Когда Клэр затормозила у входа в закусочную, она заметила, как несколько крыс, сидевших на мусоре в баке, завидев ее, суетно разбежались в поисках укрытия. Девушка опустила подножку, затем слезла с мотоцикла, сняла шлем и положила его на теплое сидение.
Тряхнув собранными в хвостик волосами, Рэдфилд брезгливо наморщила нос: судя по запаху, мусор задержался здесь немного дольше положенного. От того, что они выбрасывали, чем бы это ни было, исходила ужасная, резкая вонь.
Прежде чем войти, Клэр слегка потерла голые ноги, чтобы согреться и стряхнуть слой въевшейся в кожу дорожной пыли. Шорты и жилетка не очень подходили для октябрьской ночи, и это снова напомнило ей о том, как глупо она поступила, ринувшись в путь, толком не одевшись. Крис устроит ей адскую лекцию…
"…но не здесь".
Через стекло она отчетливо видела светлый, уютный ресторанчик — от привинченных к полу красных стульев у барной стойки до накрытых столиков, выстроившихся вдоль стены. И ни одной живой души в поле зрения.
Клэр нахмурилась; досада на саму себя сменилась растерянностью. Она навещала Криса довольно часто за последние несколько лет и питалась в разное время дня и ночи. Они оба были совами и нередко решали отправиться за чизбургерами в три часа утра, а это всегда означало "У Эмми". И, независимо от времени суток, там всегда был кто-то, кто болтал с одетыми в розовое официантками или сидел, сгорбившись, над чашкой кофе с газетой в руках.
"Так где же все? Еще и девяти часов нет…"
Надпись на двери гласила "Открыто", и вряд ли Клэр сможет что-то выяснить, стоя на улице. В последний раз окинув взглядом мотоцикл, она открыла дверь и вошла. Глубоко вздохнув, девушка с надеждой прокричала:
— Привет! Есть кто-нибудь? — ее голос прозвучал необычайно громко в безмолвной тишине пустого ресторана; за исключением приглушенного гула вентиляторов на потолке, в помещении не раздавалось ни звука. В воздухе стоял такой же запах затхлого жира, но было что-то еще… пахло чем-то горьким и вдобавок к этому сырым, как будто гниющими цветами.
Ресторан имел L-образную форму, ряды столиков перед ней заворачивали налево. Клэр медленно шла вперед. В конце барной стойки стояла касса, а за ней располагалась кухня; если закусочная была открыта, служащие, скорее всего, сидели там, и, возможно, были не меньше нее удивлены отсутствием посетителей…
"…впрочем, это не объясняет погром, так ведь?"
То, что она видела, нельзя было назвать погромом в полном смысле слова — беспорядок выглядел настолько неприметно, что она даже не рассмотрела его снаружи. Пара меню на полу, опрокинутый стакан с водой на барной стойке и беспорядочно разбросанные столовые приборы являлись единственными признаками чего-то неправильного, однако их было достаточно.
"Чертс ней, с кухней, все это слишком странно, что-то серьезное стряслось в этом городе. Или их ограбили, или, может, они готовят вечеринку-сюрприз. Какая разница? Пора тебе убираться отсюда".
Из скрытого пространства в конце стойки послышалось осторожное движение, шорох гладкой ткани, затем приглушенное ворчание. Кто-то сидел там.
Сердце громко стучало, Клэр снова крикнула:
— Привет?
На какое-то мгновение все стихло, потом снова раздалось ворчание и сдавленный стон, от которого у нее встали волосы на затылке.
Вопреки дурному предчувствию, Рэдфилд направилась к дальней стене, внезапно посчитав ребячеством свое страстное желание уйти; возможно, здесь произошло ограбление, возможно, служащие были связаны и с кляпами во рту, или даже хуже, так сильно ранены, что не могли позвать на помощь. Нравится ей это или нет, но теперь она была вовлечена.
Клэр добралась до конца барной стойки, свернула влево… и застыла, широко распахнув глаза, почувствовав себя так, будто ей влепили пощечину. Перед заставленной подносами тележкой она увидела лысого мужчину, одетого в белый костюм повара. Он склонился над телом официантки; но с ней что-то было не так, настолько не так, что сознание Клэр поначалу не смогло принять это. Ошеломленным взглядом она осматривала розовую форменную одежду, полуботинки, даже пластмассовый жетон с фамилией, по-прежнему приколотый на груди женщины, что-то вроде "Джули" или "Джулия"…
"…ее голова. У нее нет головы".
Как только Клэр сообразила, что именно было не так, она уже не могла заставить себя не верить в увиденное, как бы ей этого ни хотелось. На месте головы официантки виднелась только лужа подсохшей крови, вязкая жидкость, окаймленная фрагментами черепа, спутанными темными волосами и перемешанными кусками плоти. Лицо повара закрывали руки, и пока Клэр с ужасом смотрела на обезглавленный труп, он издал низкий, жалобный вопль. Рэдфилд открыла рот, совсем не уверенная в том, что сейчас раздастся. Кричать, спросить его почему, как, предложить позвать на помощь — она честно не знала, и когда мужчина обернулся на нее, опустив руки, она с удивлением обнаружила, что ничего не раздалось вообще. Он пожирал официантку. Его толстые пальцы покрывали темные частички кожи, причудливое и чуждое лицо, которое он поднял к ней, было измазано кровью.
"Зомби".
Клэр выросла на ночных фильмах ужасов и историях у костра, поэтому ее разум воспринял происходящее за долю секунды; она не была дурой. Повар был смертельно бледен, от него исходил тошнотворный, приторный запах, который привлек ее внимание раньше, его глаза выглядели мутными и блестели белым.
"Зомби, в Раккуне. Такого я не ожидала".
Вслед за спокойным, логическим осознанием неожиданно нахлынул истинный страх. Клэр отпрянула назад, лихорадочная паника охватила ее целиком. Тем временем повар продолжал поворачиваться, одновременно поднимаясь на ноги. Он был высоким, наверное, сантиметров на тридцать выше ее ста шестидесяти девяти, и огромным, словно амбар…
"…и мертвым! Он мертв, и он ПОЖИРАЛ ее, не позволяй ему подойти ближе!"
Повар сделал шаг в ее сторону, его окровавленные руки сжались в кулаки. Клэр попятилась быстрее, почти поскользнулась на меню. Вилка лязгнула под сапогом.
"ВЫБИРАЙСЯ ОТСЮДА СЕЙЧАС ЖЕ".
— Я уже ухожу, — промямлила она. — Правда, можете не показывать мне выход…
Повар нетвердой походкой надвигался на нее, его невидящие глаза мерцали немым голодом. Еще шаг назад, и Клэр протянула руку за спину, чувствуя воздух, чувствуя пустоту… и затем холодную металлическую ручку двери. Адреналин хлынул в кровь от предвкушения победы; девушка обернулась, схватилась за ручку… и коротко, пронзительно вскрикнула от ужаса. Снаружи стояли еще два… три существа, их разлагающиеся тела приникли к витрине закусочной. У одного из них был только один глаз, на месте второго зияла гноящаяся дыра; у другого не было верхней губы, кривая ухмылка растянулась по его лицу. Они скреблись в окна, их мертвенно бледные, отрешенные лица были залиты кровью; и темные силуэты выходили, пошатываясь, из теней на другой стороне улицы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
