые столики и скамейки, над столиками висячие ажурные фонари с цветными стеклами. В отдельной нише в стене располагался буфет с кассой и спиртными напитками. Володя принес две громадные порции чебуреков, при виде которых у Лидочки разыгрался аппетит. Она основательно проголодалась после прогулки.
- Пить что-нибудь будем?
- Сок, если есть. Вино я совсем не могу.
Володя улыбнулся.
- Смотрите, какое совпадение! Я тоже не могу.
Он сходил в буфет и вернулся с двумя бутылками виноградного сока.
Выпили сока, съели чебуреков, которые оказались очень сочными и вкусными. Володя стал рассказывать, как в детстве, когда ему было пятнадцать лет, пьяные парни затащили его на деревенскую свадьбу и напоили самогоном, как ему было потом скверно - мать еле отходила.
- Есть такие дураки,- с неодобрением сказала Лпдочка.
- К сожалению, есть, но лично я этим оболтусам очень благодарен за науку. Они у меня на всю жизнь отбили охоту к спиртному.
...Что-то муж никогда ничего такого о себе не рассказывал. Он вообще ничего не говорил о своем детстве, словно никогда не был ребенком.
- ...Но откровенно говоря, у меня плохая наследственность, - сказал вдруг Володя.
- Как так?
- Да так. У меня был родной брат-алкоголик. Умер четыре года назад.
Он стал рассказывать о брате, и Лидочка внимательно его слушала. Звали брата Юрием. Он с детских лет страдал хронической болезнью печени. При таком заболевании пить, естественно, нельзя, и брат до двадцати лет действительно не брал в рот спиртного. А потом, как Володю в детстве, легкомысленные друзья угостили его вином, и произошла катастрофа. У Юрия вспыхнула страсть к спиртному. Он стал попивать, а потом и вовсе запил.
Много раз после пьянок его отвозили в тяжелом состоянии в больницу, уговаривали, пытались даже лечить - ничего не помогало. Подержится немного и снова начинает пьянствовать. Так и слег.
- Хотите, покажу фотографию? - сказал Володя, както странно посмотрев на Лидочку. Он покопался в кармане и вынул оттуда небольшую фотографию.
- Это он на паспорт снимался, еще до запоя.
Лидочка взяла протянутую фотографию и ничего не поняла.
- Так это же вы?
С фотографии на нее смотрело юное, очень красивое и немножко печальное Володино лицо.
- Нет, это мой брат.
У Лидочки перехватило дыхание. Несколько секунд; она как завороженная смотрела на фотографию, совершенно уже ничего не понимая. Сердце у нее часто и тревожно стучало. Она медленно положила фотографию на стол. - Как похожи... Значит, вы были близнецы?
- Да, так называемые однояйцевые близнецы. У нас с ним все до капли совпадало: внешность, вкусы, привычки. Только я слегка прихрамывал от травмы, полученной в детстве. Нас знакомые только так и различали.
Он спрятал фотографию и сказал со вздохом: - Ужасно не повезло Юре. Была редчайшая, уникальная возможность спасти его.
- Какая возможность?
Володя долго сидел задумавшись, потом сказал: - Гончаров хотел ему новую печень пересадить, да сроки не сошлись. Он и пил-то отчасти потому, что думал, что долго не проживет с такой печенью. Все одно, мол, помирать.
Он опять помолчал, глядя сквозь Лидочку отрешенным взглядом.
- Удивительные дела происходят иногда на белом свете, но люди ничего о них не знают. Если мы познакомимся с вами поближе, расскажу вам кое-что интересное.
Лидочка догадалась, что история с братом имеет какое-то отношение к ее мужу, но выспрашивать подробности не решилась. Может быть, стоило прямо сказать Володе, кто у нее муж? Лидочка поколебалась немного и не сказала. Не хватило духу.
Они опять ели чебуреки и пили сок, но Лидочка потеряла интерес к еде. Все эти таинственности основательно взбудоражили ее. Могла ли она даже помыслить, отправляясь в Москву, о том, что ждет ее здесь? Нет, они не шпионы - ни тот ни другой. Тут что-то совсем-совсем иное.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
