не имел до нее, и от которой у меня так чертовски встает.
У нее перехватывает дыхание.
— Тирнан.
Я облизываю ее долго и медленно.
— Ты такая вкусная. — Я сжимаю ее бедра. — Раздвинь для папочки.
Она раздвигает ноги еще шире, и я погружаюсь в нее, облизывая и посасывая ее нежную плоть, задевая языком ее клитор, а затем пронзая ее.
Она дрожит, ее красная попка трясется, когда я погружаюсь все глубже и глубже. Когда я погружаю два пальца в ее скользкое влагалище, она протяжно и низко стонет.
— Тебе нравится, когда тебя трахают пальцами, малышка? — Я вхожу и выхожу из нее.
— Да, — вырывается хныканье. — Да, папочка.
Черт, почему это так сексуально? Я ничего не могу с собой поделать. Мне нравится, когда она меня так называет.
Я снова провожу по ней языком, втягивая в рот ее восхитительные соки и поглаживая большим пальцем ее тугую попку.
Ее бедра подрагивают, тело сжимается еще сильнее, и когда я опускаюсь ниже и втягиваю ее клитор в рот, она кончает, ее тело сотрясается долгими волнами стонов и снимает напряжение. Ее киска сжимается под моими пальцами, пока я продолжаю лизать ее, пробуя на вкус каждую каплю ее наслаждения, пока она кончает. Я мог бы заниматься этим весь гребаный день.
— Тирнан. — Ее голос дрожит, когда она пытается отодвинуться от меня.
Я сжимаю ее бедра и, приоткрыв рот, целую каждую ягодицу и слегка покусываю.
Она вздрагивает, а я встаю, мой член так тверд, что может сломаться.
— Пусть это послужит тебе уроком, как держать эту прелестную киску при себе. — Мой голос дрожит от желания засунуть свой член поглубже в ее розовую щель, но я заставляю себя отстраниться. Я уже зашел слишком далеко, сделал слишком многое.
Но когда я смотрю на нее, измученную и тяжело дышащую, лежащую на моей кровати, я не могу не восхищаться работой своих рук над ее прекрасным телом. Красная задница, влажная киска и полное изнеможение моей идеальной маленькой малышки.
Глава 7
Дафна
— Ты в порядке? — Бэллс прижимается ко мне плечом. Ее гигантская рысь Леонард лежит у ее ног и дремлет. Когда я говорю «гигантский», я не имею в виду, что он милый и пушистый. Он действительно гигантский. Наверное, я бы тоже отрубилась, если бы съела столько стейков, сколько съел он.
После того, как мы поужинали, остальные разошлись по своим спальням. Клянусь, здесь сейчас как будто сезон медового месяца. Просто восхитительно, как все мужчины вьются вокруг своих женщин. Дело не только в том, что они проявляют заботу, но и в том, что кажется, будто они не могут перестать прикасаться к ним. Можно поклясться, что у девушек есть все утерянные секреты в мире, а мужчины ждут, что же еще может сорваться с их уст.
— Да, я в порядке. — Это ложь. Я далека от того, чтобы быть в порядке. Честно говоря, я не уверена, что я сейчас в порядке. Тирнан даже не смотрел в мою сторону во время ужина. Чего я не понимаю, потому что именно он заставил меня встать и пойти ужинать в первую очередь.
Он продолжал настаивать на том, что я целый день ничего не ела. Я, конечно, сказала ему, что он неправ, потому что я взяла яблоко, когда ходила за водой, чтобы заняться йогой. Но он все равно настоял, чтобы мы пошли и поели вместе со всеми. Я понятия не имею, как я сорвалась после нашего маленького эпизода в его спальне. Я называю это так, потому что не знаю, как еще это назвать.
Несмотря на то, что я была в шоке, я надела одежду, которую он бросил мне на кровать. Очевидно, я двигалась не с той скоростью, которая его устраивала, потому что он схватил мой свитер и одел его на меня, прежде чем вывести из комнаты.
Мы шли, держась за руки, пока не дошли до столовой. Когда мы вошли, он отпустил мою руку. Я все еще удивляюсь этому. Неужели он не хотел, чтобы кто-нибудь узнал, что я ему нравлюсь? Или, может быть, он боится, что я расскажу им, что ему нравится шлепать девочек и заставлять их называть его папочкой? Я бы никогда никому не сказала. Я до сих пор понятия не имею, откуда это вообще взялось. Но я знаю, что все мое тело откликнулось на его слова, и мне понравилась та власть, которую он каким-то образом имеет надо мной.
Все посмотрели в нашу сторону, когда мы вошли в комнату. Тирнан, не говоря ни слова, просто подвел меня к моему стулу, а затем отодвинул его для меня и взглядом предложил сесть. Мне хотелось проявить незрелость и показать ему язык, но я сдержалась. Беседа за столом текла своим чередом. Тирнан позаботился о том, чтобы наполнить мою тарелку едой, а затем начал вести себя так, будто меня здесь нет.
Несколько раз он клал руку на спинку моего стула, но на этом все заканчивалось. Его пальцы играли с кончиком моего хвостика, дергая его. Я смотрела на него, но он ни разу не встретился со мной взглядом. Это выводило меня из себя. Я сидела там и наблюдала, как все остальные мужчины были так милы со своими женщинами, а Тирнан только и делал, что дергал меня за волосы и командовал мной.
— Ты уверена, что с тобой все в порядке? — Я понимаю, что Бэллс пристально смотрела на меня, пока я молча поглощала ужин. Она качает головой. — По-моему, за ужином ты не задала ни одного вопроса. Что происходит?
Мне не нравится, когда мне задают такие вопросы. Гораздо проще, когда именно я пытаюсь вытянуть информацию из кого-то другого.
— Тирнан. — Я раздраженно произношу его имя. После ужина Тирнан вызвался в следующий раз обойти дом. Барроу пошел с ним.
— Когда ты рядом, он становится другим. Не то чтобы я очень хорошо знала Тирнана. Когда я приехала сюда, он был шутником и казался самым непринужденным. Ну, пока не появилась ты.
— Тирнан? — Мы вообще говорим об одном и том же человеке?
— Да.
Это ни в коем случае не поможет.
— Я пойду спать, — говорю я, вставая.
— Я здесь, если тебе нужно будет поговорить, — Бэллс одаривает меня теплой улыбкой.
— Спасибо. — Я глажу Леонарда по голове, прежде чем направиться в комнату Тирнана. Почему он игнорирует меня сейчас? До этого он прятал лицо у меня между бедер. От того, что он не
