Читаем без скачивания Няня для принцессы - Ольга Хмельницкая

– Запускай его домой, и посмотришь с ним «Аватара», – предложила Елена Варфоломеевна. – Все равно ты сейчас опять засядешь смотреть это кино.

– В сто четырнадцатый раз, – сказал Миша.

– В сто девятый, – поправила его сестра.

Артем зашел, испуганно таращась по сторорам и не веря своему счастью.

От оружия пахло машинным маслом и озоном. Кроки копал и копал на склоне, плавно понижающемся к реке, пока его лапа не задела что-то черное и железное.

– Ага, – сказал Кроки.

Его лапу обожгло, крокодил отпрянул и присмотрелся. Сталь была покрыта чем-то скользким и прозрачным, как сопли.

– Сухопутная медуза, чтоб ее, – подумал Кроки.

Медуза устроилась прямо на BFG и смотрела, усмехаясь, на крокодила всеми своими пятьюдесятью белесыми глазками.

– А ну кыш! – строго велел Кроки.

Глазки осмотрели крокодилью фигуру, увидели, что огнемета нет, и успокоились.

– Кыш, кому говорят! – прикрикнул аллигатор.

Медуза зевнула десятком крошечных ротиков.

– Сейчас достану огнемет, – сказал Кроки грозно.

Медуза подмигнула и устроилась еще удобнее.

– Уходи по-хорошему, – проговорил крокодил.

Медуза закрыла глаза и задремала. Крокодил задумался. Медузы боялись огнеметов и любили печенье, но у него не было ни того, ни другого. Стряхивать ее с оружия силой не имело смысла, она сильно жалила, и после полдюжины укусов наступал паралич, а паралич – это последнее, чего сейчас было нужно крокодилу.

– Медуза, ну будь человеком, – сказал Кроки. – Отдай BFG. А я буду должен тебе коробку печенья. Завтра принесу.

Медуза открыла десяток из своих пятидесяти глаз и посмотрела на крокодила заинтересованно.

– Утром печеньки, вечером оружие, – произнесла она.

Теперь у нее были закрыты сорок девять глаз, остался открытым один, пятидесятый, дежурный.

– Мне нужен этот BFG, чтобы штурмовать гору. Там, где зомби, – сказал крокодил. – Тебе же не нравятся зомби?

Медуза открыла все глаза. Она заинтересовалась.

– Гору будешь штурмовать? – спросила она. – Один, что ли?

И она закрыла десять глаз.

– Надо, – сообщил Кроки. – Дай BFG!

– Может, и отдам, – согласилась она, – если ты возьмешь меня с собой.

Внезапно она всхлипнула.

– Ненавижу зомби. Там в подземелье томится моя бабушка. Король сажает в тюрьму все, что движется, чтобы потом выгодно продать, спекулянт проклятый.

Она торопливо вылезла на поверхность, отряхивая землю со своего желеобразного тела.

– Погоди, я не соглашался тебя брать, – строго сказал Кроки. – Мы договаривались только на печеньки.

– Я тебе пригожусь, добрый молодец, – заискивающе проговорила медуза. – И я тебе еще запас оружия покажу тут неподалеку.

Реснички на ее глазах вытянулись и выразительно задрожали.

– Только не реви, – буркнул Кроки. – Залезай, поедем.

Медуза втянула свои жалящие усики и растеклась тонким слоем по броне Кроки. Крокодил взял BFG, повернулся и посмотрел на гору, видневшуюся на горизонте. Времени было мало. Он сосредоточился, пытаясь нащупать сознание принцессы. Ему это никогда не удавалось, он был солдатом, телохранителем, бойцом, пусть и с сильной интуицией, но он никогда не пытался мысленно с кем-то связаться.

Ничего не получилось.

– Не умею, – подумал он.

Он снова сосредоточился. На этот раз Кроки не пытался ничего сказать. Он просто думал о том, что когда-нибудь станет старым седым аллигатором в кресле-качалке в окружении маленьких бойких крокодильчиков. Что вокруг пахнет кофе и пирогами, а на кухне шипит на сковороде мясо. И что вокруг безопасно, ни одного зомби, никаких шипастых корней, никаких летающих ежей, никаких сухопутных медуз… и принцесса будет с ним, и все будет хорошо.

– Я скоро приду, дорогая, – подумал он, оскалив зубастую морду.

– Бабушка, я иду! – пискнула медуза.

Если для этого надо будет уничтожить всех зомби до единого, значит, так тому и быть.

Принцесса стояла перед королем зомби. Ее топ был изорван, на джинсах виднелась дыра, из ссадины на колене кое-где сочилась кровь. Было темно и тепло, только кое-где неровно горели инфракрасные свечи, бросающие тусклые бордовые отблески на стены.

– Иди сюда, – велел король.

Его длинные руки изгибались, корчились, пальцы змеились, как щупальца осьминога.

– Зачем? – спросила принцесса.

Она облизала верхнюю губу. Там еще оставался легчайший привкус слюны Кроки.

– А просто так, – сказал король зомби. – И раздевайся, раздевайся… тут жарко. Или еще свечей зажечь?

– Не надо, – произнесла принцесса, отступая назад. – И мне не жарко.

– Я планирую продать тебя тем тварям с Бетельгейзе, – сообщил король. – Они предлагают за тебя офигенную кучу бабла и ресурсов. Уран, оружие, еда, золото, вода чистая. Все, что угодно. Я начал торговаться, они готовы добавлять и добавлять. В общем, я еще поторгуюсь и тебя продам. Но… не сразу.

Он ухмыльнулся, и его длинные пальцы заплясали в воздухе.

– В общем, раздевайся, – сказал король, – или тебе здесь не нравится? Хочешь в спальню? Или, может, в душ? Или на свежий воздух? Я готов пойти тебе навстречу насчет места.

Он захохотал, и его длинное черное тело изогнулось и затряслось.

– Сколько счастья сразу, – проговорил король, наклоняясь к ней и вращая белыми глазами, – и плотское удовольствие, и бабло, и ресурсы. И все за одну сисястую принцессу. Я смогу нарастить армию, перевооружить ее и… насладиться. Думаю, за пару недель ты мне наскучишь. Но не раньше.

Было жарко, очень жарко. С девушки потоками лил пот, как в сауне, попадал в глаза и щипался. Майка прилипла к телу. Когда соленый пот попадал в ссадины, становилось совсем плохо.

– Иди к черту, – сказала она.

– Да ладно, – хохотнул король, – тебе все равно некуда деваться. Кроки твоего таки грохнули, хотя я потерял на этом полвойска.

– Герой, – буркнула принцесса.

– Убить телохранителя с рейтингом в сто пятьдесят четыре процента – это круто, да, – заулыбался король, и его извивающийся палец потянулся к принцессе. – Он расслабился. Влюбился, наверное. Тут ему и конец.

Черный палец вытянулся, как щупальце, и обвился вокруг талии принцессы.

– Иди ближе, – прошипел король, подтягивая ее к себе, – мне уже надоело ждать. Я столько сил угробил, чтобы тебя заполучить, столько воинов уложил. Теперь сделай все по первому классу.

Второе щупальце – рука нырнуло принцессе под майку. Она попыталась вырваться, но щупальце, обвивающее ее талию, слегка сдавило ее тело, и у принцессы перехватило дыхание. Толстая черная змея под майкой обвилась вокруг правой груди.

– Убери, – сказала принцесса.

– Любишь зелененьких? – вкрадчиво спросил король зомби. – А черненьких нет?

Еще два щупальца обвились вокруг ее рук, лишая принцессу возможности сопротивляться.

– У меня их еще шесть, – сообщил король. – Если ты не будешь сопротивляться, я буду нежен.

Теперь он был совсем рядом, и от него пахло розмарином так сильно, что принцессу чуть не стошнило.

На конце пятого щупальца появился острый коготь, который разрезал майку на принцессе сверху донизу.

– Как красиво, – сказал король зомби.

Шестое щупальце обвилось вокруг ее левой голой груди, седьмое коснулось губ и проникло в рот. Принцесса немедленно сжала зубы, сильно прикусив черный гибкий шланг.

– Рррр! – выдохнул король.

Щупальца мгновенно напряглись, как стальные канаты, вызывая сильную боль.

– Я предупреждал, – произнес зомби. – Ты будешь наказана.

Он наклонился и прикусил ей сосок.

Принцесса немедленно ударила короля ногой, попав в колено.

– Хе-хе, – сказал король, – на самом деле такой ты мне нравишься еще больше. Седьмое щупальце обвилось вокруг ноги принцессы, восьмое нырнуло в джинсы. Что-то прошелестело за спиной короля.

– Чего тебе надо? – прорычал зомби, оборачиваясь. – Не видишь, я занят?

– Там Кроки, – сообщил маленький юркий зам, стараясь не смотреть на голую грудь зажатой щупальцами принцессы и краснея от открывшегося ему зрелища, – поднимается по западному склону. Он уже укокошил парочку наших.

– Почему вы мне раньше не сказали? – зарычал король.

– Ждали, пока вы закончите, не хотели мешать, – вздохнул тощенький зам. – Но когда поняли, что дело у вас затягивается, осмелились сообщить.

– Глупцы, – рявкнул зомби.

Он втянул щупальца, принцесса упала на пол.

– Пойдемте. Я хочу сам с ним разобраться.

– Кроки, – сказала принцесса, заплакав от счастья и облегчения, – он жив.

Откуда-то повеяло свежим ветерком, кофе, пирогами, где-то зашипело на сковородке мясо… Принцесса подтянула колени к груди и сжалась на полу в комок.

– У меня все не идет из головы эта твоя печальная история про свадьбу, когда двое повесились, когда им запретили пожениться, – сказал папа.

– Я потом несколько лет не ходила на свадьбы, – произнесла мама. – Боялась трупов.