За последние двадцать минут Лис уже испробовал половину арсенала влюбленного идиота, и я даже боялась предположить, что он выкинет в следующий раз.
– Если тебя смущает, могу этого не делать.
Интересно, почему я раньше не замечала, что, когда он обращается ко мне, его голос становится ниже?
– Была бы премного благода…
Но, вместо того чтобы убрать свои клешни совсем, Лис взял меня за руку. Час от часу не легче! С трудом я вырвала свою руку из его цепких лап.
– Да ты можешь меня вообще не трогать?! – заорала я, держа левой рукой правую, словно та была покалечена или заражена.
С горем пополам мы добрались до аудитории, в которой у нас должна была проходить теоретическая астрономия. Мне кажется, или теперь наш маленький лисенок будет ходить на все занятия?
И разумеется, он сел за парту, соседнюю с моей. Этот кошмар не закончится никогда.
Весь перерыв он прижимал меня к себе (едва не задушив, между прочим, плечо потом долго болело), успевая при этом обсуждать конное поло со своими приятелями. Что удивительно: практически никому поведение Лиса странным не показалось. Он то и дело встречался с какой-нибудь хорошенькой девушкой из академии, но обычно это быстро заканчивалось. Не помню, чтобы после Лины кто-то вообще задерживался рядом с ним надолго.
Целый день он таскался за мной или сам тащил меня куда-нибудь. Мне не удавалось спрятаться от навязчивого ухажера даже в туалете, потому что тот непременно дожидался у входа. Я не могла перемолвиться с Тигрой ни словечком в течение целого дня, а после занятий Лис вызвался провожать меня домой. И, как бы я ни пыталась умолять его перестать меня преследовать, теперь Лис слышал только «голос своего сердца». Фу, как банально. Это еще хорошо, что он не фанат кино, а то ведь в «Тайной мистерии» и «Холодной ночи под скалой» можно и не таких приемчиков понабраться.
Уже на подходе к дому я глазами искала черного кота, который обычно всегда встречал меня из академии, но кот, наверное, обиделся за вчерашнее. Хотя я так и не смогла вспомнить, чем же я его задела.
– Все, – выдохнула я с облегчением. – Принцесса доставлена в башню, принц может отправляться обратно в замок.
– Не пригласишь принца на чашечку чая? И когда придут твои родители? Я бы с удовольствием поболтал с твоим отцом.
Если бы я не знала, какой дурью напоила этого недоумка, подумала бы, что он сейчас надо мной издевается. Вряд ли создатель приворотного зелья когда-то учитывал такое навязчивое поведение жертвы.
– Нет, принцессе пора делать уроки, – процедила я сквозь зубы.
Но Лис не сдавался:
– Я не буду тебе мешать. Хочешь, ты будешь зубрить свои учебники, а я приготовлю тебе обед?
В моей памяти еще сохранился неповторимый вкус стряпни этого прохвоста. Что-что, а готовить он прекрасно умел и пять лет назад – я боялась представить, какой это бог кухни сейчас.
И тут мне в голову пришла совершенно гениальная идея! Мы с родителями переехали в этот дом («большой и светлый», – сказал папа; «с лестницей!» – восторгалась мама) всего несколько лет назад, и Лис, на мое счастье, здесь еще не побывал. А посему – доступа не имеет, пока его кто-нибудь не пригласит.
План созрел у меня в голове буквально за мгновение. Через секунду мои пятки уже только сверкали вдалеке, а еще через две я с облегчением закрыла за собой входную дверь. Пронесло. Лис даже пикнуть не успел, если такое выражение тут вообще уместно.
Хочет он поздороваться с моими родителями! Как будто он не проводил у нас дома когда-то сутки напролет! Это его родители были строгими и не терпели в доме лишнего шума, а мои всегда считали Лиса за своего старшего сына. Может, они и правда так думали, я не знаю. С их ритмом работы свои имена забудешь, не то что родственные связи.
В приподнятом настроении я скинула в прихожей туфли и затанцевала к ванной. Из-за постоянных нервов в туалет хотелось до неприличия часто.
Мне даже понравилось, как я сказала ему около дома. «Принцесса доставлена в башню», – передразнила я себя и глупо хихикнула. Хорошо, что никто меня в этот момент не видел, потому что от удовольствия я аж порозовела.
Из отражения в зеркале на меня смотрела взбудораженная почти двадцатилетняя девчонка с ярким румянцем на щеках. Что странно, такой я себе даже нравилась. Такой… живой. Каштановые волосы – обыкновенно ужасно непослушные – теперь лежали аккуратными прядями, губы сами растягивались в улыбке.
Помыв руки и побрызгав в лицо водой, я вышла из ванной и немедленно наткнулась в коридоре на своего бывшего друга. Мы отскочили друг от друга, как резиновый мячик от стенки (кто был мячиком, а кто – стенкой, думать не хотелось).
– Ай! – взвизгнула я от испуга.
– Уй! – вторил мне Лис.
На нем был мой кухонный фартук с лебедями, а в руках – миска с жидким тестом, которое он постоянно помешивал деревянной ложкой.
– Осторожно, принцесса! Чуть не испачкал тебя тестом.
И тут я взорвалась:
– Никакая я тебе не принцесса! А ну выметайся из моего дома, иначе я кликну сторожевого!
Лис выглядел таким ошарашенным, словно был ребенком, которого отчитывают за то, чего он совсем не понимает.
– Думаю, тебе нужен крепкий зеленый чай, – сказал он скорее сам себе. – Да, зеленый чай с мелиссой. Мелисса отлично помогает успокоить нервы.
Если бы из ушей мог идти пар, в моей голове давно бы уже сварился картофельный суп.
Пока Лис жарил блинчики, я второпях набросала записку Тигре и тут же отправила ее почтовым голубем. Если повезет, до конца часа подруга пришлет ответ или явится сама, чтобы взглянуть на дело своих рук. Наедине с этой рыбой-прилипалой я бы не осталась ни на минуту, будь на то моя воля.
Кстати, а как мистер-я-тебя-люблю проник в дом? Я его не пускала, а это значит, что он наведывался к моим родителям в мое отсутствие. Ар-р, ненавижу!
Летом я допоздна работала в хлебной лавке, так что такое вполне могло произойти. Правда, вопрос о цели подобных визитов Лиса все равно оставался открытым, ибо мы с ним не общались уже четыре года и девять месяцев. Я не специально считаю – просто так само собой выходит.
– Ммм. – Я склонилась над сковородкой и вдохнула аромат свежеиспеченных блинчиков. – А еще говорят, что мужчины плохо готовят.
Моим очередным глупым планом было потакать всем капризам парня и вообще относиться к нему как к умственно отсталому. Так оно, в сущности, и было.
– Для тебя все что угодно, принцесса.
– Лис, прекрати. Меня сейчас от этой сладкой чепухи стошнит на твои чудесные блинчики.
К моему удивлению, парень подчинился:
– Отлично. Знаешь, а мне больше нравится твое настоящее имя, Юстина.
Так меня называли только родители и Лис, когда хотел меня подколоть. Но теперь это имя приобрело совсем другое звучание. Сейчас оно звучало более… интимно.
Я оставила своего личного шеф-повара на кухне, а сама направилась в библиотеку. У отца небольшая библиотека в задней части дома, но в основном там всякие кодексы и уставы, ну еще несколько детективных романов. На заработанные за лето деньги я приобрела парочку книг по практической магии (это вам не та скучнющая теоретическая магия, которую я тринадцать лет зубрю в академии!). И мне даже показалось, что где-то там был раздел о любовных заклинаниях. Точнее, сейчас меня интересовала их отмена, а вовсе не применение.
«Думай, Тина, думай», – приказала я себе, но в голову по-прежнему лезли всякие глупости сегодняшнего дня. Каждая клеточка моего тела все так же чувствовала прикосновения Лиса, как будто он и сейчас был рядом со мной. Вот он погладил меня по щеке… вот потрепал по волосам… Вот он дотронулся до моего локтя и медленно тыльной стороной ладони провел воображаемую линию выше, до самой шеи…
Так, с мыслями такого рода пора было завязывать.
В огромном «Общем магическом справочнике» я действительно нашла раздел о любовных заклинаниях. Но все указывало на то, что действие оных должно пройти само без постороннего воздействия. Некоторые чары работают всего несколько часов, а отдельные заклинания держат жертву вплоть до шести месяцев.
