— Ну как, оценили? — спросил Романо и, дождавшись, когда Сюзанна растерянно заморгает, добавил: — И каковы результаты? Или же вернемся к вопросу о вашем умственном развитии?
— Не понимаю, при чем тут оно. Но если хотите знать точное значение, возьмите коэффициенты двух своих подруг, сложите их, умножьте на два и получите приблизительный ответ. — Мэтью довольно усмехнулся, и она добавила: — Я польщена, но не понимаю, почему вы спросили об этом.
— Все очень просто, мисс Мэдисон. — И Мэтью повернул ее лицом к себе. — Я намерен доказать, что вы ошибаетесь, и нашел отличный способ сделать это.
Сюзанна не успела ответить: губы Мэтью Романо коснулись ее губ. Они были теплыми, властными, завораживающими. Внезапно тело Сюзанны стало мягким и податливым, но вскоре она спохватилась и принялась вырываться. Мэтью не терпел насилия. Ему нравилось чувствовать, как женские сердца учащенно бьются, как его подруги вздыхают и тают в его объятиях. Он предпочитал заниматься любовью с теми, кто привлекал его не только красотой тела, но и духа. Сейчас он просто вознамерился наказать Сюзанну за дерзость. Она нанесла самый чувствительный удар по его мужскому самолюбию и должна была поплатиться за это.
Но он не учел нежность губ Сюзанны, аромат ее кожи, взволнованное биение сердца, упругость тела. Вместо старой девы в его объятиях очутилась воплощенная мечта. Но женщина продолжала вырываться, пора было отпустить ее. А Мэтью почему-то медлил. Ему хотелось погладить ее волосы, раздвинуть языком ее губы, обнять ее покрепче. Он так и сделал. Неожиданно он ощутил ответный поцелуй.
Да, она поцеловала его, этого самовлюбленного гордеца, которого презирала. Она почувствовала вкус его губ, их ошеломляющую нежность, аромат и крепость тела. «Что я делаю!» — мысленно воскликнула Сюзанна, но тут же вновь отдалась магии поцелуя, забыв обо всем на свете. Он крепче прижал ее к себе, она обняла его за шею. Откуда-то издалека доносился стук. Может, это стучали их сердца? Кто-то звал ее по имени. Но Мэтью продолжал впиваться в ее губы, постанывая, касаясь ее шеи. Она запустила пальцы в его волосы, охваченная безумным желанием, горя как в лихорадке. Едва он тронул ладонью ее грудь, Сюзанна выгнула спину и застонала. Мэтью торопливо просунул пальцы под ее тенниску и поднялся, не выпуская ее из объятий. Сюзанна чувствовала себя слабой и хрупкой в его руках. Ее переполняло вожделение. Она льнула к нему, отвечала на поцелуи, а он страстно повторял ее имя, не сводя с нее горящих глаз. Внезапно все ее тело пронзила дрожь: Сюзанна понимала, что отныне ее жизнь навсегда изменилась, но ни о чем не жалела.
Дверь с шумом распахнулась, послышался чей-то изумленный возглас. Сюзанна и Мэтью обернулись. У входа в зал застыли сотрудники редакции, глядя на них вытаращенными от изумления глазами. У Сюзанны сжалось сердце. О случившемся узнали сразу все ее коллеги. Она зажмурилась, потом открыла глаза и встретилась с пристальным взглядом Клэр. Да, вид у Сюзанны был еще хуже, чем раньше: одежда в беспорядке, лицо раскраснелось, губы припухли.
— Клэр, я понимаю, это выглядит странно, но... — Она осеклась и мысленно добавила: «Но я обезумела от поцелуя человека, которого еще недавно презирала всей душой». — Клэр, ты ждешь объяснений, но мне нечего сказать, потому что... — Вдруг она заметила, что Мэтью Романо держится совершенно свободно и непринужденно. Даже узел его галстука не сбился на сторону!
— Конечно, человеку, который только что пришел в себя, нечего сказать, мисс...
— Хейнс, — подсказала Клэр и перевела встревоженный взгляд на Сюзанну. — Ты упала в обморок? Но почему? Что произошло?
Сюзанна промолчала, предоставив Мэтью продолжать разговор.
— Это был просто шок, — невозмутимо произнес Романо. — Надеюсь, теперь все прошло, мисс Мэдисон?
Сюзанна кивнула, ноги у нее дрожали, она едва стояла.
— Какой еще шок? — недоумевала Клэр. — Сюзи, что происходит?
Сюзанна пригладила волосы, одернула тенниску, стараясь не смотреть на испачканную желе кроссовку и чувствуя себя школьницей-подростком.
— Спроси у мистера Романо, — отозвалась она.
— Мисс Мэдисон лишилась чувств, узнав, что у сотрудников «Шика» осталось всего четыре недели, чтобы поднять тираж.
Эти слова Романо были встречены сначала мрачным молчанием, а потом неистовым ликованием. Не радовалась только Сюзанна. Но потом и она кивнула и улыбнулась. Возможно, она и вправду недооценила Романо.
— Замечательно! — Клэр даже пританцовывала от радости. — А мы уже боялись, что теперь, когда вы с Сюзанной... — Она недоговорила.
— Я передумал, — пожал плечами Романо, — и этим вы обязаны мисс Мэдисон.
— Браво, Сюзи! — воскликнул Эдди. — Чем ты покорила мистера Романо? Цифрами и фактами? Или предложила новую рекламную кампанию? О, Сюзи умеет убедительно излагать свои идеи! — повернулся он к Мэтью, и тот согласно кивнул.
— Именно это она и сделала, — отозвался он, незаметно сжимая руку Сюзанны. — За последние несколько минут я убедился, что у нее истинный талант.
Сюзанна запротестовала:
— Нет, нет! Ничего подобного!
— Не скромничай, Сюзи, — перебила Клэр. — Мы же видим, ты победила.
— К счастью для вас всех, она умеет побеждать, — подтвердил Мэтью, и толпа сотрудников разразилась радостным гулом.
— Негодяй! — прошипела Сюзанна так, чтобы ее слышал только Мэтью. Он рассмеялся, потрепал ее по подбородку и покинул зал.
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
Тихо посвистывая сквозь зубы, Мэтью направился к лифту. Утро прошло удачно. Видела бы Сюзанна собственное лицо в тот момент, когда он поднялся из-за стола! На нем отразилось ее изумление и потрясение, а в карих глазах — настоящий ужас... Вернее, в ореховых... у нее ореховые глаза! Мэтью нахмурился. Черт возьми, какое ему дело до цвета ее глаз? Пожалуй, скорее они зеленые, и в них мерцают золотистые точки... Досадуя на самого себя, он шагнул в лифт и с силой надавил на кнопку. Лифт нехотя сдвинулся с места. И правда, при чем тут цвет ее глаз? Но ему упорно вспоминались не только глаза, но и нежные губы, шелковистая горячая кожа... Мэтью ощутил явное возбуждение. Чертыхнувшись, он машинально нажал на какую-то кнопку, и лифт вдруг застыл между восьмым и девятым этажами. Он раз за разом нажимал кнопку экстренного вызова, но никто не отвечал.
Скрестив руки на груди, Мэтью приготовился ждать. Он не мог понять, почему до сих пор думает об этой неряхе Сюзанне Мэдисон в кроссовках без шнурков, с растрепанными волосами и пончиком в зубах.
— Ты вел себя, как идиот, Романо, — буркнул он, глядя на свое отражение в отполированной двери. В стремлении отомстить он зашел слишком далеко и выставил себя на всеобщее посмешище. Чего ради ему взбрело в голову целовать Сюзанну? Он закрыл глаза и подумал, что этот поцелуй был не похож ни на один другой в его жизни, тем более что все произошло через десять минут после того, как он познакомился с Сюзанной, и чуть ли не в присутствии всей редакции. Неужели эта острая на язык, дерзкая женщина сумела воспламенить его? Но чем? Линялой тенниской, перепачканными джинсами и пресловутыми кроссовками без шнурков? Он невесело усмехнулся, снова выругался и почувствовал, как на лбу выступил пот.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
