его прошлом, как о неспокойном времени. Первые два дня напролет страж проводил в каюте капитана, выпивая с ним по бутылке рома за ночь. Лемис был весьма говорливым собеседником, что ничуть не смущало молчаливого Клепия, он внимательно слушал капитана, который безо всяких проблем решился подвести стража Ордена до Ноблоса.
Лемис рассказал о том, как начинал путь моряка от простого матроса, нещадно драящего палубу днем и ночью, и заканчивая потоплением его собственного корабля — Водной Тверди. Лемис попал на корабль в шестнадцать лет, когда началась война с государством Южноземья — Орифагеном. Тогда, при абордаже корабля, его в первый раз ранили в ногу, которая до сих пор ноет при смене погоды.
— Моя левая нога предсказывает погоду лучше, чем жрецы или маги, — отшучивался Лемис.
Юнга Лемис в скором времени стал навигатором для флота Детона Брулия, который проложил новый торговый путь в южную часть Заморья — колонии Морского Востока. Однако, там Лемиса захватили в плен пираты и он смог сбежать от них только спустя несколько лет. Вернувшись в Империю, он стал боцманом при капитане Фавре на его знаменитом «Решительном». Тогда, вспоминал Лемис, началась страшная междоусобица между семейством Энтионов и Келуев, и судьба подала свою длань таким образом, что капитан Фавре оказался на нужной стороне. Война закончилась одним решающим сухопутным и морским сражением. В битвах при Лихих Водах, где ни один опытный моряк был не в силах предугадать течение, Фавре и флот Энтионов разгромил своих врагов.
— После этого жизнь меня еще побросала, — говорил капитан.
Он опустил те факты, при которых он стал контрабандистом. Почти десяток лет он работал на агентов Брулия и доставлял контрабанду минуя пошлины и налоги, пока его не настигли инквизиторы. Его хотели приговорить к смертной казни, однако богач Брулий через своих агентов сумел подкупить их и, таким образом, Лемис остался в живых.
— Вот тебе и история страж, взлета и падения, — сказал капитан, но затем пожал плечами. Впрочем, я не жалуюсь на свою жизнь, я изрядно прожил и надеюсь скончаюсь в морских водах, при каком-нибудь кораблекрушении. Я морское дитя и море должно принять меня.
— Надеюсь только не в этой экспедиции, — пошутил на этот счет Клепий.
Впрочем, капитан показался стражу славным малым. Его любила команда и сам он был опытным моряком, знал где расположены рифы, когда грядут переменные ветра и прокладывал маршрут с учетом того, на каких островах располагаются пираты.
Утро выдалось ясным. Ни единого облачка на небе. Клепий уже успел позавтракать в который раз рыбой, на этот раз вареной. Страж не осуждал кока, так как эти морские волки привыкли есть то, что дает им море.
— Если честно страж, я не понимаю, зачем вы решили двигаться через Ноблос, — завел речь капитан Лемис. Сейчас на севере Морского Востока неспокойно.
Клепий ощетинился, как еж. Авторитета стража вполне хватала в землях Империи, или соседних королевствах, такие как Нозернхолл или Рабия. Однако, на Морском Востоке жили совершенно другие люди, с абсолютно другой культурой. Они не признавали ни Двенадцати богов и обращались с природой эфира совершенно небрежно. Война — эта всегда другие законы. Разруха, голод, фуражирные набеги. Клепий понимал, на что он идет, однако обойти стороной — значит лишиться времени, которого он итак потерял много.
— Когда вы в последний раз были в Ноблосе, капитан? — поинтересовался Клепий у Лемиса. И что там происходило?
— В Ноблосе я бывал давненько, мать его, — отвечал капитан, потирая свои грязные бакенбарды. Больше солнцеоборота назад. А вот с месяц назад я вернулся в Лапир из Фибла, которые чуть южнее Ноблоса.
Клепий еще раз вдохнул свежего морского воздуха. Солоноватый и прохладный, он напоминал ему Обитель, которая располагалась на небольшом острове посреди моря.
— В Фибле я узнал о том, что на Морском Востоке появилась еще одна грозная сила помимо фанатиков Фахтаче и Пяти Колоний. Некто Куарья короновался, как царь Морского Востока и, Дадур их подери, без бутылки рома там не разберешься, кто с кем воюет.
Лемис рассказал о том, что Куарья был сыном убитого в прошлом консула Империи — Куарона. Он сбежал не без помощи слуг из столицы на Морской Восток. Каким образом он поднялся от сына консула до короля этих странных земель неизвестно. Помимо прочего, капитан рассказал и про сам Ноблос.
Ноблос — один из крупнейших портов на Морском Востоке, который успешно торгует благовониями, пряностями, эмирийской сталью, которая идеально подходит для легких, но прочных эмирийских доспехов, а также успешно экспортируют рабов в Империю. Город управляется Советом из сотни человек, среди которых самые богатые купцы города. Однако, как говорил сам Лемис, в городе появились опасные элементы — члены культа Фахтаче, агенты Куарья, а также странные природные явления — например дождь из рыб, или появление огромных песочных червей.
Сам Клепий не желал ни на йоту задерживаться в Ноблосе и желал, чтобы город для него стал эдаким перевалочным пунктом между Империей и горой Шармат. Он много думал о словах ведьмы, в особенности о хранителе печати, который закован в гору. Он никогда не слыхивал о нем, что не удивительно — Шармат расположена очень далеко от Империи, к тому же доступ к горе перекрыт враждебным Эльфийским Протекторатом.
***
Капитан Лемис оказался прав. Ровно через три дня, ранним утром, они прибыли в Ноблос. Клепий щедро отблагодарил капитана серебряными дукатами, а сам решил двинуться в первую попавшуюся таверну — рассадник сплетен и новостей, чтобы узнать о текущих делах в городе и в целом, Морском Востоке.
— Будь осторожен страж, — почесывая свою густую бороду сказал капитан. Я морской демон и чую опасность издалека. Так вот, здесь ее полно.
Гавань Ноблоса воистину была огромной. Она превосходила по размерам множество имперских портов, но сильно уступала столице Фикии и гаваням Торгового Союза. К докам причалено множество кораблей самых различных государств — огромный флагманский корабль, судя по гербу с изображением грифона, был из Империи, так же там были пришвартованы небольшие, но вместительные гномьи суда из Высоких Пиков, даже торговые галеоны, покрытые щедрой растительностью, это были корабли амазонок. Множество судов неизвестно даже Клепию — судя по всему это были корабли из Морского Востока, Семиостровия — центра мореплавателей в Империи, и Южноземья, которые редко шли на контакт с иными расами.
Некоторое число торгашей располагалось прямо на пристани. Как только люди, гномы или амазонки сходили с кораблей, они тут же предлагали свои товары — еду, местные благовония для успокоения тела после дороги, морские соли,
