Исцарапанное лицо старого служаки сияло.
Он прошел с юношей в лавку, где среди сигарных ящиков уже восседала за конторкой Элодия Лера, успевшая прийти в себя после передряги.
— Вы часто выражали желание расстаться со мной, — сказал ей слегка насмешливым тоном жандарм. — Желание это сегодня исполняется. Я уезжаю с Фрике, оставляю вам все деньги, какие есть в доме, беру только двести пятьдесят франков — пенсию за крест. Можете подавать на развод — протестовать не буду. Надеюсь, что за время моего отсутствия примут закон, упрощающий расторжение брака. Счастливо оставаться!
— Скатертью дорога! — взвизгнула мегера, испытывая, однако, смутное беспокойство. Ей было очень не по себе, хотя она и старалась это скрыть.
— Спасибо.
Фрике тем временем насвистывал — правда, очень фальшиво, — легендарную арию господина Дюмолле, подходящую к случаю.
В тот же вечер два друга поехали на Сен-Лазарский вокзал и сели в поезд, отходящий в Брест.
ГЛАВА 5
«Голубая Антилопа». — Экипаж яхты. — Ее снаряжение. — Последний день на суше. — Приход почтальона. — Пакеты с вложением. — Нас только трое!
Прошло два месяца. Наступило 31 октября. На следующий день экспедиция Бреванна и его друзей должна была тронуться в путь.
Андре, благодаря своим необыкновенным организаторским способностям, неутомимой энергии и огромному богатству, в короткий срок запасся решительно всем для задуманного путешествия.
Услав Фрике в Брест нанимать команду, Бреванн снял квартиру в Гавре и связался с крупнейшими морскими агентствами Франции и Англии, в которых сосредоточены все сведения по части найма, постройки и покупки коммерческих кораблей. За хорошие комиссионные одно из агентств вскоре уведомило его, что в Брайтоне[26] продается отличная яхта. Описывая это судно, маклер не утаил и причин его продажи.
Построила яхту в Ливерпуле два года назад фирма «Шау, Тернер и Бангем» по заказу богатого баронета, страдавшего сплином. Путешествовать ей довелось всего два раза: в Капскую землю[27] и на Ближний Восток. Плавание по морю не избавило ее владельца от хандры; тогда он прибег к другому, также чисто английскому средству борьбы с недугом — к веревке, которая и спасла его от тягостного мизантропического[28] существования. Повесился ипохондрик[29] на рее своего корабля в день возвращения из плавания, удалив предварительно весь экипаж.
Наследники очень обрадовались, а яхту сейчас же решили продать.
Андре не признавал суеверий. В тот же день он купил в Дьеппе место на пароходе до Ньюхейвена, из Ньюхейвена проехал по ближней дороге в Брайтон, нашел судно, тщательно все осмотрел, сторговался и тут же уплатил наличными.
Наняв лоцмана с четырьмя матросами, чтобы довести судно до Гавра, миллионер исполнил необходимые формальности, закупил провизии и поплыл обратно к нормандскому берегу. Через восемь часов он уже был в Гавре и за этот короткий переезд убедился, что сделал чудную покупку.
«Яхта для увеселительных прогулок». Читатель, вероятно, сразу представил себе нечто хрупкое, несолидное, рассчитанное только на красоту, а не на крепость и силу. Нет. Приобретенное судно было выстроено чрезвычайно прочно. Типом оно напоминало трехмачтовую шхуну с прямыми парусами на бизань-мачте[30] и с косыми латинскими — на гроте[31] и фоке[32]. Длина кормы составляла пятьдесят метров, водоизмещение — пятьсот сорок тонн. Мощность двигателя равнялась семидесяти двум лошадиным силам[33], а скорость достигала десяти с половиной узлов[34]. Угольные камеры вмещали по восемьдесят пять тонн угля при расходе около четырех тонн в день.
Из сохранившегося корабельного дневника стало известно, что яхта ходила в среднем со скоростью восемь с половиной узлов, — другими словами, делала от четырнадцати до пятнадцати километров в час.
Таким образом, купленное судно оказалось крепким и надежным, пригодным для плавания в океанах даже в шторм.
Новый владелец сохранил название, данное яхте англичанином-меланхоликом[35], хотя оно для непосвященного не представляло никакого интереса — «Блю-Бок», что значит «Голубая Антилопа». Эта антилопа, известная в науке под названием antilope caeruloea, водится в Южной Африке, в Капской области, и очень ценится местными жителями как дичь. К судну, предназначенному для охотничьей экспедиции, такое наименование подходило как нельзя более. Оно было написано голубыми буквами, по золотому полю на доске, прибитой у кормы, а спереди корабля красовалось резное изображение грациозного животного.
Машина и оснастка были в хорошем состоянии. Требовались лишь незначительные изменения, и, если бы не внутренняя переделка для устройства семи пассажирских кают, новому судовладельцу не о чем было бы и заботиться. Не будучи профессионалом, Бреванн обладал довольно обширными познаниями в навигации[36]. Он их приобрел во время многочисленных морских путешествий. Когда другие пассажиры спали, ели, пили, играли в карты, не зная, как убить время, Андре пользовался каждой свободной минутой для изучения технической и практической сторон мореходства. В результате он хотя и не имел звания капитана, но, по сути, мог выполнять его функции. Решено было, что помогать ему станет опытный шкипер дальнего плавания, нанятый для проводки корабля по заранее указанному курсу, но с условием не вмешиваться в руководство экспедицией. Еще недавно этого нельзя было сделать и кораблем имел право управлять только ответственный патентованный капитан, но незадолго перед тем вышло распоряжение, по которому для прогулочных судов устанавливался целый ряд исключений из общего устава торгового мореплавания.
Фрике выполнил порученное ему дело очень удачно. Он подобрал образцовую команду из бретонцев-матросов, бывших в восторге от того, что им предстоит отправиться в путь на корабле, где нет товаров, с погрузкой и выгрузкой которых обыкновенно приходилось много возиться. К назначенному дню моряки прибыли в Гавр на представление судовладельцу. Тот сейчас же препроводил их на борт.
Всю команду обуяла страсть к чистоте. Они принялись мыть, чистить и скрести корабль внутри и снаружи, от киля до верхушки мачты. Реи, паруса, канаты, все снасти были внимательно осмотрены и, где надо, старательно подправлены, все пазы заново проконопачены — яхта сияла как новенькая.
Началась заготовка провизии и топлива. Угольные камеры и емкости для пресной воды, кладовые и камбуз наполнились до отказа.
