В течение ряда лет он успешно руководил деятельностью отдела, но теперь его стала тревожить мысль, что через три года придется уйти в отставку. Два месяца тому назад Вашингтон прислал Торнтона Уорли, чтобы он возглавил работу отделения. Тогда сказали, что Дорн будет по-прежнему работать со своими агентами и продолжать развивать связи и контакты. Уорли же займется общим руководством и перестройкой работы отдела. Хотя Дорн ни с кем не делился, про себя он решил, что в Вашингтоне недовольны его работой и Уорли прислали, чтобы тот помог найти предлог для увольнения потенциального пенсионера до истечения трехлетнего срока. Росленд был прав, упрекая Дорна, что любой информацией по телефону или по почте, сулящей быстрый успех, тот занимается сам.
Теперь он жил надеждой сделать что-нибудь значительное, чтобы Вашингтон не только не отзывал его, но, наоборот, продлил срок пребывания на этом посту от трех до пяти лет.
Наконец он подъехал к своему дому. Войдя в парадное, кивнул консьержке и поднялся в лифте на пятый этаж. Дома он разделся и сразу вошел в хорошо обставленную гостиную, по дороге щелкнув выключателем люстры. Подойдя к столу, достал связку ключей и открыл ящик стола. В это время зазвонил телефон.
— Джон? — спросил женский голос.
— Да, — ответил Дорн.
— Это я, Джанни. Я заеду через полчаса.
— Пожалуйста. — Дорн повесил трубку.
Он взял со стола пачку газет и стал быстро их просматривать. Он уже в третий раз перелистывал их, совершенно не вникая в содержание, когда раздался звонок в дверь. Поглядев в глазок, он снял цепочку и открыл дверь. Джанин Долней быстро прошла за ним в холл.
Это была женщина лет тридцати — тридцати пяти, стройная, среднего роста. Ее большие темные глаза смотрели чуть-чуть насмешливо. Мужчины были от нее без ума, но только не Дорн. Он давно уже пришел к выводу, что женщины не только опасны, но и скучны. Он старался не иметь с ними дел, хотя и понимал, что иногда без них не обойтись.
— Проходи и садись, — сказал он, направляясь в гостиную. — У меня еще масса работы. Боюсь, что я не смогу уделить тебе много времени. Что у тебя?
Она сняла норковое манто и небрежно бросила его на стул. Затем прошла следом за ним. Садясь, немного одернула свое платье, чтобы скрыть от Дорна свои шикарные коленки.
— Это ты поручил Гарри Росленду работу? — неожиданно спросила она.
Дорн насторожился, и Джанин сразу заметила это: мужчины давно перестали быть для нее загадкой.
— А почему ты спрашиваешь? — спросил Дорн осторожно.
— Послушай, Джон, я работаю в твоем отделе или нет? Я задаю простой вопрос: делал ли Росленд что-либо для тебя сегодня вечером?
Дорн посмотрел на ее точеное бесстрастное лицо и вспомнил те дела, которые она выполняла для него. Он пожалел, что не обратился к ней, прежде чем разговаривать с Рослендом.
— Да, он должен был кое-что сделать, — уклончиво ответил он.
— Что-нибудь важное?
— Может быть… Еще не знаю…
Она открыла дорогую сумочку, достала золотой портсигар и прикурила от золотой зажигалки.
— Ты не хочешь рассказать мне об этом, Джон?
Дорн заколебался:
— Но, Джанин, это не имеет к тебе ни малейшего отношения!
Она выпустила дым через изящные ноздри.
— Что ж, как знаешь, — она отвернулась, разгладила юбку на коленях. — Но тогда я расскажу кое о чем, что имеет отношение к тебе.
Она замолчала, и Джон не выдержал:
— Ты же знаешь, я тебе полностью доверяю, Джанин. Тебе что-то известно?
Она вздохнула и стряхнула пепел на ковер.
— Да… Совершенно случайно я встретила вчера Росленда. За ним шел какой-то человек с бородкой, а впереди был другой хвост. Гарри заметил бородача, а второго прозевал. В метро ему удалось оторваться от одного преследователя. Я не придала этому значения и не остановила его. Затем я вспомнила, где встречала бородатого. Это человек Радница.
Дорн нахмурился.
— Ты уверена?..
— Ты знаешь, Джон, я никогда не ошибаюсь… Я заинтересовалась этими людьми. У меня было свидание, но вместо этого я решила пойти в отель «Георг V». Радниц сидел в баре, явно дожидаясь кого-то. Появился бородач. Он поговорил с Радницем и ушел, а через пять минут вернулся и куда-то позвонил по телефону. Меня разобрало любопытство. Я позвонила Гарри, но никто не ответил, тогда я позвонила тебе. И вот я здесь…
Дорн снял очки и начал тщательно протирать их носовым платком. Некоторое время он сидел нахмурившись. Джанин наблюдала за ним.
— Все это произошло так внезапно, что я не успел поговорить с тобой, — наконец сказал он. — Я отнесся к этому недостаточно серьезно, думал, что Росленд с этим справится сам…
— Ты очень самоуверен. Джон. Ты даже не заметил, что Росленд уже ни на что не годен. Я тебя уже предупреждала об этом, но ты настолько привык к нему, что никак не можешь с ним расстаться. Итак, в чем дело?
— Сегодня утром мне позвонила женщина, назвавшаяся мадам Фечер. Она хотела получить деньги за какую-то информацию. Сказала, что по телефону не может говорить подробно и настаивала на встрече. Она сказала, что это имеет отношение к безопасности Штатов. Назначив время и место встречи, она повесила трубку. Я решил послать к ней Росленда, он же передал дело кому-то из своих агентов!
— Кто же все-таки встретился с ней?
— Я же сказал тебе! Какой-то агент…
— И ты даже не знаешь, что это за человек?
Дорн вновь снял очки и начал протирать их.
— Нет, — мрачно буркнул он.
— Когда они встречаются?
— В одиннадцать.
Она взглянула на часы: было без четверти одиннадцать.
— Ждать долго… Дело принимает серьезный оборот.
Дорн думал о том же. Он подошел к телефону и набрал номер Росленда. Подождав некоторое время, повесил трубку.
— Его нет дома.
Они посмотрели друг на друга.
— Но он должен быть дома, — настойчиво сказала Джанни и поднялась. — Надо идти к нему Джон. Меня это беспокоит.
Дорн кивнул, подошел к ящику и вынул пистолет тридцать восьмого калибра, проверил его и сунул в боковой карман.
Через двадцать минут они уже поднимались в лифте к квартире Росленда. Подняв руку к звонку, Дорн вдруг заметил, что дверь приоткрыта. Держа руку с пистолетом в кармане плаща, он нерешительно вошел в холл. Джанни следовала за ним. Крадучись, Дорн подошел к двери гостиной и заглянул туда. Он отшатнулся, увидев распростертое тело Росленда.
— Закрой дверь, — тихо приказал он. — Он здесь… Убит!
Джанни закрыла дверь и подошла к телу Росленда.
— Посмотри на его руку, — прошептала она дрожащим голосом. — Похоже, они ничего не искали… Его заставили говорить, а потом убили.
— Пойдем, Джанин, пока нас здесь никто не увидел, — потянул ее за руку Дорн.
Уже в машине Джанин сказала:
— Дело серьезное, Джон. Не следовало поручать его Росленду. Тебе нужно было самому встретиться с этой женщиной. Где же этот клуб?.
— На бульваре де Клиши.
— Поехали туда.
— Мы уже опоздали. Посмотри, который час…
— Все равно поедем, — сказала она, — поторопись.
Они подъехали к клубу уже в полночь.
— Тебе лучше подождать в машине, — предложил Дорн. — Я сам все узнаю.
Толстый администратор по фамилии Хансен встретил его у двери.
— Мне нужно поговорить с вами, — решительно сказал Дорн, доставая из кармана посольский пропуск. — В это дело может вмешаться полиция.
Администратор сразу сообразил, что если полиция проведает о той комнате с зеркалом, неприятностей не оберешься. Поэтому он быстро отвел Дорна в кабинет.
— Что вам угодно, месье? — проговорил он, предлагая посетителю стул.
— Здесь была женщина, назвавшаяся мадам Фечер? — спросил Дорн.
— Да, месье, была.
— Она еще здесь?
— Нет, уже ушла.
— Она с кем-нибудь встречалась?
— К ней приходил какой-то американец.
— Что вы о ней знаете?
Хансен пожал плечами.
— Она приехала вчера, сняла отдельный номер и сказала, что хочет встретиться со знакомым в одиннадцать часов.
— Вы можете ее описать?
— Цветная, очень высокая, хорошо одета.
— Темнокожая? — переспросил Дорн, наклоняясь ближе к администратору. — Из Западной Африки?.. «Наверное, из Сенегала», — подумал Дорн. Он вспомнил ее странный акцент, когда она говорила по телефону. — Ее знакомый приходил?
— Да, месье. Он только недавно ушел, и с ним еще двое.
— Кто были те двое?
— Я их не знаю, они зашли в клуб, выпили, а в следующий раз я их увидел, когда они выходили с тем американцем.
— Вы могли бы их описать?
— Не обратил внимания, месье, в клубе так много народа. Один вроде был невысокий, с бородкой…
— Ну а американец?
Хансен довольно подробно описал Гирланда, но это ничего не дало Дорну.
