соки
из моллюска тишины,
прямо на холст — на алчущее
дно,
затем пустить чернильное пятно,
и обернуться вспышкою
затменья…
18.10.18
Язык
пересыхают даже реки,
что ж говорить о языке,
когда при засухе в виске
заглавные и прописные буквы
плетутся из последних сил,
как будто бедуины к Мекке
среди пустыни белой, где
ни капли, ни малейшего намека
на тень или спасительный оазис,
лишь тянутся и тянутся барханы
гряда к гряде, гряда к гряде,
дремоту чередуя
с миражами на песке…
найти бы листик, хоть колючку,
дождаться утренней росы,
когда регистр переключит
каретка… зазвенит как ключик
на связке… бросит губы на весы,
и оживет язык — уже навьючен
глаголами, дыханием
древнее междуречья,
готовый снарядить в поход
босые буквы, чьи басы,
контральто, тенора, сопрано…
бурлят рекою
человечьей речи…
22.10.18
Тчк
ведет себя как червоточинка
чернеющая на бумаге
точка,
пускает трещинки,
ломая белизну,
по этим капиллярам рвутся,
рвутся прочерки,
заглатывая жадно
пожара прошлого
блесну,
возврат к истокам
подражает колесу –
мелькают спицы,
разбегаясь от зрачка,
глазное яблоко
вращается на древе,
и бродят, бродят соки
в его чреве,
как будто уже вырвана
чека,
и сочиняет спешно телеграмму:
не поминайте лихом
тчк
01.11.18
Питон
орнамент на спине питона
своими мускулами
перемалывает все,
что на пути извилистом лежит,
узоров изощренных тонны
переливаются с хвоста
до головы легко!
живой мозаикой перетекает яшма
в мощный малахит,
свивает кольца гнездами теней,
из них появятся на свет
оттенки звездной ночи…
что шорох шепотом пророчит –
восход лучей, падение комет?
питон сжимает кольца
все сильней…
14.12.18
Скарабей
карабкается в гору скарабей,
прокручивая,
ловко укрощая кручи,
лучами лапок окунаясь в раскадровку
вращения земного шара
со всей его крутой экипировкой,
вокруг невидимой оси,
затерянной в песках зыбучих,
но вылезающей из всех щелей,
пытаясь бросить вызов
даже тучам…
далек от этих катаклизмов
скарабей,
он просто катит, катит
литосферу,
лишь мудрость внутреннего гласа
согласен принимать на веру,
все остальное отвергает –
хоть убей,
и никакого спуску не дает
своим сомнениям
дремучим…
04.11.18
Архаика
хореография архаики неспешно
нанизывает па, купаясь в дежавю,
предпочитая шагом взвешенным,
сугубо пешим
пространству времени
напоминать его судьбу,
ни бурь, ни натиска, ни ярости, ни шума
изломанных движений
в стиле «ультра-си»,
спокойно снисходительная дума
прогрессу намекает –
подальше колеси…
взрывай устои, покоряй орбиты,
крути сверхзвуковые фуэте,
наступит срок — все карты будут биты,
разбросаны винтажно
по земле…
21.11.18
Лебедь
заморыш неуклюжий,
приземленный,
беспомощный перед вращением
Земли,
стопа и та –
словно листочек клена
трехпало, лапотно,
чуть удивленно
тачает очертания свои…
напрасны были опасенья
по поводу давления небес,
чудесным образом замес
из воздуха и тяги оперенья
позволил свергнуть с пьедестала
вес,
и вознестись легко и вдохновенно,
расправив крыльев мощные лучи,
величественным лебедем
в пылу благословенном…
сплетай гармонии тугие,
лети, лети как литургия,
земные неподъемные стихии
небесной красотой
лечи!
02.12.18
Желтые жилеты
у Сены нет кисельных берегов,
не молоко
облюбовало ее русло,
с недавних пор,
как не было бы грустно,
Париж напоминает
скотный двор,
о, время — изощренный вор,
ты умыкнуло главное –
достоинство и славу,
подбросив низменный раздор,
погромов и пожаров лаву,
по Елисейским тлеющим
полям
забросившую щупальца
до Триумфальной арки,
вместилище величия
теперь лишь разжигает месть,
ее резоны резки, ярки,
лишился головы Наполеон
за то, что был воинственно-упрям,
и Марианне желтые жилеты
припомнили грехов не счесть,
исчезли сразу с ее щек
обворожительные ямки…
06.12.18
Россыпь гениальных нот
из-за назойливых узоров
дорожки звуковой –
по сути — саунд-трека
к полету озабоченного золотом
нектара
неистово жужжащего
шмеля
все знают оперу
о сказочном Салтане,
но под покровом тайны
остается пустячок –
а предлагал ли Римский-Корсаков
хотя бы символический
целковый
шмелю за россыпь
гениальных
нот?
16.01.19
Эскиз метели
три четверти… спокойней,
не вертись,
протри глаза,
найди свой гордый профиль,
смотри не вниз, не вниз, а ввысь,
ведь ты еще не на Голгофе…
колючий взгляд,
волос летящих пудра,
потише, ты, не голоси –
ночь позади,
и наступило утро,
поэтому, как говорится,
гой еси!
не с твоего ли барского
плеча
деревья шубы белые
надели…
добавить ветра
сгоряча –
вот и готов
эскиз метели!
03.02.19
Знак
расшифровать бы знаки,
окружающие тесным
пульсирующим как сердцебиение
кольцом,
сквозь плазму набухающего
теста
увидеть каждого мгновения
лицо,
понять природу
и происхожденье боли,
когда улыбка
стынет на устах
травинки скошенной
на поле
такой привычно неизбежной
брани,
чей урожай — по сути –
прах,
но обладающий способностью
воскреснуть
в воспоминаниях, в словах –
да будет
так,
и кажется, что колосок
всего лишь
ранен,
а соку в капиллярах
просто тесно,
еще чуть-чуть воображения –
и вот, что интересно –
целехонький вернулся
на свое же
место,
как восклицательный,
созвучный воскрешенью
знак!
14.02.19
Муравей
по неподвижной протяженности покоя
тысячелетней,
застывшей лавою чернеющей
коры
бежит живой,
но эфемерный словно
вспышка
в блестящих латах солнца
муравей…
24.03.19
Сложение
у расстояний на роду –
растаять,
удел пространства, очевидно,
прост –
воздушной перспективы
память
встает перед глазами
в полный рост,
безмолвие стены –
как заговор теней,
их силуэты излучают силу,
и в поры высохшего ила
струится эликсиром
гипнотический елей,
тогда столбняк преображается
в броженье,
на голом месте прорастают голоса,
и вместо мести за бездействие –
прощенье,
и сразу проще — как из детства
ощущенья,
когда любые сложности
решаются сложеньем
неуловимых буковок
в наполненные благодарностью
слова…
16.02.19
Грусть
пренебрегая гордо мелочами,
имеет про запас итог,
в котором все, о чем молчали,
само проступит между строк,
покажет честно, что в начале
было не слово — только слог,
его ветра с душой венчали,
и снизошел на Землю Бог,
забрал грехи, ну а печали
сознательно не взял, хотя и мог,
иначе бы до ручки одичали,
во время плясок, не жалея ног
или точили лясы, приближая дали,
не выметая стружку за порог,
и лишь когда врагов бивали,
их
