— А я его сейчас утоплю! — в ярости скинула с себя промокшую одежду Эрма и устремилась вслед за «злодеем». Хорошо, что она худенькая, от нее брызг почти не было.
— Меня подожди! — побежала за ней Мейфенг.
— Присоединимся? — Аша повернула голову в мою сторону.
— Спрашиваешь, — улыбнулся я, аккуратно снимая с себя подаренную тунику. Аша последовала моему примеру, и вскоре мы с ней остались абсолютно голые. Впрочем, как и все здесь. Кроме Фидия. Он, кажется, вообще уснул. Я протянул Аше руку, она игриво взяла мою ладонь своими длинными пальцами со множеством колец, мы сделали два шага вперед и затем прыгнули в мою родную стихию.
Там девочки уже весьма активно топили Неокла. В рамках игры, само собой. Да и пока я здесь, никто точно не утонет. Но сейчас его жизни ничто не угрожает, а легкую порку он заслужил.
— Поплаваем? — предложил я Аше.
— Спрашиваешь, — ответила подруга в моей же манере.
Ашу нельзя назвать такой же поклонницей воды, как меня, но она периодически составляла мне компанию в моём любимом хобби. Хотя обычно при этом не топили Неокла на фоне. Просто медленное и тихое совместное перемещение в бассейне.
— Сдаюсь! Марк, спасай! — раздался жалобный стон.
— Девочки, заканчиваем, он своё уже получил! — приказным тоном обратился я к Эрме и Мейфенг, решив всё же помочь маленькому засранцу. Карательницы тут же умерили свой пыл, мы с Ашей подплыли ко всем, ближе к краю бассейна. Здесь было неглубоко, все могли спокойно стоять на своих ногах. Впрочем, я в любом месте мог дотянуться до дна.
Неокл быстренько вылез на бортик и, светя своим голым задом, разлил всем остатки вина, затем начал аккуратно передавать их нам.
— Только не пролейте, пожалуйста, — вновь взмолился я.
— Опять боишься, что тебе, бедненькому, убирать всё придется? — пыталась подколоть меня Эрма.
— Нет, мне просто жаль, если хорошее вино пропадёт! — рассмеялся я, красавица тоже хихикнула. Все, стоя в воде и держа стаканы, собрались в тесный круг. — Я речь не готовил, но можно произнесу пару слов?
Все кивнули и уступили мне право тоста.
— Хочу поблагодарить вас, друзья, за наш совместный путь, — начал я, стараясь подбирать красивые слова, несмотря на усталость и легкую степень опьянения. — Временами эта дорожка была извилистой и ухабистой: с Неоклом мы ночами готовились к экзаменам, с Фидием, который сейчас мирно спит на лежаке, мы чуть ли не в половине Дома косметический ремонт выполнили. Включая квартиру Эрмы и Мейфенг.
— За это вам вечный почёт! — подняла вверх кубок Эрма.
— С Эрмой и Фестусом мы активно участвовали в общественной жизни, — продолжил я погружение в воспоминания. — А с Ашей… с Ашей мы просто шли рядом всё это время, преодолевая все преграды и поддерживая друг друга… все вы стали мне родными людьми. Поэтому я хочу поднять сей скромный стакан прекрасного вина за вас!
— И за тебя! — чокнулась со мной Аша.
— За нас, — поддержал Неокл.
— За Нас! — прокричала Эрма.
— ЗА НАС!!! — боевой клич хрупкой Мейфенг заставил всех вздрогнуть, а затем рассмеяться. От тихой и незаметной азиаточки такого никто не ожидал. Надеюсь, всё у неё хорошо сложится…
Мы решили ещё немного поплавать, чтобы как-то нивелировать день обжорства (и просто ради веселья). Я включил музыку в проигрывателе, установленном в подсобном помещении. Четыре колонки размещены по периметру под потолком, поэтому им ничего не угрожает, да и громкость везде одинаковая. Очень полезное приобретение, я его на совете Дома долго пробивал. В итоге воспитатели здесь стали зависать ещё чаще, чем раньше. Но я не жалею. Ведь все посетители теперь могут наслаждаться песнями во время занятий в бассейне. Позже и в детском «лягушатнике» установили такую же систему. А потом и другие дома начали брать с нас пример.
— Марк, можно тебя? — подловила меня Мейфенг, когда я проплывал рядом.
— Меня можно даже и не спрашивая, — резко сбавил я темп и подплыл к ней поближе.
— Я… хотела поблагодарить тебя, — нерешительно произнесла девушка.
— Да ерунда, — махнул я рукой, попав по воде и забрызгав наши лица.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Нет, это неправда, — тут же возразила она. — Ты и в биологии мне помогал, и с тем самым ремонтом, и всегда меня защищал.
Про «всегда» — это она перегнула, конечно. Так, было один раз несколько лет назад. Когда мелкие бараны вроде Гнея издевались над её происхождением. Вообще нас учат абсолютной расовой терпимости, но некоторые люди, видимо, очень плохо учатся. Я просто мило попросил этих необучаемых не лезть к моей подруге. И, о, чудо! Благодаря моей методике они обучились с первого раза.
И им ещё невероятно повезло, ведь заметь такое кто-то из воспитателей, их дальнейшая судьба превратилась бы в полную задницу. Поэтому я, можно сказать, улучшил качество жизни сразу трём людям.
— Да не за что. Наверное, я не видел иных вариантов поведения для себя, — спустя какое-то время ответил я в лучших традициях детерминизма. — Ты, если не секрет, расскажи, что у тебя в личной жизни?
— А что у меня в личной жизни? — попыталась сыграть в невинность Мейфенг.
— Ой, да брось, мне можешь рассказать. Я же скоро всё равно уеду.
— Ничего у меня в личной жизни, — вздохнула азиаточка.
— Видимо, некоторые люди просто не хотят, чтобы потом было слишком больно от неизбежного расставания, — сделал я весьма логичный вывод.
— Но это глупо! Страдать сейчас, чтобы не страдать потом!
— Согласен, глупо… — задумался я.
— А у вас с Ашей как? — знал, что этот вопрос всплывёт. И очень его боялся.
— Я не знаю, — мы подплыли к дальнему борту и, держась за него, продолжили делиться друг с другом чувствами и мыслями. — Сейчас мне хорошо с Ашей. Очень хорошо. Но скоро этого не будет.
— Завидую я вам, ребята, — печально улыбнулась мне подруга. — Я тоже хочу, чтобы сейчас мне было хорошо.
— Шанс на счастье есть всегда, — ответил я улыбкой. — Не упусти его.
Мейфенг лишь кивнула мне, но, кажется, её маленькие глазки слегка сверкнули. Она добрая девочка, весьма и весьма умная, просто редко это показывает. Вероятно, слегка комплексует из-за происхождения. Хотя у нас в Доме где-то шесть десятков вылитых сересов. Ещё у тридцати-сорока корни весьма спорные. Вообще я плохо понимаю людей, которые кучкуются по национальному признаку. У всех нас одна национальность. Мы — римляне.
— Голубки, вы выходить собираетесь? — сквозь бодрую музыку донесся голос Эрмы. Да, права она. Я уже слегка замёрз в воде, несмотря на её комфортную температуру. Слишком долго мы не выходили на берег.
Выйдя из бассейна, я быстро обтёрся сам, затем помог подняться Аше и вытер её дрожащее тело сухим полотенцем.
— Спасибо, — синими губами произнесла она, когда я закончил дело и накинул полотенце на её плечики.
— Зачем ещё нужны друзья, если они не могут согреть? — усмехнулся я.
— Ну, так согрей меня, — весьма плотно прижалась ко мне Аша. И да, из одежды на мне было только полотенце на плечах.
— Придется, я же хороший друг, — рассмеялся я, весьма обрадованный сложившими обстоятельствами.
— Кстати, я переговорила с Эрмой, — кивнула Аша в сторону девочек. — Она предложила погреться с нами сегодня. Втроём.
— А ты этого хочешь? Или предпочтешь греться вдвоем? — серьёзно спросил я.
— Как ты захочешь.
— Тогда вдвоём, — подвёл я итог нашей весьма двусмысленной беседы. Такое решение мной принято не из-за Мейфенг. Просто сейчас я хочу быть именно с Ашей. Возможно, в будущем я пожалею об упущенной оргии с двумя самыми потрясающими девочками Дома, но это будет потом.
— Только Фидия до его комнаты донесём сначала, — подруга повернулась в сторону дрыхнувшего парня.
— Обязательно. Но сейчас не порть прелесть момента, — я положил ладонь на щечку Аши, наклонил голову, затем наши с ней губы медленно двинусь навстречу друг другу, а после нежно соприкоснулись…
Глава 9
Пробуждение от боли в каждой клетке тела более чем неприятно: в мозге от алкоголя, в ногах от танцев, в руках от плавания. Но пробуждение с головой прекрасной девушки на грудной клетке перечёркивает все минусы. Правда, это добавляет неприятных ощущений, ведь ещё и половина тела затекает.
