Но памятники, связанные с новгородским летописанием, также дважды говорят о поездках Василия в Орду. В НiЛ под 6900 г. сначала говорится, что «вышед из Орды князь великыи Василии Дмитриевиць и взя Нижний Новъгород и пойма князѣи и княгинь в таль; а князь Семеонъ бѣжа в Орду». Ниже (после нескольких известий о новгородских событиях) сказано, что «того же лѣта пошелъ князь великыи Василии Дмитриевич в Орду, позванъ цесаремъ»[186]. Но статья 6900 г. составлена из нескольких коротких сообщений, не выстроенных в строго хронологическом порядке: после второго известия о поездке Василия в Орду следует упоминание о событии, происшедшем в июне[187]. Поэтому вероятно, что в новгородский свод начала XV в. (протограф ШЛ) попало два известия о поездке Василия из разных источников. Поскольку в одном из них говорилось только об отъезде великого князя (с акцентом на то, что он был вызван ханом), а в другом только о возвращении и взятии Нижнего Новгорода, сводчик не разобрался, что речь идет о разных фазах одной поездки, и поместил их отдельно, при этом известие об отъезде оказалось поставлено позже известия о возвращении.
Новгородская IV и Софийская I летописи (восходящие, напомним, к общему протографу – так называемому Новгородско-Софийскому своду) дают под 6900 г., после описания происшедшего в мае – июне (т. е. там, где в НiЛ помещено второе сообщение о поездке Василия в Орду), следующее известие: «Ходилъ князь великий Василеи Дмитриевичь въ орду къ царю Тахтамышю, и вышедъ из орды на великое княжение, и ходи подъ Нижний Новъгородъ ратью и взя градъ за себѣ, а князей и княгинь пойма въ таль, а князь Семионъ Дмитриевичь оубѣжа в орду»[188]. Очевидно, что оно восходит к тому же источнику, что и первое известие в НiЛ. Кроме того, Новгородская IV летопись в начале статьи 6900 г. содержит сообщение о поездке Василия, дословно совпадающее с НiЛ: «Того же лѣта, вышедъ из орды, князь Василеи Дмитриевичь взя Нижний Новгородъ и пойма князи и княгинь в таль, а князь Семионъ бѣжа в орду»[189]. В Софийской I его нет, и, следовательно, Новгородско-Софийский свод содержал под 6900 г. одно известие о поездке Василия в Орду и взятии Нижнего Новгорода, восходящее, как и первое известие НiЛ, к новгородскому своду начала XV в. Под 6901 г. в Новгородской IV и Софийской I летописях читается другое известие о поездке Василия, причем она подается именно как вторая поездка: «Ходи въ другеи рядъ князь Василеи в орду къ царю, и онъ ему далъ Новгородчкое княжение Нижняго Новагорода, Муромъ, Мещеру, Торусоу»[190]. Сразу же после этого говорится: «а Бектут царевичь взял ратью Вятку. И князь Борисъ преставися Костянтиновичь»[191]. Однако Троицкая летопись относит поход Бектута к 6899 г., а смерть Бориса – к 6 мая 6902[192]; последнее подтверждается тем фактом, что еще 8 декабря 6901 г. Борис выдал жалованную грамоту на земли в Посурье[193]. Похоже, что в Новгородской IV – Софийской I летописях под 6901 г. дан комплекс известий о «средневолжско-вятских» событиях, происшедших в разное время. В таком случае сообщение о пожаловании Василию Нижнего Новгорода и иных земель является еще одним вариантом известия о получении великим князем ярлыка на нижегородское княжение, имевшем место в 1392 г.; составитель протографа Новгородской IV – Софийской I летописей принял его за известие о другой поездке Василия (возможно, потому, что в его общем с НiЛ младшего извода источнике говорилось о двух поездках).
Таким образом, нет оснований полагать, что подчинение Нижегородского княжества Василию I было двухэтапным. Была одна поездка Василия в Орду – летом-осенью 1392 г. Тохтамыш в это время нуждался в средствах после удара, нанесенного ему годом ранее Тимуром; поэтому известие НiЛ, что Василий был «позван цесарем», возможно, является свидетельством того, что инициатива переговоров о приобретении ярлыка исходила от хана. Предложил ли Нижний Новгород Тохтамыш или это было «встречное предложение» оценившего ситуацию Василия, судить трудно. Во всяком случае московский князь имел определенные права именно на Нижегородское княжество. Во-первых, его мать, вдова Дмитрия Донского Евдокия, была дочерью Дмитрия Константиновича, старшего брата нижегородского князя Бориса, т. е. Василий приходился внуком прежнему князю нижегородскому. Во-вторых, Нижегородское княжество только с 1341 г. находилось во владении князей суздальской ветви: до этого оно входило в территорию великого княжества Владимирского; таким образом, в 1392 г. Нижний был как бы возвращен в число великокняжеских владений.
В связи с занятием Василием I Нижнего Новгорода стоит сообщение о бегстве в Орду в том же 1392 г. Семена Дмитриевича: «а князь Семеонъ бѣжа в Орду»[194]. Причину бегства раскрывает известие о смерти Бориса Константиновича в 1394 г.: «Въ лѣто 6902 индикта 2, мая въ шестыи день, по велицѣ дни на четвертой недели въ срѣду преставися князь великий Борисъ Костянтиновичь и положенъ бысть въ Суждалѣ въ своей отчинѣ»[195]. Очевидно, Борису в качестве компенсации за потерю Нижнего Новгорода дали Суздаль; поэтому Семен, являвшийся до этого суздальским князем[196], был недоволен случившимся и отправился с жалобой к Тохтамышу. В момент смерти Бориса, однако, Семен Дмитриевич находился на Руси: через полтора месяца после кончины дяди «князь Василии Дмитриевичь Суждальскии да братъ его князь Семенъ побѣгоша изъ Суждаля къ Ордѣ зѣло вскорѣ и гонишася за ними и не могоша постигнута»[197]. Очевидно, Дмитриевичи рассчитывали получить владения умершего Бориса, но Василий I принял иное решение, что побудило его дядьев к обращению в Орду.
Следующим по старшинству после Дмитриевичей в доме суздальско-нижегородских князей был старший сын Бориса Константиновича – Даниил. Известны монеты с его именем, чеканенные в Суздале[198], а также серебряный ковчег-мощевик, изготовленный по заказу сына Даниила Борисовича Ивана в 1414 г. «при благоверно[м] князи вел[и] комъ Данилѣ Бори[со]ви[чѣ] Новогор[о]д[с]ко[м] и Суздалск[о]мъ и Городескомъ»[199]. Нижний Новгород и Городец Даниил получил в 1408 г. от Едигея, когда во время нашествия последнего на Северо-Восточную Русь эти города были взяты татарами (см. об этом ниже). Но до Суздаля ордынцы тогда не доходили.
Очевидно, что Даниил какое-то время занимал суздальский стол[200]. Можно полагать, что бегство Дмитриевичей по смерти Бориса Константиновича было связано с тем, что Василий I вознамерился передать Суздаль его сыну (предпочтя таким образом в качестве суздальского князя родным дядьям двоюродного).
Из сохранившегося актового материала следует, что в округе Суздаля в первой половине XV в. чересполосно располагались владения разных ветвей нижегородско-суздальского княжеского дома: здесь были села и Даниила Борисовича, и его брата Ивана, и потомков их дяди, младшего из братьев Константиновичей Дмитрия Ногтя[201] (последние, вероятно, наследовали полностью или частично и владения этого князя, занимавшие восточную часть Суздальского княжества – по pp. Ухтоме, Уводи и Тезе[202]), и сына Семена Дмитриевича Василия[203]; кроме того, со времен Юрия Даниловича Московского (великий князь владимирский в 1317–1322 гг.) близ Суздаля имелись великокняжеские села[204]. Вероятно, оставались на Суздалыцине и владения Василия Дмитриевича и его сыновей. Таким образом, исключение «нижегородской половины» Нижегородско-Суздальского княжества из владений местной династии резко усиливало дробление оставшейся за ними «суздальской половины» и было чревато внутридинастийными конфликтами.
Василий Дмитриевич после 1394 г. упоминается всего однажды – под 6911 г.: «тое же зимы преставися князь Василии Дмитриевичь Суждальскии, иже на Городце был»[205]. Очевидно, он примирился с московским князем и продолжал княжить в Городце до конца дней. Семен же до 1402 г. служил «8 лѣт… въ Ордѣ не почивая четыремъ царемъ: Тохтамышу, Темиръ-Аксаку, Темиръ Кутлую, Шадибеку, а все поднимая рать на князя великого, како бы налѣсти свое княженье»[206].
Реальной попыткой Семена Дмитриевича вернуть с ордынской помощью один из отчинных столов был его набег на Нижний Новгород с ордынским «царевичем» Ентяком осенью 1399 г.[207]. Семен и Ентяк сумели захватить Нижний 25 октября; но вскоре им пришлось покинуть город, опасаясь приближения московских войск. Эти войска возглавлял брат Василия I Юрий Дмитриевич. Он совершил трехмесячный поход на Среднюю Волгу, в ходе которого были взяты города Булгар, Жукотин, Казань, Кременчук[208].
