– А как же загар? – вспомнила я русских и американских красавиц, часами загорающих на пляжах.
– О загаре мы думаем все время, – по-своему поняла меня Соня, – бережем от него лицо. Когда на улице солнце, ни одна уважающая себя женщина из дома без зонта не выйдет.
– Рост, нос, глаза, кожа, – подытоживаю я наш разговор. – Что еще важно в женской красоте? Фигура?
– Нет, фигура большого значения не имеет. Мы же все худенькие, тонкокостные. Правда, иногда встречаются толстушки, но очень редко.
– А ноги?
В свое время Пушкин сокрушался, что по всей России не сыскать две пары стройных женских ног. Интересно, что бы он сказал о китаянках?
– А что ноги? – удивляется Соня. – По-моему, никто на них внимания не обращает.
Да уж, это точно. Иначе не носили бы модницы короткие юбочки, обнажающие и подчеркивающие огурцеобразное пространство между коленками. Отсюда, кстати, даже у самых привлекательных женщин не очень красивая походка, слегка вразвалочку. Интересно, что у молоденьких городских девушек этот дефект меньше, а в центре Тайбэя, на улицах я пару раз даже встретила совсем прямые женские ноги. Как и почему изменяется эта генетика, сказать не могу.
Я еще хотела спросить Соню, почему у многих девушек неровные зубы. Но передумала: сама она была бы прехорошенькой, если бы ее передние зубки не налезали друг на друга. Соня, однако, их не стеснялась, как и другие девушки с тем же недостатком. Правда, у двух-трех студенток я все-таки увидела брекеты. Но они, кажется, недавно вернулись из Америки. Остальных это явно не беспокоило.
«А что ценится в мужской красоте?» – этот вопрос я задавала нескольким своим студенткам, но внятного ответа не получила. Как правило, они отвечали, что внешность для мальчика дело десятое, но раз уж я так настаиваю… И дальше шел примерно тот же ряд критериев – высокий рост, круглые глаза, длинный нос. Спрашивать «блондин или брюнет» смысла не имело: брюнеты здесь все. Хотя именно у мальчиков – кажется, даже больше, чем у девочек – принято красить волосы. Я встречала и рыжеватых шатенов, и выбеленных блондинов.
Кстати, насколько мне удалось заметить, студенты не меньше, чем студентки, внимательны к одежде, как сказали бы у нас, к своему «прикиду». Впрочем, тайбэйцы лет до 50, а часто и старше, вообще большие модники.
– Как вы отличаете тайваньца от китайца с материка? – спросила я Нину.
– По одежде. Они, если только не из Пекина, Харбина или какого-нибудь другого крупного города, совершенно не следят за мировой модой.
Тайваньцы же стараются не отставать от мировых тенденций. На их худеньких изящных фигурках (без учета ног) все эти брючки, маечки, пиджачки сидят очень ловко. При огромном количестве товаров в магазинах и на рынках здесь совсем несложно подобрать правильную цветовую гамму – одежда, сумка, туфли, поясок, все в тон. И, скажем, Таня меняет свои туалеты, а с ними и стиль, едва ли не каждый день. И делает это очень умело.
Но и пожилые дамы, например профессора университета, стараются не отстать от моды: их шляпки, шарфики, украшения вполне соответствуют последним образцам, предлагаемым модными журналами Европы.
Вся эта хорошо одетая публика особенно заметна по вечерам на главных «прогулочных» улицах вроде Ксимен, Данхуа Роуд, Фуксин. Разнообразие нарядов хорошо дополняется форменной одеждой школьников и студентов профессиональных колледжей. Форма не только не скучна, наоборот, она яркая по цветовым сочетаниям, оригинальная по покрою и весьма разнообразная. Учеников одной школы сразу отличишь по красным с золотом пиджакам и шортам в клетку-шотландку. А ученицы из другой щеголяют в длинных юбках колоколом и в бело-черных пелеринах. Попадаются иногда прохожие и в национальных костюмах. Обычно это либо люди пожилые, либо, наоборот, очень молодые. Например, на углу Ксимена почти каждый день стоит старик в костюме баньфу, он продает китайские национальные корзинки. А молодые девушки в национальных платьях – это участницы народных ансамблей.
Кто им нравится?
Девочки наряжаются, наводят макияж. Мальчики делают фасонистые прически, красят волосы. Для чего это все? Ну конечно, чтобы понравиться друг другу. А что на самом деле им друг в друге нравится? По каким критериям определяются симпатии? У меня на магнитофоне десятки интервью с молодыми людьми от 18 до 25 лет.
Преимущественно это студенты, аспиранты и начинающие специалисты. То есть образованная часть тайваньской молодежи. Они, конечно, не отражают взглядов всех своих сверстников. Но, я думаю, что по их ответам можно все-таки уловить ведущие настроения и тенденции. Итак, что же им нравится друг в друге?
Мальчики
Чен Шен-шоу– 20 лет, урожденный тайбэец, сын известного в городе врача. Несмотря на свой возраст и свою занятость в университете, где он готовится к карьере дипломата, уже успел стать лауреатом нескольких конкурсов скрипачей, в том числе международных. Он интеллигентен, обаятелен, хорошо воспитан, к тому же обладает прекрасным чувством юмора. Думаю, что путь в дипломатическую сферу он выбрал правильно.
– Что для меня важно в девушке? – переспрашивает он меня. – Чтобы она всерьез относилась к учебе. Карьера в наше время для девушки так же важна, как и для юноши. Я сам трудоголик, хотелось бы, чтобы и моя девушка была трудоголиком: так нам будет легче понять друг друга. Она не станет обижаться, что я уделяю ей меньше внимания, чем работе. Еще она должна уметь себя вести в любом обществе. Быть не снобом, но и не простушкой. Внешность? Ну, это большого значения не имеет, пусть будет просто симпатичной.
Чен Пен-лин – его друг, 21 год, приехал из небольшого провинциального городка на юге Тайваня. Он тоже любит музыку, но другую: играет на гитаре в рок-группе. Он совсем не похож на друга, очень серьезен, молчалив; со своей будущей профессией еще не определился.
– С девушкой прежде всего хотелось бы найти общие темы для разговора. Как только моя новая знакомая начинает меня спрашивать: «Как я сегодня выгляжу?» или «Тебе нравится моя губная помада?» или еще: «У меня не потекли ресницы?» – у меня сразу же пропадает к ней интерес. Такую я мог бы найти и в своем городке, но я ведь приехал в большой город, в столицу, правда? Приехал с надеждой, что здесь найду умную подругу, которая, так же как и я, много читает, у которой широкий круг интересов. Да, и еще для меня очень важно, чтобы у нее была грамотная речь и хорошее столичное произношение. Внешность? Мне, если честно, кажется, что все девочки красивые. Но я обращаю внимание в первую очередь на тех, у кого длинные волосы.
Чен Чен-хоэй – аспирант, 24 года, в Тайбэе живет давно. Он занимается наукой и сотрудничает с фирмой, в которой собирается трудиться после защиты диссертации. Он твердо стоит на ногах, знает, чего хочет, работает на свою карьеру много и напористо, что, впрочем, не мешает ему быть большим сердцеедом: девочки от него без ума, и я их понимаю. Мужественность у него как-то естественно сочетается с душевной теплотой. Он всегда готов услужить. Меня перед началом лекции каждый раз встречает полупоклоном и словами: «Happy to see you, teacher!» При этом он несет либо кружку зеленого чая, либо баночку с соком, либо какую-нибудь сладость. Так же обходителен он и с девочками, и, мне кажется, каждая думает, что – только с ней. Он охотно пользуется этим расположением:
– Девочка должна иметь легкий характер. И, конечно, обязательно быть веселой. Внешность? Я люблю пухлые щечки. Знаете почему? Потому что на таком лице часто играет улыбка. А что может быть приятней улыбающейся девушки?
У Мон Йи – 25 лет, из большой семьи небогатого фермера, из далекой от Тайбэя деревни. Вопреки сопротивлению родителей и уговорам старших братьев и сестер, он вырвался в столицу, сдал экзамен в университет и теперь заканчивает аспирантуру. С девушками у него как-то не ладится. Ему нравятся серьезные отличницы, а им он – не очень. Возможно, из-за своей деревенской наивности, от которой он еще не избавился.
