Читаем без скачивания Под флагом милорда Кугеля - Алексей Пехов

Теперь Льнани понимала, почему абордажники владеют такими тяжёлыми саблями. Оружие в их руках казалось изящным, почти игрушечным.

А те, кто оказывался на пути этого оружия, казались безнадёжно мёртвыми. Форменное избиение.

Абордажные тесаки мелькали с устрашающей скоростью, сея среди противников панику и смерть. Остальные пираты поддерживали своих товарищей огнём из мушкетов, но это казалось почти излишним.

Корабли столкнулись бортами, наёмники зафиксировали верёвки кошек и с рёвом бросились на подмогу фруанам. Том уже покинул орудийную палубу и, восседая на плечах Уя, палил по засевшим на мачтах вражеским стрелкам из пистолетов. Несколько врагов то ли по глупости, то ли со страху перед фруанами решили перебраться на шхуну пиратов. Шестеро оказались в непосредственной близости от лежащей и пытающейся остановить текущую из носа кровь Льнани. Первого противника Гулли ван Шайрх убил из пистолета, выстрелив ему прямо в лицо. Второго зарубил абордажной саблей. Третий, подбиравшийся к шкиперу со спины, на свою беду попался на глаза Льнани. Тёмная щёлкнула пальцами и враг, извергая из себя остатки завтрака, рухнул на палубу. Очень простое заклинание. И очень действенное. Уничтожает у человека внутреннее ухо со всеми вытекающими от этого последствиями. Противник мгновенно становится безобиднее полевой ромашки.

Ещё одного храбреца застрелил Том, а двух последних Уй с утробным боевым кличем горного тролля швырнул за борт. Через всю палубу отнюдь не маленького корабля. Льнани несколько отстранёно подумала, что тролли, если не поручать им поиск морских магов, могут быть весьма ценным дополнением к команде. Особенно в бою.

Схватка постепенно затихала. Фруане сделали своё дело, и всякой сопротивление было подавлено, и подавлено жестоко. Те, кому повезло уцелеть, поспешно побросали оружие и сдались на милость победителей. По бухте разнеслись торжествующие крики наёмников.

— Как вы, Льнани?

— В порядке, — она встала, опираясь на руку капитана. Кровь вроде остановилась, хотя во рту до сих пор ощущался противный привкус. — Мы победили?

— Да, тысяча морских демонов! И не без вашей помощи! Чуга!

— Да? — на щеке у боцмана появилась свежая царапина.

— Потери?!

— Считаем. По крайней мере, семеро. И Милорд Кугель пропал. Среди ребят Бельфлёра никого.

Послышался топот, тихая, злая ругань. Четверо матросов несли плащ, в котором лежало что-то тяжёлое, окровавленное и неподвижное.

— Капитан…

Свёрток положили на палубу. Ван Шайрх опустился на одно колено, вглядываясь в бледное, искажённое болью лицо своего первого помощника.

— Сальвар…

Ван Дога был ещё жив, но вряд ли надолго. Вряд ли даже на час. Гулли сжал кулак, глядя на своего старого не столько друга, сколько наставника. Застыл на мгновение. Повернулся к магичке, даже зная, что лучшие целители не способны лечить такие раны. Льнани молча покачала головой.

Капитан резко встал, хрипло каркнул:

— Отнесите ко мне в каюту. Если придёт в себя, немедленно позвать меня.

И, прочистив почему-то сухое горло, рявкнул уже своим обычным громовым голосом:

— Мистер Грин, Одноглазый, Сантьяго! В трюм! Проверьте груз этого корыта! Джоки, Красавчик! В пороховой погреб! Мосье Бельфлёр! Пусть ваши ребята перероют судно снизу доверху! Скоро бриг затонет.

Капитан был прав. Из-за пробоины в борту корабль набирал воду. Уже был заметен лёгкий крен.

Одно из чудовищ проворно подбежало туда, где стоял капитан и Льнани. В ноздри ударил резкий, почти приторный запах мускуса и шерсти.

Волшебница узнала Бельфлёра по глазам. Это то единственное, что не подверглось метаморфозе. Огромный рост, длинные руки, изогнутые клыки… Грудь чудовища была окровавлена, в клочьях шерсти смутно угадывалась уже начавшая затягиваться рана. Создавалось впечатление, что командир абордажной команды почти в упор получил залп из мушкета, но, если так оно и было, он никак не показывал свою боль или неудобство. Льнани мысленно кивнула. О регенерционных способностях фруан ходили легенды.

— Што делатть с пленными? — во фразе не было ни одно рычащего звука, но фруан всё равно смог её прорычать.

— Сажайте их на баркас и пусть убираются к морскому демону! — резко бросил Гулли, — Хватит на сегодня крови!

— Золото, шкипер! Мы нашли золото! — радостно завопил тот, кого ван Шайрх назвал Сантьяго.

Эту благую весть экипаж «Хапуги» принял дружным рёвом.

— Сколько?!

— Ящик! Похоже здесь жалованье для части эскадры утугцев!

— Уй! Тащи всё на шхуну! Да поживее!

Гулли ван Шайрх перебрался на бриг и подошёл к немногочисленной кучке уцелевших пленников.

— Кто капитан?

— Убит, — хмуро ответил один из матросов.

— Кто старший по званию?

Молчание.

Один из фруан шевельнулся и как бы невзначай поднял тесак.

— Я, — неохотно признался лысеющий мужчина в рваной форме.

— Для кого золото?

— Плата охорцам.

Гулли, конечно, слышал, что Утуга ведёт с царями-колдунами Охоры переговоры о заключении договора, но он понятия не имел, что всё зашло уже так далеко. Если Утуга получит такого союзника, Агильо остаётся лишь сразу сдаться на милость победителя.

С другой стороны, теперь, после того, как золото перекочевало на «Хапугу», заключение этого союза представлялось всё более и более сомнительным.

Что, скорее всего, и являлось целью Юция.

Абордажные крючья ему в брюхо!

— Как вы здесь оказались?

— Ждали охорцев.

— Одни?

— Колдуны настаивали на том, чтобы корабли сопровождения не подходили к точке рандеву ближе, чем на три мили. На борту какая-то важная шишка, и они опасались предательства.

Милые, доверчивые охорцы. Всегда в своём стиле.

— Мосье Бельфлёр? — Гулли следил как пыхтящий Уй тащит на своём горбу, тяжеленный ящик с золотом. — Баркас готов?

— Да.

— Ссаживайте эту падаль. Не забудьте дать им воды.

— Всё готово, шкип! Огонёк кидать? — спросил вернувшийся из крюйт-камеры тип с отталкивающим лицом отзывавшийся на кличку Красавчик.

— Погоди. Пусть юнга перетащит наш выигрыш. Чуга, как только добыча окажется на борту — убираемся отсюда!

Наёмники сновали по бригу, ища, чем бы ещё поживиться. Всё найденное, сваливали в одну кучу на палубе «Хапуги», дабы потом разделить по законам берегового братства. Мимо Гулли прошёл ухмыляющийся Том. Он едва нёс в своих маленьких ручонках вещи из капитанской каюты. Золотая шпага, подзорная труба и Айская шкатулка. Настоящая, а не та подделка, что всучил ему проклятый Юций. Кстати, теперь, когда и тупому Ую ясно, что их обманули, неплохо было бы знать, что за бумаги спрятаны в проклятом сундучке.

Шкипер зашёл в свою каюту. Постоял над телом ван Доги, всё ещё находящегося без сознания. Вокруг первого помощника крутился Гнойник — судовой врач.

— Полчаса. Не больше, — маленький человек развёл руками. — С такими ранами…

Кэп, витиевато выругавшись, достал из тайника чёрный ящичек. Точнее попытался достать. Шкатулка оказалась зверски горячей. Гулли выругался, и озадаченно нахмурился. Достал кинжал, думая вскрыть замок и всё-таки заглянуть внутрь, но в последний момент остановился. «Маленькие ящички, несущие в себе смерть». Пожалуй, не стоит торопиться с исследованиями.

Гулли снял с себя камзол, обмотал шкатулку и взял груз «Хапуги» в руки.

На палубе царило оживление. У всего экипажа было приподнятое настроение. Да, погибло несколько товарищей, в том числе и опытный ван Дога, да пропал Милорд Кугель (троекратное ура!), но зато за каких-то полчаса экипаж обогатился полностью окупив себе год безделья.

Пока капитан отсутствовал, боцман взял командование на себя. Верёвки, скрепляющие два корабля, были перерублены, и Хапуга уже успел отойти от порядком накренившегося брига на приличное расстояние. На борту утугского корабля остался только Красавчик. Джоки поджидал его в шлюпке. Красавчик кубарем скатился в шлюпку и два пирата, что есть сил, налегли на вёсла, стремясь к поджидающей их шхуне. Спустя, минуту раздался оглушительный взрыв и разломанный на две половинки бриг пошёл на дно.

Льнани, порядком ослабевшая после волшебства, повернулась к капитану, чтобы задать, наконец, мучающий её всё нарастающей мигренью вопрос. И увидела в руках у него шкатулку.

Глаза волшебницы широко раскрылись. В ноздри, сбивая с ног, ударил ощутимый лишь для неё одной запах гнилого тропического дождя, в ушах зазвенело от звука падающей с неба воды.

На мгновение волшебница застыла, отказываясь верить. А затем метнулась вперёд.

— Идиот! — Льнани отвесила ошеломлённому капитану звонкую пощёчину. — Вы хоть знаете, что там такое?!

Ван Шайрх, автоматически поймал запястье напавшей на него фурии, и теперь удерживавший шипящую, точно змея, волшебницу на расстоянии вытянутой руки, мог только ошеломлённо открывать и закрывать рот. Льнани, как-то вывернувшись из его хватки, цапнула шкатулку. Не обращая внимания на то, что раскалённый металл обжигает её ладони, сжала проклятую вещицу, положила её на палубу и навалилась сверху коленом, со всей силы прижимая крышку. Свободной рукой нашарила прицепленное к поясу длинное ожерелье, обмотала шкатулку несколько раз, стягивая концы. Почти тут же тёмные жемчужины начали светиться мрачным, чёрным светом.