- Вас случайно не носите оружие? - спросил Гриффин.
- Нет, - ответил я и улыбнулся. – Никогда в нем не нуждался.
Я еще раз осторожно попробовал свой внутренний взор. Сила перекрыла мою способность искать Мелиссу, но сам по себе дар по-прежнему действует. Я унаследовал его от моей матери, древней и ужасной Сущности, известной как Лилит, и, наверное, лишь лично Создатель или Враг могли отнять его у меня. Поэтому я лишь чуть-чуть приоткрыл свой третий глаз открыт, такой щелочки едва ли хватит, чтобы его заметили, и послал Взгляд сквозь Темную Сторону, разыскивая место, где шел дождь. Металлическая конструкция была почти рядом с нами, протянугивая зазубренные металлические руки. Я нашел ливень с ураганом, и для меня не составило никакого труда перенести этот дождь в конференц-зал и пролить его на эту штуку.
Пластик его лица пошел трещинами от хриплого, нечеловеческого визга атмосферных помех, а конструкция обрушилась, разваливаясь на куски от вызванных дождем коротких замыканий. Упав на пол, она рассыпалась миллионами безобидных кусочков. Я вернул дождь туда, откуда его взял, и в конференц-зале стало по-прежднему тихо.
Я осторожно оглянулся по сторонам, но ощущение вторгшегося присутствия пропало. В комнате снова потеплело, растаявший иней струйками стекал с окон и стен. Я вышел из соляного круга, пнул несколько металлических обломков на полу, потом жестом предложил Гриффину присоединиться ко мне. Мы смотрели сверху вниз на то, что осталось от конструкции. Он не выглядел ни расстроенным, ни даже впечатленным.
- Один из ваших врагов? – спросил я.
- Насколько я знаю, нет, - ответил он. – Возможно, один из ваших?
В этот момент в комнату, наконец, ворвались люди из службы безопасности Гриффина, с криками и шумом, размахивая пистолетами. Гриффин наорал на них, требуя ответа, где же они были все то время, пока его жизнь подвергалась опасности. Под давлением его гнева безопасники тут же заткнулись, и он быстро выгнал всех, приказав проверить остальные помещения Поместья на предмет возможного вторжения, и не показываться ему на глаза до тех пор, пока не найдут или не сделают хоть что-нибудь, чтобы оправдать свои должности и высокие оклады.
Я предоставил ему заниматься этим, а сам задумался. Появление столь могущественной Сущности все усложняло. Не в последнюю очередь потому, что я никогда не видел, чтобы такое явление выливалось в обычное похищение. Или побег. Если я не могу воспользоваться своим Взором для обнаружения Мелиссы ... значит, я должен делать это по старинке, опрашивая всех, кто в это вовлечен, задавая неудобные вопросы, и надеясь, что достаточно умен и проницателен, чтобы понять, когда кто-то мне лжет. Примерно так я и сказал Гриффину, когда мы, наконец, снова остались вдвоем, и он сразу же кивнул.
- Вы вправе от моего имени задавать вопросы любому члену моей семьи, моему персоналу и подчиненным. Спрашивайте все, что хотите, и при малейшем отказе ссылайтесь на меня. - Он улыбнулся. – Заставить их сотрудничать и рассказать вам то, что вы хотите узнать, - это, конечно же, ваши проблемы.
- Конечно, - сказал я. - Вы должны понимать, что мне придется задавать ... личные вопросы вашим ближайшим родственникам. Вашей жене и детям.
- Спрашивайте их обо всем. Если понадобится, не стесняйтесь в средствах. Главное - найдите Мелиссу, пока еще не поздно.
- Мне было бы интересно услышать ваши собственные впечатления о вашей семье, - сказал я. – Все, что на ваш взгляд мне может помочь...
Основное я уже знал. В конце концов, Гриффины на Темной Стороне были известны, каждое их слово и движение сопровождалось газетными сплетнями. А газеты я, как известно, читаю от случая к случаю. Но мне было интересно узнать, что он мне скажет, и, что наверное более важно - то, чего он не скажет.
- Любой из них мог бы быть замешан в этом, - начал он, нахмурившись. – Полагаю, они могли нанять людей... Но ни у одного из них не хватило бы мужества противостоять мне так открыто. Они бессмертны исключительно благодаря мне, но нельзя рассчитывать на вечную благодарность. Моя дорогая жена Мария верна мне. Она не слишком умна, но ей хватает благоразумия, чтобы видеть собственную выгоду. Мой старший сын Уильям... – он слаб и безволен, и он не бизнесмен. Хотя, видит Бог, я очень старался сделать из него достойного наследника. Но он всегда был для меня разочарованием. В нем слишком много от его матери. Он женился на Глории, экс-супермодель, против моего желания. Достаточно мила, на мой взгляд, но все ее очарование и индивидуальность – с обложки журнала. Она вышла замуж за деньги, а не человека. Каким-то образом у них получилась мудрая и чудесная девочка, моя внучка Мелисса.
- Моя дочь Элеонора никогда не интересовалась ничем, кроме потакания своим разнообразным прихотям. Она вышла замуж за Марселя только потому, что я ясно дал понять, что ей необходимо выйти за кого-то замуж. Иначе она так бы и носилась всю свою жизнь по Темной Стороне, как мартовская кошка. Я рассчитывал, что брак поможет ей повзрослеть. Я должен был узнать его по-лучше. Марсель игрок. Плохой. И думает, что я этого не знаю, дурак. У них есть сын, еще один мой внук Павел. Он всегда был загадкой для меня и своих родителей. Я бы назвал его подменышем, если бы не проверял его.
И это было все, что он был готов рассказать мне о своих самых родных и близких людях. Я взял кейс, удивленно хмыкнув от его веса, и кивнул Гриффин.
- Я дам вам знать, когда что-то знаю. Могу я спросить, кто рекомендовал вам меня?
- Уокер, - ответил он, и я вынужден был улыбнуться. Конечно. Кто же еще?
- Один последний вопрос, - сказал я. - Почему бессмертные все равно чувствуют необходимость составлять завещание?
- Потому что даже бессмертие не длится вечно, - произнес Иеремия Гриффин.
ГЛАВА ВТОРАЯ. КОРОЛЕВА ПЧЕЛ.
Когда сомневаешься, как со мной часто бывает, начни с места преступления. Возможно, преступники забудут что-то полезное, например, визитку со своими именами и адресами. На Темной Стороне случаются странные вещи. Покинув конференц-зал, я решительно обратился к дворецкому Гоббсу.
- Мне нужно увидеть комнату Мелиссы, Гоббс.
- Конечно, сэр, - спокойно ответил он. - Но, боюсь, вы ничего там не найдете.
Гоббс повел меня сквозь анфилады коридоров и проходов. Я уже начала думать, что мне придется спрашивать у кого-нибудь карту, если Гоббс решится дать мне ускользнуть. Все переходы и коридоры казались неестественно тихими и неподвижными. Было ощущение, что для такого большого Поместья, как Гриффин-Холл, в нем на самом деле живет на удивление мало людей. Единственными людьми, попавшимися нам по дороге, были слуги в униформе, и все они проскальзывали мимо нас с Гоббсом по широкой дуге, наклонив головы и опустив глаза. И в этот раз я сомневался, что вся моя заслуженная репутация была причиной их страха.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
