Читаем без скачивания Миллион в копилке - Валерий Гусев

Мы опять кивнули.

– Включай.

Я надел наушники, направил на значок стрелку плейера и включил его…

Мою голову пронзил такой дикий визг, что я сорвал наушники и… погрузился в тишину.

Санек беззвучно открывал рот, а Лешка беззвучно хохотал.

– Что? – спросил я Санька.

Он опять зашлепал губами, но я не услышал ни звука.

– Ты что? – спросил я. – Онемел от радости?

И тут в ушах у меня что-то щелкнуло, и я услышал:

– …не я онемел, а ты оглох. Слишком маленькое расстояние до маячка, а он очень сильный сигнал дает. Нужно было в плейере звук уменьшить. Понял?

– Предупреждать надо, – проворчал я, – а то без ушей останусь. Ладно, хватит. Испытания прошли успешно.

– Ничего не хватит. Проверим по полной программе.

И они завязали мне глаза и стали гонять меня «по полной программе». Санек ходил по квартире, тихонечко, на цыпочках, а я «ловил» его с помощью устройства «Я – Гриша!». И как ни странно, все получалось. Я вертел плейер по сторонам и, как только звук достигал полной мощности, поднимал руку. Мы делали проверку: стрелка всегда показывала на значок-маячок.

– Здорово! – сказал я. – Теперь этот Козлов никуда от нас не денется. Только, Санек, уж очень у тебя маячок приметный.

– Другого не нашлось. Что было, то и взял. Это батин значок. Фирменный.

Такие фирменные значки на любом углу продают. Ну, что поделаешь. Что есть – тем и обойдемся.

Я забрал магнитофон и пошел с ним домой, а Лешка и Санек пошли дежурить у ларька.

…А там произошло вот что.

Когда, как обычно, приехал за деньгами Гурген Ашотыч, Козлов сказал ему:

– Я увольняюсь.

– Что такое, дорогой? – удивился Гурген. – Что тебе плохо? Зарплата, да?

– Мне у вас все плохо. Свое дело открываю, – заносчиво сказал Козлов.

– Разбогател, да? – рассмеялся Гурген. – Наследство от тети получил?

– Это не ваше дело! – обнаглел Козлов. – Давайте мне расчет, и расстанемся друзьями. По-хорошему.

– Нет, дорогой, – зашипел, как проколотая шина, Гурген. – Мы не расстанемся друзьями. Мы расстанемся врагами! А я никому не пожелаю быть у Гургена врагом.

Но он грозился не так уверенно, как раньше. Видно, осторожного Гургена насторожили изменения в характере прежде безропотного продавца. Кто знает, не нашел ли он нового хозяина? Посильнее и покруче.

– Вы меня не пугайте, – все так же нахально и вызывающе говорил Козлов. – Давайте расчет – и до свидания.

– Завтра, дорогой. Отработаешь еще день и получишь сполна.

– Завтра я не могу. На дачу еду.

– Откуда дача, дорогой? – засмеялся Гурген. – У тебя всего один костюм. А ты мне про дачу врешь. Зачем так делаешь, а? Приходи завтра.

– Ни за что! – и Козлов гордо сложил руки на груди.

– Тогда и деньги не получишь, – сказал Гурген, садясь в машину и высовывая в окошко фигу.

– Обойдусь! – крикнул ему вслед Козлов и добавил: – Дурак!

Гурген затормозил, собираясь вылезти из машины, но Козлов уже шагал по улице, потерявшись в толпе пешеходов.

Наутро мы были готовы. Родителям мы сказали, что Лена пригласила нас на дачу на весь день.

Алешка даже приукрасил это вранье:

– Гербарий соберу. Из всяких опавших листьев. Нам давно уже задавали.

– Ты приглядывай за ним, Дима, – наказала мне мама. – Смотри, чтобы он за гербарием на деревья не лазил.

– А мы вечером в гости пойдем, – сказал папа. – Возьмем ваш магнитофон, не возражаете? Потанцуем, музыку послушаем…

Конечно, мы не возражали. Все равно он не работает.

В восемь ноль-ноль вся наша «опергруппа» собралась возле дома, откуда Козлов должен был отправиться на торги – продавать монету.

Мы сели под грибком, в стороне от подъезда, и стали ждать.

– А если он на машине поедет? – забеспокоился Санек.

– На какой машине? – успокоил его Алешка. – Сам ведь слышал – у него всего один костюм.

– Ну и что? Может, костюм один, а машины две!

Их спор прервал сам продавец Козлов. Он вышел из подъезда и направился к вокзалу. Это хорошо, потому что в метро у нас были бы проблемы с Нордом.

Мы двинулись за ним в таком порядке: сначала я, потому что Козлов меня не знал и наверняка не запомнил, за мной – Алешка, а замыкающими – Лена с Нордом и Саньком. Норда она держала на поводке, а Санька – за рукав. Как обычно.

Чем ближе мы подходили к вокзалу, тем больше становилось народу. День был солнечный, теплый, и многие хотели побывать на даче или просто за городом перед началом поздней осени.

Сначала я шел за Козловым почти вплотную, стараясь не потерять из вида его спину в черной куртке. И сделать главное – нацепить в удобный момент на него наш маячок. Значок был простой, с булавочкой. Главное, не проткнуть куртку насквозь, а то он сразу почувствует. Такой момент выдался, когда мы в толпе пешеходов скучились у светофора. Я протолкался к Козлову поближе, оглянулся – никто не смотрел на меня, все, задрав головы, смотрели на светофор, ждали зеленый свет, – и воткнул иголку значка в его спину. Точнее – в куртку, конечно, на спине. Получилось удачно, Козлов даже не ойкнул. А ярко-красный значок на черной материи был виден отлично, даже издалека.

И сделал я это очень вовремя. Мы шли уже сплошной толпой, нас обгоняли, мы обгоняли и вскоре, уже недалеко от вокзала, я окончательно потерял Козлова из виду.

Тут-то я и включил нашего «Гришу» конструкции Санька. «Гриша» послушно запищал. Повертев плейер туда-сюда, я по его указанию пересек площадь и оказался у входа в павильон с кассами. В одной из дверей мелькнул красный кружок на черном фоне. Сработал «Гриша»!

Я обернулся. Все в порядке. Вон Алеха мне подмигивает, а вон Ленка со своим лохматым другом.

И я ринулся к кассам. И успел встать в очередь сразу за Козловым. Когда он подошел к окошку, то сказал:

– До Ильинки. Один.

И я сказал, когда он отошел:

– До Ильинки и обратно. Четыре и собака.

Денег хватило в обрез.

На платформе мы собрались вместе и сели в один вагон с Козловым, но только в другом конце.

Норд улегся у наших ног, между сиденьями. А мы сели друг напротив друга.

Народу в вагоне было много, и скоро стало жарко, потому что окон никто не открывал – все-таки осень, хоть и ранняя. И мы расстегнули куртки, а Санек даже снял шапку, повертел ее в руках, не зная, куда деть, и положил вверх дном перед мордой Норда.

Тот сунул в нее нос, ничего там не нашел, вздохнул и успокоился, положив голову на лапы.

А поезд все шел и шел. Останавливался и останавливался. И снова стучал и стучал колесами.

За окнами уже давно исчезли городские дома и потянулись среди оранжевых лесов дачные поселки, поля и огороды. А иногда ярко синел какой-нибудь сельский пруд, и даже отсюда чувствовалось, какая сейчас в нем холодная вода.

Где-то через полчаса мы поменялись местами. И теперь за Козловым смотрели мы с Алешкой, а Лена и Санек уставились в окно.

– Боровая, – прохрипел в динамике голос машиниста. – Следующая – Ильинка.

Мы как по команде поднялись и пошли в тот тамбур, который был подальше от Козлова. Санек поднял свою шапку и хотел уже было нахлобучить ее на голову, как в ней что-то зазвенело. Он глянул внутрь и выпучил глаза:

– Ребята! – Прошептал он. – Деньги!

Я тоже заглянул в шапку – она была полна мелочи и даже бумажек. Опять волшебник!

Алешка с Леной одновременно расхохотались.

– Это пассажиры нам накидали! Милостыню.

Точно! Едут какие-то дети с собакой. У бедной собачки под носом лежит шапка… Люди у нас добрые, да и привычные за последние годы к тому, что много стало бедных. И людей, и собак. А так как мы в четыре глаза смотрели за Козловым, а в четыре других за окно, то и не заметили, как в шапку кидали деньги. Стыдно, конечно, но, как оказалось, очень кстати.

А Санек недовольно проворчал:

– Жаль, я батину шапку не взял, она размером намного больше моей.

Глава IX

Веселые дачки

На станции Ильинка был большой автовокзал. На площади стояли автобусы и было полно народа. Козлов уверенно пошел к самому дальнему перрону и тут же затерялся в толпе. Значит, он поедет еще и на автобусе. Хорошо, что нам денег накидали!

Но плохо, что Козлов исчез из поля нашего зрения.

– Включай скорей! – завопил Санек так, что все на нас оглянулись. – Потеряли след!

Я накинул наушники и включил «Гришу». Слабый писк дал понять, что Козлов уже далеко. Я повертел плейер, настроил на максимум, и мы прямиком через толпу ринулись по стрелке.

И, слава богу, успели вовремя.

«Дядя Гриша» истерически завопил, когда мимо нас, медленно отходя от остановки, стал выбираться из толпы красный автобус. Санек забежал перед ним и раскинул руки. Автобус остановился, двери зашипели, раскрываясь, и мы влетели в салон.

Я сразу же разглядел в середине красный значок «Я – Гриша!» и подобрался поближе. Потому что к нему уже приближалась кондукторша.

Козлов пошарил в кармане, дал ей денег и сказал: