было хорошо с ней. И всё же с ней мне всегда было весело и смешно:
— Скажи мне, что любишь, я хочу это слышать
— Ну, люблю
— Без ну, пожалуйста
— Люблю
— Возьмёшь меня в жёны?
— Ну ты же знаешь, я против любых обязательств
— Тогда слез с меня, ишь ты, устроился. Ты куда? Назад, я пошутила!
Женщина это единственный ангел который живёт рядом с тобой, когда ласковый, когда строгий, но всегда ангел.
Прошло почти двадцать дней как пропала Аннабелла. Десятки тысяч людей пропадают на этой планете каждый день и причин для этого больше чем предостаточно. Некоторые находятся, другие исчезают из вашей жизни навсегда, как будто их и не было, лишь только память их хранит навсегда. Если она умерла, об одном я только прошу тебя Всевышний, чтобы встретил я её в следующей жизни, надеюсь её смерть была быстрой, она не мучалась. Если она жива, то дай мне знать, потому что я кажется полюбил другую женщину. Расставаться с теми кто тебе счастье дарил, хуже наверное только смерть. Нет ничего более жестокого на этом свете, чем так уйти, оставить с кучей вопросов в голове, не знать ждать или попытаться забыть.
В окно влетел солнечный зайчик, сначала он прыгал по стенам, по потолку, а потом не попрощавшись исчез. Я повернулся на другой бок, лицом к Клоэ. Она безмятежно спала и непроизвольно стал любоваться чертами её лица. Оно дышало неземным спокойствием, словно женский образ сошедший с кисти фламандских художников золотого века. Бедный тот, кто никогда не любовался спящей женщиной. Нет конечно, красавицей может она не была но, губы, лоб, нос, вырез глаз — всё было в ней красивым, словно белокурая кукла, спящая в руках ребёнка. Вновь появился солнечный зайчик и шаловливо запрыгал у неё на лице. Она проснулась.
— Дорогой ты рядом? Я видела сон, о затерянном мире, там было так хорошо, я хотела там остаться
— Что тебя тогда удерживало, чтобы не остаться там?
— Ты
— Я — с недоумением
— Тебя там не было
Клоэ любила танцевать. Это была её страсть, которой она отдавалась без колебания, при малейшей возможности, наверное то единственное, что никогда не изменяло ей, оставаясь верным с ней навсегда. Бабушка Клоэ, безумно любила балет. Имя Майя Плисецкая хоть и выговаривала она с большим трудом, но внучку не задумываясь отдала на хореографию как только возраст позволил. Даже стены в доме у бабушки, были разукрашены репродукциями картин Эдгара Дега. Клоэ как то рассказывала мне, что если бы не танец она не выжила. Каждый раз когда кто-то её бросал, или случались несчастья с близкими, она приходила домой и танцевала до изнеможения, таким образом убирая душевную боль. Ей были под силу любые современные танцы — Локинг, Поппинг, Дэнсхолл, Тверк, Электро-дэнс (тектоник), Брейк-данс, Танец вог, Стрип-пластика. Иногда она просила меня составить ей компанию, танцевать в паре, прижавшись всем телом ко мне, под тягучую как мёд, психоделическую музыку Pink Floyd, закрыв глаза медленно кружилась со мной по комнате, так как танцор из меня никудышный.
На кухне подпрыгивая на столе дребезжал телефон. Бодрый голос инспектора Роже, с привычным для чиновника властей правилами этикета, поздоровался, справился о здоровье, и только потом перешёл к делу
— Должен огорчить, у меня для Вас нет ничего нового
— А я надеялся — съязвив ему в тон
— Если Вам будет, что-то известно о пропавшей не забудьте поставить нас в известность
— Надеюсь инспектор Роже шутит, с какого это перепуга я буду делать вашу работу вместо вас и причём заметьте бесплатно?
— Прощайте Карен, будем на связи — бросил трубку инспектор, после чего пошли гудки
День за днем в поисках Аннабеллы, месяц прошёл так быстро, что я и не заметил как он закончился. С ужасом для себя я начал замечать, что стал всё реже вспоминать Аннабеллу. Трудно конечно забыть любимого человека за тридцать дней. Неужели в этом виновата Клоэ? Спрашивал я себя не раз, отгоняя от себя крамольные мысли. Нет здесь, что то другое, со мной случилась беда, я кажется полюбил двух женщин одновременно. Клоэ здесь, живая, настоящая, а Аннабелла, удаляется с каждым днем, всё дальше и дальше от реальности. А, если она вдруг вообще не вернётся? Неужели я больше её не увижу? Что будет с маленькой Беллой? Через сколько времени, я буду вправе ответить взаимность Клоэ, у которой кажется самые серьёзные намерения ко мне? Мои эти невесёлые размышления прервал телефонный звонок
— Вы свободны, с Вами можно поговорить?
— Здравствуйте для начала, и с кем имею честь?
— Не важно как меня зовут, мне просто надо с тобой встретиться и переговорить
— Мы уже на ты, интересно, а как я Вас узнаю? — мне очень хотелось послать его куда подальше, но правильно поставленный, уверенный голос меня почему то притягивал
— Я буду в сером плаще, на лице — все тяготы прошедшей жизни, в руках газета.
— Ага, трудно будет не узнать в толпе, тогда уж лучше в McDonald’s
— Не беспокойтесь, зато я тебя знаю хорошо, у меня слишком мало свободного времени чтобы позванивать незнакомым людям
— Откуда Вы меня знаете, мы где то встречались?
— У меня также нет времени отвечать на расспросы по телефону, так я жду или как?
— Можно узнать о чем будет наш разговор и где
— Hard Rock Cafe на Монмартра, тебя устраивает. Я дядя Аннабеллы, Бартош
— Где она? Она живая?
— Приходи завтра в три, после полудня, поговорим. Да, чуть не забыл, возьми с собой сумку, я тебе кое чего должен передать. Думаю излишне, предупреждать, чтобы ты пришёл один без фараонов и о нашем разговоре никто не должен знать.
В полумраке меблированной комнаты, за круглым столом накрытой бархатной скатертью тёмно бордового цвета, сидели четыре человека, время от времени кидая косые взгляды друг на друга. На первый взгляд, они не были друзьями, которые собираются под вечер немного расслабиться, перекинуться картишками, новостями, врагами их тоже не назовёшь, хоть и перекидывались они между собой короткими косыми взглядами, что довольно таки характерно для людей этой пагубной игры. Сегодня, они были противниками в игре покер. Четыре профессионала, игра в карты, это их кусок хлеба. Правда по тому как они общались между собой, казалось, что они не были знакомы. Но всё это только на первый взгляд.
Один из играющих, взял в руки колоду карт и начал быстро перетасовывать, после чего разделил мизинцем надвое, сдвинул, сложил, карты мягко заскользили по бархату, из под
